– Честно говоря, я больше напакостил, – признался я с тяжёлым вздохом.

Стараясь ничего не упустить, поведал о приключениях последних дней. Конечно, и о том, что сорвал ритуал, пришлось сообщить, несмотря на то, что Рубина отчаянно краснела и от смущения впивалась ногтями в моё предплечье. О наверняка уже открывшейся на нас охоте тоже не умолчал.

– Из совсем странного только это! – закончил я своё повествование, достав из кармана сложенный вчетверо листок бумаги.

Выхватив его из моих рук, Хел развернула трофей и посмотрела на меня с недоумением.

– Действительно странно, что ты начал рисовать Рубину, но зачем ты нам-то на это жалуешься?

– В смысле? Я к этому рисунку не имею никакого отношения, нашёл его в кабинете повелителя. При чём тут рыжулька?

– Сам посмотри. Добавь краски и острые уши – один в один Руби.

– Ну да, – кивнул Тан, заглянув через плечо Хелены. – А ты как не заметил?

– А у меня с фантазией не очень, – буркнул я раздражённо и наконец обратил внимание, что Киран с задумчивым лицом изучает землю у своих ног. – Кир?

– Это не Рубина. Бланка, – произнёс он, словно очнувшись.

– С чего такой вывод? Ты знаешь, как выглядит прародительница людей? – нахмурилась Хел.

Остальные тоже ничего не понимали и требовательно смотрели на нашего предводителя, ожидая разъяснений.

– Неужели никто из вас не осведомлён, как звали папочку эльфов? – насмешливо выгнул бровь Киран.

– Если честно, я забыл, – поднял руку Дэл.

– Та же история, – присоединились к нему мы с Таном.

– Пекерс какой-то. Или Хекерс, – попыталась вспомнить Хел.

– Почти. Виккерс! Сократить сами сможете?

– Вик... – поражённо прошептала Рубина.

– Точно! Поздравляю, мы нарвались на второго бога.

– Уверен? – спросил я, отходя от шока. – Его вроде как магии лишили.

– И он восстановил её крупицы с помощью перстня. Ну подумайте, кому как не самому создателю знать о возможностях кольца? А также где его искать.

– А дальше? Резерв магии у старейшины огромный, боюсь, даже с помощью дриад у него бы не получилось вырастить его до такой степени. Опять же, почему магия льда в нём протухает?

– Знаешь, о чём я подумал? Когда штудировал библиотеки, пытаясь взломать барьер, мне в руки попадалась одна древняя книженция с упоминанием кровавой магии. Разумеется, никаких подробностей в ней не было, так как сама магия оказалась под запретом, а потом и вовсе пропали все её последователи. Так, просто сведения, что у эльфов процветали культы, проповедующие кровавые ритуалы. Но после их использования природная эльфийская магия словно заражалась и начинала мутировать, в прямом смысле превращая носителя в монстра. Собственно, поэтому и ввели запрет. А ритуал, что проводят со святыми, именно на крови и замешан.

– И ещё нюанс! Уж кто-кто, а эльфийский папочка должен знать об этих ритуалах всё! – вставил Дэл, откусывая от пирога внушительный кусок.

– Выходит, Виккерс, оставшись без своих сил, решил вернуть себе магию. С помощью перстня он получил немного родной магии льда и, прибегнув к кровавым ритуалам, развил резерв до прежних высот, – протянул я задумчиво. – Но он заразился от этой гадости. Чтобы не превратиться в чудовище, ему необходима подпитка чистой магией, которую он выращивал в дриадах.

– Точно. А излишки тухлятины он сливал в барьеры. Тот, что слева, соткан из силы Разиила, солнечный свет мешал его загадить, а вот этот, – махнул Кир в сторону пустоши, – поглощал дрянь, отравляя природу.

– Остаётся вопрос, кто поставил правый охранный контур? Вдруг это как-то поможет найти ответ? – забрал я бумагу у Хел и, перевернув, протянул Киру изображение схемы.

37

АЙС.

Повисла напряжённая тишина. Пока Киран крутил в руках листок, изучая замысловатую схему, мы не сводили с него глаз, ожидая вердикта. Наконец, подняв голову, он обвёл нас взглядом и тяжело вздохнул.

– Это печать, с помощью которой можно взаимодействовать с барьером и создавать монстров.

– Выходит, твари, что прорывались к нам и бесчинствовали здесь, работа Виккерса? – спросил Тан.

– А что тебя удивляет? Это логично, – хмыкнул я в ответ. – В Ландейле старейшина таким образом зарабатывал себе авторитет. Запустит кошмариков, а потом якобы их убивает – жители уверены, что повелитель нереально силён и их защищает. В благодарность ему поклоняются, ещё и дриад на алтарь волокут. Удобно.

– А от нас ему чего надо было? – нахмурился Дэл.

– Разиила. Помните ведь, твари приходили лишь когда маскировка на подземелье, где скрывался наш бог, истончалась. По сути, они лишь сгустки тёмной энергии, но почувствовав жертву, за которой их отправили, эти сгустки превращались в ужастиков и лезли, как мухи на мёд. После смерти Разиила установки сбились, вот они больше и не приходят, – просветил нас Кир.

– А почему они на тебя не переключились? Ведь теперь ты носитель магии прародителя.

– Думаю, отправляя монстров в барьер, Вик не мог заложить в критерии поиска отпечаток магии своего врага, а с аурой всё намного проще, вот на неё твари и ориентировались.

– Зачем ему всё это? Месть? – протянула красотулька.

– Страх! Старейшина элементарно боялся, что рано или поздно Разиил снимет барьер, или просто наведается в этот мир. Тогда трындец всему его правлению, а возможно, и жизни. Папочке демонов Виккерсу противопоставить нечего – тот бы его мелкой соломкой нашинковал.

– Подожди! – вмешался я в разговор. – Раз повелитель свободно влезает в плетения барьеров, получается, второй он установил?

– Судя по всему, так и есть. Но случилась накладка. Из-за близости контура, что отделяет наш мир, он встал не так, как было запланировано – они сплелись. Соединились лишь несколько нитей, поэтому барьеры разные, но убрать их по отдельности невозможно. Это принесло старейшине не только минус – он сам не в состоянии выбраться из западни, в которую себя загнал, и вынужден довольствоваться территорией Ландейла, но и плюсы. Вик получил доступ к первому контуру, благодаря чему и запускал в него тварей. А также из-за изменений в плетениях прародитель демонов не смог убрать им же сотворённую защиту. В общем, как ни крути, а своего Виккерс добился – надёжно спрятался от Разиила. Ещё и пережить его умудрился.

– И что теперь? Неужели барьеры никогда не сломать и мир так и останется поделённым на три части? – спросил Дан, покосившись на пустошь.

– Ну почему же? Бог демонов не мог уничтожить контур, так как не знал о втором. Вику слабо из-за отсутствия солнечной магии. А у меня её в избытке, ещё и схема взаимодействия с обоими барьерами имеется, – тряхнул Киран бумагой, зажатой к руке. – Теперь это дело техники.

– Отлично, но сначала надо разобраться со старейшиной! Пока он жив, Руби в опасности! – встрепенулся я, пока Кир не ринулся проводить эксперименты.

И вот тут получил удар под дых. Капитан вдруг отвёл взгляд, нервно сжал кулаки и спокойно произнёс:

– Мы не будем этого делать.

– Почему? – У меня от шока даже голос сел.

– Айс, ты должен понимать, что я и на четверть не освоил силы Разиила и к схватке с богом попросту не готов. Пусть у Виккерса сейчас с магией полная чертовщина творится, но ты сам признал, что его резерв огромен, также на его стороне опыт и войско. Правда считаешь, что мы с ним справимся? Мне кажется, сейчас целесообразней разобраться с барьерами. Снимем их, у нас возрастут шансы на победу. Ведь тогда к нам присоединятся князья – отцы такую угрозу миру не оставят без контроля. Плюс Рыцари тьмы и Паладины! Да и психику старейшины павшие контуры здорово расшатают.

– Ты это серьёзно? Струхнул?! Кир, когда я лез за тобой в подземелье прародителя демонов, прекрасно зная, что предстоит сражение с богом, я ни на секунду не задумался, а не сбегать ли нам за папочками! Твоя истинная была в опасности – этим всё сказано! Мы рванули её спасать, потому что ты наш брат и мы всегда на твоей стороне. И теперь ты отказываешь мне в помощи? – зарычал я, вскакивая с места.