«В селениях мизайцев возле второй и третьей шахты наблюдаю странное скопление аборигенов. Нахожусь рядом. Злотников», — прочел между тем Кушевич, и у него противно засосало под ложечкой. Неужели началось?
Он озвучил сообщение Злотникова и для Лаони, и для Баева, который, выслушав, ситуацию оценил верно:
— Это наверняка последствия того, что происходит сейчас здесь. Но на всякий случай проверьте близлежащие селения на предмет возможных пси-аномалий. Мне-то с трудом верится, что в каждой деревне сидит по монстру да каждый с пси-генератором, но береженого бог бережет. Связь со мной по трэку через «Отшельника», она категории «экстра», я ввел необходимый императив, — он постучал по манжете, с которой недавно возился. — А я тем временем наведаюсь в башню, пора расставить все точки над «и». Не нравится мне, что там под ней притаилось, ох, как не нравится...
И Баев отключился, игнорируя режим он-лайн. По своим соображениям: просто он терпеть не мог, когда дышат в ухо и заглядывают через плечо. Пусть и виртуально.
— Проверить пси-анамалии? — Кушевич озадаченно посмотрел на Лаони. — А у нас есть чем?
— Сейчас узнаем... — пробормотал тот и с потерянным видом потянулся к трэк-браслету.
Отключившись, Ким по многолетней и уже давно неосознанной привычке внутренне собрался, выкинул из головы все лишнее и оценивающе оглядел торчащую башню в окружении моря голов. Головы ритмично и, что удивительно, синхронно, покачивались слева направо, слева направо, и так до бесконечности. Картина просто завораживала, более того — она очаровывала. Но вот в отличие от земных экстрасенсорики, медитации, транса и тому подобного, местной разновидности сего перечисленного явно недоставало звукового сопровождения. Например, очень низкого горлового пения или плывущего над раскачивающейся толпой протяжного, однообразного речитатива под звуки тамтама, уводящего и влекущего куда-то далеко-далеко, в неведомые пространства, полные тайн и чудес, где можно ни о чем не думать, ничего не чувствовать, а просто существовать, постепенно растворяясь в окружающем тебя покое и гармонии...
Ким с трудом очнулся и огромным усилием воли сбросил с себя невесть откуда взявшееся истомное оцепенение, потом ошалело проморгался, утер взмокший лоб и уставился на башню, веря и не веря собственным ощущениям, — его охватили те самые гармония и покой, которые он прочувствовал всей кожей, всем естеством своим. А ведь покой, как известно, нам только снится...
Эта последняя мысль заставила обратиться к «Отшельнику»: «На меня что, тоже действует?» — «Мои поглотители гасят до 80 процентов чужеродной пси-энергии, оставшиеся 20 процентов оказывают негативное воздействие». Ясно. Получалось, что если бы не его супер-защитник, то сидел бы он сейчас в своем атомарнике бездумной куклой, вылупив глаза и пуская слюни, как дебил. То есть находился бы в ступоре, как те мизайцы внизу. Да что там! Если б не «Отшельник», то он вообще бы подвергся стопроцентному воздействию этого кошмарного излучения, как рабочие с шахт, что от него и погибли. Ким и надел этот комплекс специально, по настоятельной рекомендации Бодрова. Ведь после сообщения Кушевича были в полной уверенности, что на Мизае не обошлось без вмешательства алгойцев. Но, как выяснилось, их здесь не оказалось. Тогда что же тут? По многим параметрам и признакам явно задействовано именно пси-излучение. Или там, под башней, новый тип оружия? Биоэнергетический, а не психотронный генератор? Но откуда?! Каким ветром его сюда занесло?..
«Усиль пси-защиту до максимума!» — велел он «Отшельнику». — «На пределе». Даже так... Ну и ладно, что ж теперь, возвращаться? Как бы там ни было, а выяснить, что скрывается под башней, необходимо любой ценой.
Он снова в который раз оглядел запруженную мизай-цами площадь, прикидывая варианты. М-да, так, напрямую, через толпу, ему не пробиться, дохлый номер, стоят плотно, и будет он среди них натуральным слоном в посудной лавке. Подземные входы-выходы? Через минуту выяснилось, что пустоты вокруг имеются, но где конкретно выходы на поверхность, осталось неясным даже для «Отшельника». Осталась последняя возможность проникнуть внутрь — сама башня, похожая отсюда на длиннющий указательный палец, предостерегающе направленный в нависшее голубое небо с мазками редких облаков. Что ж, это, похоже, единственный вариант. Чувствуя внутри себя какую-то необычную легкость (несомненно, результат воздействия чужеродного пси-поля), Баев поднял атомарник повыше и оказался визуально на уровне горизонтального среза башни. Пригляделся, оценивая перспективы, добавил машине энергии и рванул вперед, за секунды покрыв сотни метров до верхушки.
Легкость, сходная с эйфорией, не покидала, и Баев не знал, хорошо это или никуда не годится. Но сейчас главное то, что под башней. Опять, как непрошеный гость, в подсознание проник образ гадкого карлика; тот злобно и вызывающе глянул — так просто, мол, не возьмешь! Ну это мы еще посмотрим...
Ким огляделся. Он завис примерно на уровне десятого этажа, и первое, что увидел, была ровная площадка с округлым, будто оплывшим, конусообразным возвышением по центру. Вход? Просканировал. Он самый. Даже странно. Так просто? А он голову ломал.
Площадка здесь позволяла посадить тяжелую машину, что Баев и сделал. «Отшельник», как спагетгину, втянул в рукав уже ненужную нить световода, и Ким пружинисто выпрыгнул из кабины. «Эй, на орбите, что нового?» — бросил он в усик микрофона. Ответ пришел незамедлительно: «Пси-аномалии больше нигде не обнаружены, зато у вас там фон просто чудовищен. Еще раз предлагаю точечный удар, ибо риск огромен!» — «Нет! Ни в коем случае! Тем более я уже иду вниз». — «Видим», — донесся вздох Кушевича, и Баев поморщился. Значит, все-таки задействовали Центр наблюдения по максимуму, но тут уж он ничего поделать не мог. Да и видео «Отшельника» исправно передавало картинку, работая в автоматическом режиме, чтобы потом на основании записи сделать тщательный анализ всех его действий и местной специфики.
Он обошел возвышение и с другой стороны наткнулся на маленькую неприметную дверцу. Для ребенка, что ли? Или для того самого карлика, чей навязчивый образ постоянно лез в голову? Подергал. И та легко открылась. Как все просто — заходи, человек, мышеловка задействована и ждет не дождется свою аппетитную мышку. Да только мышка эта вооружена до зубов и смертельно опасна, так что еще неизвестно, кто кого. А что, интересно, в мышеловке вместо сыра? Пси-генератор и сидящий за ним оператор в виде злобного карлика? Баев вдруг почувствовал непреодолимое желание увидеть наконец этого таинственного оператора (карлик в подсознании хихикнул и довольно потер ручки — милости просим, глупец!) и покончить со всем раз и навсегда. И он шагнул в полумрак, согнувшись чуть ли не в три погибели, сразу настраивая спецлинзы на усиленный прием, а обычный визуальный заменяя на ноктовизор, ночное видение. И тут же пришла уверенность в своих силах и ощущение правоты в целом, когда хозяин приходит на подвластную ему территорию, чтобы навести на ней элементарный порядок и вернуть утраченное на некоторое время статус-кво.
Ким прикинул возможные варианты своих действий. Хотя чего прикидывать? По-большому, все сводилось лишь к одному — дойти и уничтожить, раздавить, как отвратительного, мерзкого паука, что раскинул вокруг свою невидимую психотронную сеть, а сам замер в ее середине, готовый принять новые жертвы. Ну уж нет, не дождешься, кто бы ты там ни был! Не выйдет.
«Отшельник» по его команде создал вокруг него динамическую голограмму псевдомизайца, чтобы внешне быть похожим на местных (лишние сюрпризы ему ни к чему), и Баев осторожно двинулся вниз, машинально считая ступеньки. Света тут, конечно, никакого, но ноктовизор справлялся.
Уже под основанием башни, пройдя последний зигзаг лестничного проема (триста сорок шесть ступенек, однако), ткнулся в очередную дверь. И тут же дал знать о себе «Отшельник», до этого безмолвствовавший: «Твое пси-поле обнаружено, вернее, аура, блокировка которой мне неподвластна. Ощущаю целенаправленный вектор пси-энергетического воздействия, пытаюсь локализовать и развеять с последующей нейтрализацией, но он имеет внеуровневые составляющие и гашению почти не поддается. Риск максимален от допустимого». И через мгновение Баев почувствовал, что все это означает. Прочувствовал на собственной шкуре.
