— Я в курсе этого, мэм, но считал, что до этого времени отсутствие кодированной спецсвязи не слишком влило на нашу работу. На этом же этапе она, действительно, лишней не будет. Особенно когда пойдут полномасштабные испытания. Там понадобятся частые консультации с Вами. Ездить будет просто некогда, тем более, предполагается, что обстановка будет меняться едва ли не каждый час.

— Ну что ж, — я на днях отдала распоряжения соответствующим службам, и работа уже идёт. Сейчас в моей приёмной Вас ожидает человек, ответственный за установку оборудование спецсвязи. Под его же руководством произойдут установка и настройка аппаратуры. Сейчас Вы пройдёте с ним в его кабинет и там договоритесь о порядке выполнения работ на Вашем объекте. Учтите, что ни он, ни его люди не осведомлены о том, чем Вы там занимаетесь. Так же как и Вы об их секретах. Постарайтесь, чтобы такое положение сохранилось и впредь. У меня к Вам вопросов больше нет на сегодня, если Вам всё понятно — можете идти. Надеюсь, следующий наш разговор пройдёт уже посредством спецсвязи. До свидания.

— Я всё понял, госпожа президент, — сказал посетитель вставая, — у меня пока нет вопросов к Вам. До свидания.

Глава 3

8 часов утра вашингтонского времени 22 июля 2019 года. Овальный кабинет. Перед президентом страны находятся небольшой жидкокристаллический монитор, микрофон и маленький проводной пульт. Провода от них идут металлическому шкафчику размером с крупную хлебницу, подвешенному на стене. Клинтон смотрит на часы, висящие в кабинете, затем последовательно нажимает несколько кнопок на пульте. Через несколько секунд из динамиков монитора слышится короткий писк, после чего на его экране появляется лицо мистера Х. За его спиной просматривалось большое круглое помещение у стены которого расположен такой же формы пульт, с сидящими перед ним множеством серьёзных людей.

— Здравствуйте, госпожа президент, — тут же говорит он, — я рад Вас лицезреть в этот знаменательный день!

— Здравствуйте, Ричард! Надеюсь, для Вашего оптимизма есть веские основания. Вы наверняка знаете, что в нашем обществе как никогда велики сейчас протестные настроения. Если результаты испытаний будут такими, как Вы предсказываете, удастся заткнуть глотки многим крикунам. Люди поймут, что Америка не утратила своего величия и могущества, как орут эти предатели, а, наоборот, по мощи она стала больше, чем все остальные страны вместе взятые. Намного больше! И все эти недостраны, что переметнулись или только готовятся переметнуться к русским, поджав хвост вернутся в зону нашего влияния. Навсегда вернутся! И сами русские станут нашими сателлитами. И мы всем припомним их предательство. Ладно, вернёмся к делу. У Вас всё готово к работе?

— Да, мэм, мы неоднократно проверили все системы. Даже центральный компьютер, что доставил нам раньше множество хлопот, уже больше 2 недель подряд не продемонстрировал ни одного сбоя. Всё остальное тоже протестировано. Все блоки, работа которых критически важна, резервированы. Даже для подачи электроэнергии построена запасная линия. Если и этого окажется мало, у нас есть несколько мощных перевозимых дизельных электростанций. Они способны автономно поддерживать работу в течение 2 недель, это, по моему мнению, более, чем достаточно. Всё не раз проверено и перепроверено. Помешать работе может разве что ракетный обстрел, но по Вашему же приказу неподалёку скрытно расположились несколько комплексов Пэтриот, которые смогут успешно бороться и с этой напастью. Поэтому, мне думается, что мы предусмотрели практически все варианты предотвращения нежелательного развития событий!

— Что ж, отрадно слышать Ваши заверения. Итак, когда планируете начать эксперимент?

— Прямо сейчас, мэм, в 8 часов 10 минут. Позволите запускать аппаратуру?

— Да, начинайте!

— Слушаюсь и прошу меня извинить, так как мне придётся лично руководить всем этим. Это место сейчас займёт мой помощник, который сможет ответить на все появившиеся у Вас вопросы.

— Хорошо, приступайте же к работе, наконец, — нетерпеливо приказала Клинтон.

— Слушаюсь, — ответил мистер X, поднимаясь с кресла. Тут же его место занял помощник, не забывший поздороваться с президентом при этом.

И в круглом зале управления экспериментом по команде начальника пошла работа. Люди нажимали нужные кнопки, на множестве экранов возникали и пропадали столбцы цифр, графики, схемы. На огромном озорном экране возникла карта центральной Европы. На ней разными цветами указывались не территории разных стран, а текущая температура воздуха у поверхности земли. Государственные границы, впрочем, тоже были видны, как и крупные реки и основные дороги. Президент США, немного понаблюдав за творящимся на объекте, отключила у себе видеокамеру и микрофон, предварительно приказав помощнику оставить аппаратуру связи на его стороне включенной, занялась текущими делами. В стране сейчас было не настолько спокойно, чтобы можно было манкировать своими прямыми обязанностями.

Мы же пока будем следить за ходом эксперимента. Уже через пару-тройку часов после начала операции стало хорошо заметно, что воздействие направлено исключительно на Белоруссию. Было отлично видно, что её территория на электронной карте постепенно начинает менять цвет с оттенков зелёного, какими и остаётся окрашена остальная видимая часть Европы, на светло-жёлтый. Эти изменения происходили в основном только на территории Белоруссии, лишь в нескольких местах, где линия границы извивалась слишком причудливо, переходя вглубь территории сопредельных стран не более, чем на 10-15 миль.

Около 2 часов 15 минут после полудня вашингтонского времени прозвучал негромкий зуммер. Тут же, практически одновременно, на мониторе кодированной специальной видеосвязи появилось изображение президента, с лица которой медленно сходило озабоченно-усталое выражение..

— Я Вас слушаю, госпожа президент, — тут же подал голос помощник руководителя эксперимента, — чем я могу помочь?

— Как у Вас идёт работа? Никаких неожиданностей нет?

— Нет, мэм, у нас никаких проблем, всё происходит точно по плану. Существенных отличий от просчитанного ранее сценария нет. Незначительные отклонения температуры в нескольких контрольных точках не выходят за пределы допустимых погрешностей измерений. Поэтому никаких оснований для тревоги нет. Сейчас в Белоруссии уже начался вечер, поэтому, — помощник взглянул на часы, — 15 минут назад мы прекратили дальнейший нагрев. Иначе наши подопытные могут раньше времени забеспокоиться. В среднем там поднялась температура на 3 с половиной градуса выше, чем было бы без нашего вмешательства. За 4 следующих дня мы планируем поднять это превышение до 14-15 градусов и пока остановимся на этом. Всё как и надлежит сделать согласно подписанному Вами плану. Далее, если всё будет идти нормально и не поступит никаких инструкций от Вас по его корректировке, в течение недели мы будем поддерживать достигнутые результаты на территории первого объекта и одновременно начнём разогрев объекта номер 2. Если пойдёт всё нормально, то работу с ним начнём с ближайшего понедельника. По достижении такого же превышения температуры над обычной уже на нём, зафиксируем результат и будем ждать указаний от Вас на дальнейшие действия.

— Хорошо. Передайте всем, что я довольна первыми результатами. Пока довольна. Хочется надеяться, что вы меня не разочаруете и в дальнейшем. И, если всё же не дай Бог, что-то пойдёт не так, немедленно и в любое время докладывайте лично мне. В ближайшую декаду я не планирую никуда отлучаться из Белого дома.

— Да, мэм. Смею Вас уверить, что мы оправдаем Ваше высокое доверие.

— Ладно, мне бы Вашу уверенность. Аппаратура связи пусть будет всегда включена и возле неё чтобы в любое время дня и ночи находился дежурный. Вы меня поняли? До свидания!

— Да, мэм. Я всё понял. Сделаем всё, как Вы и сказали. До свидания!