Волочиский

Черноостровский

Фельштинский

Летичев, Регирунгсрат Хаммер

Летичевский

Меджибожский

Деражнянский

Волковинецкий

Староконстантинов, Регирунгсрат Шрёдер

Староконстантиновский

Остропольский

Старосинявский

Грицевский

Антонины, Регирунгсасессор Шорер

Антонинский

Красиловский

Базалийский

Изяслав, Оберфюрер СС Кнохенхауэр

Изяславский

Плужнянский

Ляховецкий

Теофипольский

Шепетовка, Регирунгсасессор Ворбс

Шепетовский

Полоннский

Славутский

Берездовский

В Каменец-Подольском, Староконстантинове и Шепетовке находились гебитсфюреры СС и полиции (соответственно лейтенант охранной полиции Рейх (Reich), лейтенант жандармерии Гент и лейтенант охранной полиции Хеш (Hösch)), а с мая-июня 1942 г. - отделения СД. В Каменец-Подольском это отделение возглавлял гауптшарфюрер СС Андреас Фермер, в Староконстантинове -гауптшарфюрер СС Карл Граф. Отделения СД подчинялись командиру полиции безопасности и СД в Ровно штурмбаннфюреру СС д-ру Карлу Пютцу (Dr Karl Pütz), а гебитсфюреры СС и полиции - командиру полиции порядка в округе, подполковнику охранной полиции и оберштурмбаннфюреру СС Вилли Дресслеру, резиденция которого сначала была в Бресте, а с осени 1942 г. - в Луцке. Кроме того, во всех райцентрах находились посты жандармерии с подчинёнными командами украинской полиции; жандармерия подчинялась майору жандармерии Вальтеру Розе (Walter Rohse).

Истреблением евреев в области занимались отделения СД: в Староконстантинове - в гебитах «Староконстантинов», «Шепетовка», «Изяслав», «Антонины», «Проскуров» и «Летичев», а в Каменец-Подольском - в гебитах «Каменец-Подольский», «Дунаевцы» и «Ярмолинцы». Активное участие в «еврейских акциях» также принимали немецкая жандармерия и украинская полиция.

Перед уничтожением часть работоспособных евреев была отобрана и помещена в рабочие лагеря, созданные вдоль стратегической автострады IV, которая на территории области проходила через Волочиск - Проскуров - Летичев. Эти лагеря подчинялись штабу строительного участка I в Летичеве, который с момента создания в марте 1942 г. до роспуска в ноябре 1942 г. возглавлял гауптштурмфюрер СС Отто Фах, его помощником был унтершарфюрер СС Роберт Штольцман. Собственно дорожными работами руководил штаб ОТ-строительного участка, который возглавлял Герхард Харрис (Gerhard Harries). Для охраны лагерей были выделены 1-й взвод 1-й роты сформированного в Берлине полицейского охранного батальона (командир взвода - обер-лейтенант полиции Зигфрид Шерер), а также две роты 7-го литовского полицейского батальона (1-я рота - в Проскурове, 2-я рота - в Летичеве). Эти немецкие и литовские полицейские принимали активное участие в убийстве евреев в рабочих лагерях^{40}. Последние находились в сёлах Фридриховка (1 км восточнее Волочиска), Павликовцы, Мацковцы (4 км западнее Проскурова), в Проскурове (школа № 6), Лезнево (6 км восточнее Проскурова), Гелетинцы (32 км западнее Проскурова), Летичев.

Создание лагерей началось уже в феврале 1942 г., когда в огороженную колючей проволокой конюшню в селе Мацковцы были помещены 200-300 евреев из Фельштина. Остальные лагеря были созданы весной 1942 г. Так, в мае 1942 г. был создан лагерь в Лезнево (две конюшни, огороженные колючей проволокой), в который сначала поместили 30 евреев из Проскурова, а затем несколько сотен евреев из Зинькова, Ярмолинцев, Городка, Чёрного Острова. Тогда же был создан лагерь в Проскурове (школа № 6), в который сначала поместили евреев из с. Виньковцы, а затем - из других населённых пунктов. В начале ноября 1942 г. туда были переведены евреи из ликвидированного лагеря в с. Мацковцы^{41}. Лагерь в Фридриховке также находился в школе, в которую были помещены 300-400 евреев, собранные в окрестных населённых пунктах. Лагерь в Павликовцах находился в конюшне, в которую поместили евреев из Купеля (около 400 человек)^{42}.

Б) Ход истребления еврейского населения.

Начался год расстрелом в Теофиполе 21-22 января 970 евреев^{43} и в Киликиеве (Славутский р-н) - около 150 евреев^{44}. В феврале в Дунаевцах были повешены 19 евреев. Участвовавший в повешении полицейский Онуфрий Магера на допросе в 1944 г. описал его так^{45}:

...В феврале-месяце 1942 г. группа мужчин из еврейской общины была послана на работу на ж.д. станцию Дунаевскую. По неизвестной для меня причине они бросили работу. Немецкие власти расценили это как саботаж, за что 19 человек было арестовано и заключено под стражу. Через несколько дней начальник жандармерии вместе со всеми жандармами пришли в здание полиции и потребовали от начальника полиции дать им группу полицейских. По распоряжению начальника полиции жандармерии, была выделена группа полицейских из 19 человек... Упомянутая группа полицейских совместно с жандармерией вывела из тюрьмы 19 человек арестованных и повела под конвоем на улицу Первомайскую, где уже были приготовлены виселицы. В это время остальные полицейские со всех сторон оцепили улицу и никого туда не пропускали. Когда мы привели арестованных к месту, предназначенному для повешения, там уже были окружной комиссар и ещё какие-то немцы. По приказанию окружного комиссара приступили к повешению. Я лично совместно с полицейским Малиновским повесил одного человека. Я также видел, что полицейский Жеребков Иван повесил одного человека, полицейский Букатов повесил 2 человека, полицейский Дермороз (из Миньковецкого района) повесил 1 человека, полицейский Бутов повесил 1 человека, начальник полиции Малышев повесил 1 человека, переводчик жандармерии Руль повесил 1 человека; кто вешал остальных, я не помню.

Окончив повешения, всех полицейских, принимавших участие в повешении, выстроили и строем отвели в полицию; и только там распустили. Тела повешенных советских граждан висели на виселице 5 дней, а затем еврейская община сняла их и похоронила.

В мае-октябре от евреев была планомерно очищена большая часть территории области. Первые расстрелы состоялись в гебите «Дунаевцы». Так, 9 мая были уничтожены 450 евреев в с. Виньковцы^{46} и 588 евреев в с. Зиньков^{47}. Днём раньше, 8 мая, первая «еврейская акция» была проведена в пос. Дунаевцы. Согласно заявлению жителей с. Демьянковцы (5 км восточнее города),

...К нашему селу из г. Дунаевец [Дунаевцы] вели под охраной немецкой жандармерии мирных граждан - детей, женщин, стариков, мужчин - в количестве более 2500 человек. По дороге тех, кто отставал или сопротивлялся, расстреливали на месте, всего расстреляно во время следования 300-350 человек. Остальных - более 2000 человек - привели к реке возле моста под названием Студеница. В горе 30-35 метров высоты находится шахта, расположенная горизонтально вдоль скалы, длиною в 500 метров, шириною в 1,5 метра, высотой в 1,5 метра. Весь район возле шахты был оцеплен жандармерией в два кольца. После прибытия людей к шахте приехал на автомашине гебитскомиссар Эгерс [Эдуард Эггерс], дал немедленное распоряжение всем раздеться догола. Раздевались женщины, молодые девушки, и даже снимали трусики с детей. Кто не раздевался, подвергался побоям или его расстреливали на месте. После того как всех раздели, был приказ по 15 человек по рву подниматься в гору и входить в шахту. Народ в шахту не стал идти, тогда стали бить прикладами, резиновыми дубинками, и даже сам гебитскомиссар расстреливал тех людей, которые не хотели входить в шахту голыми, которая была на полметра заполнена водой. После побоя [побоев] и расстрела нескольких человек в шахту пошёл старик и вышел из шахты, сказал следующее гражданам: хотя солнце ярко светит и тепло греет, но мы должны идти в овраг шахты. После этого все стали заходить в шахту. Когда они проходили снизу до шахты 25 метров, по обе стороны рва жандармерия всех ударяла плёткой по голому телу, особенно женщин. После того как всех загнали в шахту, у входа в в трёх местах метров на 15 взорвали проход, и граждане, находящиеся в шахте, подняли невероятный крик и стон, но выйти оттуда не могли. Стон продолжался в течение 6-7 дней. Рядом расположена с туннелию [туннелем] конюшня. В земле, где был проход и соединял туннель с конюшней, в это отверстие несколько человек, примерно до 50, ушло. Жандармерия после этого поставила часовых и засыпала это отверстие.