9 сентября были расстреляны 700 (?) евреев в Высоцке^{75}, который входил в ге-бит «Столин». Свидетель, бывший помощник коменданта украинской полиции Высоцкого района Иван Сидорчук, на допросе 21 ноября 1944 г. показал^{76}:

В начале августа месяца 1942 г. из м. Столина из СД был прислан немец Этель^{77}..., который и производил подготовку к расстрелу еврейского населения, которое, по его приказу, было сведено в м. Высоцк и загнато в лагерь, который был огорожен колючей проволокой высотой до 3-х метров у высоту и рядов 7-8 в ширину.

За недель 2 до времени расстрела по его приказу было выведено 10-15 человек из числа арестованных для подготовки ямы. Этель сам делал размер ямы, зная точно, сколько находится еврейского населения. Яма была выкопана до 50 м в длину, до 2-х м ширины и до 3-х м глубины. У входа в яму были сделаны ступеньки по ширине всей ямы.

9 сентября 1942 г. Этель сообщил в округ жандармерии в м. Столин, что подготовка проведена, и этого числа из Столина приехало человек 30-40 немцев работников СД и жандармерии и человек 60 украинской полиции; немцы были вооружены автоматами.

Лагерь, по приказу Этеля, был окружён полицией, а жандармерия и СД ушли пьянствовать в жандармерию, которая находилась в м. Высоцк. После этого часов в 9-10 утра 9 сентября 42 г. всех евреев в лагере поставили на колени и начали делать обыски, от них отбирали все золотые кольца, часы, золото, хорошие костюмы. Обыск делали сами немцы, а полиции не доверяли. Всех, кто прошёл обыск в лагере, перегоняли на другое место и кто не успевал быстро собраться, немцы убивали в лагере выстрелом из автоматов. Так было убито человек 25 или 30...

После окончания обыска всех евреев, независимо от пола и возраста, ставили по 4 в ряды и разбили на три партии и приблизительно в 11 часов первую партию человек 400 или больше в сопровождении немцев и полиции повели к этой яме, раздевали наголо, уводили по 5 человек, ложили ниц [т.е. лицом вниз] и расстреливали, а очередные 5 человек стояли на ступеньках, а за ними стояло ищо 10 человек, а остальные за метров 30-40 от ямы раздевались.

Расстрелы производились так: первых пять человек ложили ниц, расстреливали выстрелом из автомата в затыльную часть черепа, потом на этих ложили другой ряд, тоже расстреливали, и так производилась последовательность расстрела. Стрелювали немцы два, которые стояли в яме, они были пьяны, одеты в белое с закачаными рукавами, а сверху ходило понад ямой ищо два эсэсовцы, и кто из расстрелянных был живой, достреливали из автоматов, попадая в голову.

Когда подгоняли к яме, так некоторые семьи или близкие знакомые брались за руки, подходили к яме и их было шесть, а в яму нужно только пять и оставаться не хотели. Немцы их силою заставляли оставаться, избивая прикладами по голове или в любую часть туловища. Были случаи, когда ударами приклада оглушевали того или иного, который не мог зайти в яму, достреливали и заставляли евреев занести в яму. Много из евреев просилось, умолялись, чтобы им оставили жизнь, а немцы з этого смеялись. Например, доктор Высоцкого района Маркевич просился, так немцы над ним рассмеялись, потом начали бить прикладами, говоря «але лус». От ударов последний потерял сознание и был дострелен возле ямы и заставили евреев затянуть его в яму.

Детей маленьких и грудных бросали живыми, кроме этого, ставили над ямой и ударом сапога забивали в яму, и убивали прикладами возле ямы, и заставляли матерей убитого ребёнка вбросить в яму. Например, Шустёр Геня, в которой ребёнок был на руках, и когда её били прикладами, так ребёнок возрастом около года выпал с её рук, так один немец ударом приклада убил его и заставил её убросить в яму...

9 сентября «еврейские акции» были проведены также в Морочновском р-не (входил в гебит «Камень-Каширский»): в Серниках были расстреляны 750 человек, в Бол. Морочно - 542^{78} и в Погосте Заречном - 140^{79}, всего свыше 1400 человек. В Серниках 8 сентября в доме председателя еврейского совета собралось много евреев, решено было бежать. В ночь на 9 сентября и утром бежали около 500 евреев, а оставшиеся 550 в этот день были расстреляны. Из числа бежавших примерно 200 человек были убиты во время побега, а 279 человек группами укрылись в лесах^{80}.

23-27 сентября уничтожены евреи в гебите «Ровно»: в Александрии - 903^{81}, Корце - 1500^{82}, Медзыжече и Гоще - соответственно 1500 и 500^{83}, в Тучине - 1000^{84}, всего около 5500 человек. Массовый побег, в котором участвовали около 2000 евреев (66%), имел место в Тучине 25 сентября, где накануне акции евреи подожгли гетто и оказали вооружённое сопротивление. Восстание было подготовлено председателем «еврейского совета» Шварцманом и его заместителем М. Химмельфарбом, которые возглавляли созданную ими боевую группу, которая имела на вооружении пять винтовок, 25 пистолетов и ручных гранат. План Шварцмана состоял в том, чтобы в тот момент, когда немцы приступят к ликвидации гетто, поджечь дома, устроить стрельбу и, воспользовавшись паникой среди немцев, бежать в лес. Об этом плане Шварцман объявил жителям гетто 21 сентября, когда они собрались на молитву в связи с Йом Кипуром. Вечером 23 сентября украинские полицейские окружили гетто, а рано утром 24 сентября отряд СД из Ровно приступил к его ликвидации. В этот момент по сигналу члены боевой группы подожгли дома и открыли огонь по немцам и украинским полицейским. Под прикрытием дыма и огня примерно две трети евреев смогли бежать в лес. Пожар и стрельба в гетто продолжались до 26 сентября, когда были схвачены Шварцман и Химмельфарб; они были расстреляны и похоронены на еврейском кладбище. Погибли и почти все члены боевой группы^{85}. Из числа бежавших в лес в течение трёх дней примерно половина была схвачена и убита немецкими и украинскими полицейскими. Около 300 женщин с маленькими детьми из-за тягот лесной жизни вернулись в село и также были убиты^{86}. Многие другие умерли от голода, холода и болезней или были убиты в 1942-1943 гг.

Евреев в гебите «Дубно» ликвидировали 5-9 октября. Было расстреляно более 10000 человек, а именно^{87}:

Дубно

5 октября

3000

Червоноармейск (Радивилов)

6 октября

950 (650 бежали)

Козин

6 октября

ок. 700

Варковичи/Озеряны

7 октября

^[10]

2495

Демидовка

8 октября

ок. 600

Боремель

8 октября

ок. 700

Волновые

8 октября

150?

Млынов

9 октября

^[11]

980

^[12]

Острожец

9 октября

ок. 500

Торговица

9 октября

700 (200 бежали)

Очевидец акции в Дубно, уже упоминавшийся немецкий инженер-строитель Гребе, после войны дал относительно этой акции следующие показания:

5 октября 1942 г., когда я посетил строительную контору в Дубно, мой десятник Хуберт Мённикес... сказал, что поблизости от строительного участка расстреливают евреев из Дубно Казнь производилась в трёх больших ямах - 30 метров длиной, 3 метра глубиной каждая. Ежедневно уничтожали около 1500 человек. Около 5000 евреев, которые ещё оставались в живых в Дубно до акции, должны были быть ликвидированы. Так как расстрелы происходили в его присутствии, он был ещё сильно возбуждён. Затем я поехал на строительство в сопровождении Мённикеса и увидел близ участка большую насыпь земли примерно в 30 метров длиной и 2 метра высотой. Перед этой насыпью стояли несколько грузовиков, с которых люди были согнаны вооружённой украинской милицией под надзором одного эсэсовца. Эти милиционеры составляли охрану на грузовиках и ездили с ними от ямы и к яме. Все евреи имели спереди и сзади на одежде предписанную для них жёлтую метку, так что они были идентифицированы. Мы с Мённикесом направились прямо к ямам. Нам никто не помешал. Теперь я услышал следовавшие один за другим из-за насыпи винтовочные выстрелы. Люди, которые сошли с грузовиков - мужчины, женщины и дети всех возрастов - должны были по приказу эсэсовца с кнутом или плёткой в руке раздеться и сложить вещи, разделённые на обувь, верхнюю и нижнюю одежду, в определённые места. Я увидел груду обуви, приблизительно от 800 до 1000 пар, огромные кипы белья и одежды. Без крика и плача эти люди, раздетые, стояли вокруг семьями, целовали друг друга, прощались и ожидали знака от другого эсэсовца, который стоял возле насыпи также с кнутом в руке. В течение 15 минут, пока находился там, я не слышал ни одной жалобы, ни одной мольбы о милосердии... В этот момент эсэсовец у насыпи крикнул что-то своему товарищу. Последний отсчитал примерно 20 человек и велел им идти за насыпь... Я обошёл насып и оказался перед огромной могилой. Люди были тесно сбиты в кучу и лежали друг на друге, так что были видны только их головы. Почти у всех по плечам струилась кровь из голов. Некоторые из расстрелянных ещё двигались, некоторые поднимали руки и поворачивали головы, чтобы показать, что они ещё живы. Яма была уже заполнена на две трети. По моему подсчёту, там уже было около 1000 человек. Я поискал глазами стрелка. Это был эсэсовец, сидевший на краю боковой стороны ямы; ноги его свисали в яму. На его коленях лежал автомат, он курил сигарету. Люди, совершенно голые, сходили вниз по нескольким ступенькам, которые были вырублены в глиняной стене ямы, и пробирались по головам убитых и раненых к тому месту, которое указывал им эсэсовец. Они ложились перед мёртвыми или ранеными людьми, некоторые обнимали тех, кто был ещё жив, и тихо говорили им что-то. Затем я услышал серию выстрелов. Я посмотрел в яму и увидел, что там бились в судорогах люди; их головы лежали неподвижно на уже лежавших телах,. Кровь текла из затылков. Я был удивлён, что не получил приказа уйти, но затем увидел, что вблизи находятся ещё два или три почтальона в форме. Следующая группа уже приближалась. Они спустились в яму, легли рядом с предыдущими жертвами и были расстреляны. Когда я, возвращаясь, огибал насыпь, то заметил новую, только что доставленную партию людей. На этот раз это были больные и престарелые люди. Старая, очень худая женщина с тонкими ногами была раздета другими, уже обнажёнными, в то время как два человека поддерживали её. Женщина, очевидно, была разбита параличом. Обнажённые люди пронесли её вокруг насыпи. Мы с Мённикесом покинули это место и уехали обратно в Дубно. Утром следующего дня, когда опять посетил строительный участок, я увидел около 30 обнажённых людей, лежавших близ ямы, примерно в 30-50 метрах от неё. Некоторые из них были ещё живы, смотрели прямо перед собой остановившимися глазами и, казалось, не замечали ни утреннего холода, ни рабочих моей фирмы, которые стояли вокруг. Девушка лет 20 заговорила со мной и просила дать ей одежду и помочь бежать. В этот момент мы услышали шум быстро приближающейся машины, и я заметил, что это была команда СС. Я отошёл обратно на свой строительный участок. Через десять минут мы услышали выстрелы со стороны ямы. Ещё живым евреям было приказано сбросить тела в яму, затем они легли туда сами и были убиты выстрелами в затылок^{88}.