Согласно показаниям{425} жителя села Григория Григоренко (в 1942 г. - 50 лет), количество убитых евреев могло исчисляться сотнями:
...Примерно в июле месяце 1942 г. я вместе с Бабенко возвращался... в совхоз. Проходя мимо силосных ям, находящихся в одном километре от совхоза, Бабенко стал мне говорить: «Вот здесь я пятьсот сорок (540) евреев положил». Я спросил Бабенко: «Как у тебя поднялась рука расстреливать невинных людей?» Бабенко ответил: «Я за них три года в тюрьме сидел и 23 года работал на них, а теперь не жаль их расстрелять»...
Группа евреев из Доманевки была направлена на работу в с. Староголовлево. Из воспоминаний Д. Айзенберг (в 1942 г. - 19 лет){426}:
Из Доманёвки нас взяли на работу. Село это когда-то называлось Старое Головнёво [с. Старая Головлёва]. Нас заставляли, например, делать такую работу: гной, который лежал по 10 лет замёрзший, заставляли чистить, лишь бы мы погибали... Кушать нам почти не давали. В Головнёве нас было 200 человек... 160 человек там умерли: кто умер, кого забили. Кто только хотел, тот над нами издевался... Полицейский мог у входа, там, где мы находились, проверить, и если находил у нас кочан спрятанный, так он его вытаскивал и бросал корове в коровник. Вы представляете, какими глазами мы смотрели на этот кочан... Полицейский украинский, немцев там не было. Там были румыны, они не издевались. Был такой румын, который стоял на кагатах. Это там, где на зиму прячут картошку - это такие ямы. Так вот он нам говорил: «Я буду стоять здесь и смотреть, и если полицейские подойдут, то я буду петь».
Схожим было положение евреев, отправленных на работу в другие сёла. Из воспоминаний Виктора Рыклиса (в 1942 г. - 5 лет), вывезенного с матерью и братом из Одессы в начале февраля 1942 г.{427}:
В Доманевке нас поместили в какое-то большое, полуразрушенное здание. По-видимому, раньше это был клуб. Крыша местами отсутствовала, на полу лежал снег. Люди здесь фактически находились под открытым небом. При взгляде на окружающую обстановку охватывал ужас: рядом с трупами лежали живые люди. Какая-то женщина корчилась в родовых муках. За стенами временами раздавались выстрелы...
В один прекрасный день начала марта в Доманевку приехал председатель колхоза им. К. Маркса из с. Николаевка... Дело в том, что приближалась весна и требовались рабочие руки для выполнения сельскохозяйственных работ. Всех людей построили, и председатель, обходя их, выбирал подходящих, естественно, молодых и здоровых. У мамы, кроме двух последних, было ещё одно ценное качество -прекрасное знание румынского языка. Оно сыграло решающую роль. Так мы оказались в небольшом селе Николаевка.
В лагере, который румыны организовали в селе, находилось 45 человек. И, за исключением двух умерших своей смертью, все остальные дожили до освобождения. Мы жили в помещении бывшего клуба, где на цементный пол была наброшена солома, а «спальные» места были отгорожены друг от друга кирпичами и камнями. У лагеря постоянно дежурил полицай с нагайкой, который следил за «порядком», и мог стегнуть нагайкой, если кто-то замешкался при выходе на работу. Пища наша была очень скудной - 100 грамм кукурузы, которую мы жарили на костре, небольшая порция мамалыги и иногда немного мёрзлой картошки. Чувство голода никогда не покидало меня. Вскоре у меня начали опухать руки и ноги - явный признак дистрофии.
...из-за антисанитарии, отсутствия мыла и возможности нормально помыться, скоро людей стали заедать вши, а следом за этим появился сыпной тиф, которым мы все переболели...
10 марта 1942 г. 1-я кавалерийская дивизия в донесении 3-й армии констатировала{428}:
1. В деревнях Доманевка и Богдановка уезда Голта находятся еврейские лагеря, как-то:
- В деревне Доманевка имеется 1900 евреев - дети, женщины и мужчины, которые размещаются в 6 домах, ранее принадлежавших евреям, - полностью изолированные от гражданского населения.
В колхозах близ деревни и в деревне Богдановка того же уезда также имеется в общей сложности 610 евреев.
2. Охрана лагерей осуществляется украинской полицией вместе со взводом жандармерии в Доманевке, который является частью легиона жандармерии уезда Голта.
3. Украинская полиция в Доманевке состоит из начальника и 6 охранников. Начальником полиции является Михай Казакевич из деревни Косница, уезд Дубоссары, который достаточно хорошо знает румынский язык. Охранники являются жителями Доманевки. Эти полицейские вооружены револьвером «наган» 15-й серии, который имеет начальник, и 6 русскими винтовками.
...
10 марта по случаю инспекции, произведённой г-ном префектом, начальнику полиции и претуре был отдан приказ увеличить количество полицейских до 15...
Этим полицейским платят из бюджета деревни - 100 марок в месяц, но до сих пор им платят в натуральной форме из-за отсутствия марок...
4. Из евреев в лагерях ежедневно умирает 30-40 человек. Еврейские захоронения очень мелкие, покрыты очень небольшим количеством земли. Из-за того, что захоронения мелкие, население деревни и окрестностей при оттаивании подвергается эпидемии и инфекции, возникающих в результате разложения трупов...
19 марта 1942 г. претор Доманевского р-на Василе Мынеску (Vasile Mănescu) в рапорте на имя префекта уезда «Голта» так описал положение в лагере{429}:
Разрешите доложить о ситуации, которая возникла. В Доманевке имеется еврейский лагерь, который представляет собой постоянную опасность для властей и для местного населения в деревне из-за ужасных условий, в которых они [евреи] живут, и насекомых, которые на них кишат, что создаёт наиболее благоприятную почву для вспышки тифа, холеры и других болезней. Так как большое количество евреев были расстреляны в этой деревне и захоронены в ямах, которые не соответствуют установленным нормам, так как они были выкопаны неглубоко (максимальная глубина составляет полметра), и эти [ямы] и проникновение воды в землю, как только снег растает, будет представлять опасность для общественного здоровья. Чтобы мы были способны предотвратить опасность упомянутых выше эпидемий, я прошу Вас дать согласие на перевод лагеря в Богдановку или в колхоз, всех старых людей, у которых нет сил работать, а также детей до 14 лет, и остаток перевести в колхозы, так как если мы держим их всех вместе, мы не будем способны их использовать на работах вообще, и, с другой стороны, из-за ужасных условий ежедневно умирают 30-50, и грязь и отбросы, которые они оставляют после себя вокруг домов, в которых они живут, представляют собой главное место для заражения. Мы также просим вас проинструктировать санитарную службу уезда принять необходимые шаги, требуемых этой критической ситуацией.
На полях этого рапорта префект Исопеску 25 марта 1942 г. написал: «Тела должны быть сожжены, чтобы не распространилась эпидемия». Для выполнения этого распоряжения Исопеску была создана команда гробокопателей, состоявшая из 50-60 крепких евреев. Сначала они попытались сжечь тела, устраивая погребальные костры из деревьев и тел: они чередовали слой тел со слоем деревьев, обливали их бензином и поджигали. Однако этот метод был хорош только для «свежих» тел, т.е. тел тех, кого только что убили. Пока хватало дров, сожжение было относительно быстрым и надёжным. Тела умерших евреев (и не застреленных) складывались в специальный дом и оставлялись там до тех пор, пока гробокопатели каждые несколько дней не относили их на погребальные костры. Изъятие тел из ям, в которые они были брошены румынскими жандармами и украинскими полицейскими, было слишком медленным - некоторые были ещё замороженными, когда их доставали из массовых могил. Несколько ям были подожжены сверху, без изъятия тел. Результатом было только частичное сожжение тел - тех, которые были глубже в ямах. Когда сожжение и перезахоронение были закончены, гробокопателей назначили сжигать десятки евреев - из тех, которые были доставлены позднее, кто ежедневно умирал в лагере{430}.
Согласно донесению префектуры уезда «Голта» от 24 апреля 1942 г. губернатору «Транснистрии» в Тирасполе, в гетто Доманевского р-на по состоянию на 1 апреля 1942 г. имелось 785 евреев (145 мужчин, 481 женщина и 159 детей){431}. 10 мая 1942 г. больные и увечные из гетто Доманевка были переведены в бывший свиносовхоз Ставки (12 км от с. Акмечетка){432}. В этот лагерь со всего уезда «Голта» свозились евреи, которые не использовались на работах, в первую очередь нетрудоспособные (старики, дети, больные, инвалиды). Несколько сотен евреев из этого лагеря были отправлены на работу в с. Карловка, так что в ноябре 1942 г. ещё находившиеся в Доманевском р-не евреи распределялись по следующим населённым пунктам{433}:
