Но мебель, вернее, ее часть, человечка все же перекрасила в яркие цвета. Вместе с новыми мальчишками-орчатами. Заодно начала учить их писать и читать, вместе выводя кисточками загогулины букв на огромных столах и лавках, которые вытащили на двор. Потом то все равно закрашивали равномерно.
Вначале мальчишки упирались, мол, зачем им «человеческие значки», но Мила споры пресекла быстро:
— Старшинами или даже командирами в своем отряде когда-нибудь хотите быть? А как вы карты читать будете? Как с купцами, что для своих караванов охрану нанимают, сговариваться? Неграмотного любой обдурить может, но раз вы у нас особые… Избранные…
Мальчишки выпячивали свои пока еще костлявые грудины и умолкали. Избранным, так и быть, незазорно уметь читать даже человеческие буковки.
Разноцветную мебель после высыхания вернули в таверну. Конечно, она привлекла интерес, и многие посетители стремились занять именно цветные лавки и столы.
— Вот! Видите! Людям… то есть всем посетителям нравится что-то новенькое! — говорила Мила. — Давайте и остальное перекрасим?
Но орги еще те консерваторы, настороженно относились к потоку новшеств, организованных иномирянкой. Даже удивительно, что вообще согласились с ней работать.
Постепенно, в совещаниях с Душарой, редактировалось меню будущей сети. Как базовое, так и сменяющиеся дополнительные, вроде как «месяц дверговской кухни». И как же Миле не хватало зелени!
Но айна больше не было, как и его разнообразной травы.
Как уехал, так и не ясно — планировал ли вообще возвращаться. А другие местные зелень в таком разнообразии не выращивали. Но не идти же к дракону, чтобы поинтересоваться, что ему говорил айн насчет своего отъезда. Вернее, приезда обратно.
Тем более что сам герцог со свитой тоже уехал, как оказалось. Первые дни Мила еще вздрагивала в ожидании, что настырный дракон будет наведываться в таверну каждый день. Чтобы вновь соблазнять ее вкрадчивыми речами или путаться под ногами. Но нет. Будто тоже пропал.
Когда девушка спустя дней десять все же спросила у приставленных к ней оборотней-охранников, почему их начальство в таверну не заглядывает, ей ответили:
— Что, уже соскучилась? Надумала-таки? Коли поедешь вслед, так мы проводим, как положено…
— В каком смысле «поедешь вслед»? — не поняла она.
Так и выяснилось, что на этот раз герцог не стал задерживаться здесь, в захолустье, со своими проверками по приграничным гарнизонам, уже уехал к следующей крепости. И вообще, он не в соседнем Сареаше живет, тот слишком мал и, вообще, на отшибе. Родовое гнездо дракона в столице герцогства — в Виншадоре, до которого несколько дней езды. И, мол, так величественен и роскошен родовой замок Его Светлости, да если бы только человечка увидела, то ни мгновения бы не сомневалась, где ей должно быть…
— О-о, — взмахом руки прервала девушка оборотня, что аж соловьем заливался, восхваляя своего босса.
Как же многого она не знает! И вроде целый год изучала новый мир — правда, по книгам, что ей выдавали, да переписке с несколькими адресатами, но получается, что огромные куски важной информации прошли мимо нее. Почему она вообще решила, что герцог живет где-то неподалеку отсюда, от границы?
Да, год назад он здесь был целый месяц, в таверну каждый день, как на работу приходил, чтобы пробовать ее блюда. А оказалось, что он, случайно оказавшись в то время именно рядом с этим гарнизоном, именно из-за человечки задержался здесь надолго?
С одной стороны, это льстило попаданке, с другой — пугало. Если уже тогда дракон бросил все прочие дела, чтобы задержаться рядом с ней, то… а почему тогда на этот раз он так быстро отступил? Когда она никому не должна, то есть вроде как свободна?
Нет, вроде бы отлично, что драконище со своим приятелем уехали. И что их дом в принципе далеко. Но… В чем подвох?
А он точно есть! Не мог герцог, дракон с огромным самомнением, так просто отступиться от соблазна заполучить ценную игрушку, почему-то думалось Миле.
Или он зачитался ее бизнес-предложениями и уехал посоветоваться… с какими-нибудь своими министрами? Или кто может быть из советников и помощников у герцога? Или просто более срочное дело у него появилось, в каком-то другом гарнизоне, но вскоре он вернется и возьмется за нее с новыми силами?
Однако вскоре на этот вопрос она получила частичный ответ.
В тот вечер торговых обозов у таверны не останавливалось, внутри было немного народа — лишь оборотни из гарнизона, зашедшие не только поужинать, но и поболтать.
Мила, нуждаясь в разнообразной информации о мире, которую можно было получить именно вживую, придумала такую хитрость. За интересные рассказы о других местах или каких-то недавних событиях она «Лучшему рассказчику вечера» выносила «комплимент от шефа». То есть заранее приготовленную вкусняшку. Остальных участников в процессе угощала какими-нибудь новинками, которые еще не вошли в меню. Почти что «из-под полы», или, скорее, «только для своих»?
Так что неудивительно, что по вечерам в таверне хватало желающих рассказать что-нибудь человечке и ее орчатам. Этакое местное радиовещание с разными «участвующими спикерами».
А на самом деле Мила так даже три в одном получала.
Она не просто узнавала много нового о мире или хотя бы о герцогстве, так сказать, «с доставкой на дом». Заодно орчат-помощников сажала слушать — им в будущем пригодится, а она обещала, что в тавернах мальчишек будут учить разному.
Заодно Мила так свои очередные кулинарные эксперименты опробовала на тест-группе. И раз айновской зелени, к обилию которой она успела за год привыкнуть, у нее теперь нет, то… переключилась на оргские продукты. Не все их специи были вонючими, из некоторых можно было что-то вполне съедобное для прочих рас приготовиться.
Вот и в тот вечер она вначале лично вынесла несколько кружек с новым напитком солдатам. Нашла среди оргских корешков что-то вроде имбиря и пока подбирала пропорции и состав для имбирного чая.
— Эй, девка, позови Милдред! — грубо окликнули ее со стороны.
Девушка с толикой недоумения обернулась. Это ей, что ли? За красным столом, неподалеку от барной стойки — там, где раньше садился дракон с приятелями, теперь сидел какой-то здоровенный тип, также по-хозяйски развалившись. За тем же столом, но с краю лавки приютился худощавый мальчишка.
— А кто ее спрашивает? — уточнила девушка, одергивая передник. Да, она продолжала на кухне лично готовить, и одежда у нее была рабочая.
Солдаты дружно оскалились, уже предвкушая что-то забавное. А пара самых неугомонных успели пошушукаться и выложить на стол перед собой по паре монет.
— Че⁈ Девка, ты че, дер-рзишь? Мне? Тебе велено позвать. Быстр-ро! — повышая голос, рявкнул мужик.
Мила пригляделась внимательнее. Амбал здоровенный, одежда запылившаяся, но на вид дорогая. И он вроде бы человек, даже несмотря на густую гриву темных волос, как у оборотней принято. Правда, в отличие от оборотней, волосы у незнакомца были собраны сзади в низкий хвост. Может, она так решила потому, что его движения были резкими? Все же оборотни более пластичные… Как, например, те двое, что почти незаметными движениями тут же добавили от себя еще к кучке монет на столе, спорщики такие!
— Че стоишь? — опять взревел мужик, дернув щекой с косым шрамом через лицо. — Глухая, что ли?
— Назовите свое имя. Милдред все равно не будет встречаться с абы кем… — начала было Мила, а то мало ли опять какой-нибудь «привет» из прошлого ее тела, но незнакомца окончательно перекосило.
А мальчишка, что был за одним с ним столом, втянул голову в плечи и сдвинулся совсем уж на край скамьи. Кстати, мальчишка — точно человек.
— Проблемы? — пророкотали позади.
— Гракгаш, гони эту тупую подавальщицу прочь, — отозвался вдруг мужик поперед самой девушки, сжимая свои немалые кулаки. — Ленивая корова!
За столом навостривших уши и скалящихся стражников звякнуло еще несколько монет.
Сама Мила повернула голову и вопросительно глянула на хозяина таверны.
