Он был очень недоволен. Больше месяца он выдирался из зарослей храмовых и дворцовых интриг, на неделю свалился уже в Эребуни с сильным жаром, и что получил в итоге? Одну лишь невнятную фразу.
— Ну почему же? — новый староста был ещё относительно молод, но звание своё нёс с достоинством, и перед настоятелем Храма не заискивал. — Я знаю, что предок был большим шутником, до самой смерти любил женщин, вино и хорошо поесть. Что он во время перевозки хранилища знаний не перебирался через реку и не исчезал больше, чем на половину дня.
— Значит, он спрятал их где-то неподалёку! — воодушевился Следак.
— Здесь хватает укромных мест! — согласился с ним новый староста. — Но наши мальчишки лазают всюду в поисках дров и ягод, так что любую тайную пещеру или тайник в скале они давно бы нашли. Тем более, что предок и его люди не брали никаких инструментов, необходимых, чтобы копать землю или дробить скалы.
— Получается, они спрятали в каком-то из домов?
— Единственное строение, где в то время никто не жил — это храм предков! — любезно поделился своими мыслями абориген. — И заметь, когда Руса Еркат пришёл туда, то есть буквально «явился к предкам», он обратился к богам с молитвой. И они дали ему мудрость!
— Что ты хочешь сказать? — обалдел от такой трактовки Ашот. — Что Руса как-то утащил в кармане неподъёмный груз?
— Предки мудры! — уверенно заявил жрец местного Храма. — Они могли записать в память Русы содержимое глиняных табличек.
— Могли, конечно… — неуверенно согласился Ашот. — Но почему они не сказали об этом самому Русе? Нет, тут надо ещё подумать.
— Думай, конечно! Будь нашим гостем столько, сколько потребуется, наш дом — предложил староста.
* * *
— Глупости это, Руса! — горячился Микаэль. — Свой город мы всегда прокормим! Овощей и фруктов уже сейчас хватает. А мяса с шерстью и вовсе больше, чем нужно. Зерно? Так его и купить всегда можно!
— Во-первых, не всегда. Наместник Египта легко может «нажать» на нас, прервав поставки по реке, а возить по пустыне… Да нам просто верблюдов не хватит!
— Что? Клеон остановит поставки⁈ — не поверил своим ушам наш финансист. — Да он удавится за лишний статер!
— Именно поэтому он вряд ли удержит власть над Египтом в трудные времена! — парировал я. — А другой, менее сребролюбивый властитель Египта легко на это пойдёт. Потому что ему светит приз невероятной ценности. Это во-первых. А во-вторых… Понимаешь, нам просто не хватает людей. Тех, кто пойдёт в войско или ополчение.
— Наймём! — фыркнул он. — Сам знаешь, денег у нас хватит, начеканили столько, что в оборот вводить опасно.
Что да, то да… Добыча никеля постепенно росла, из Западной Иберии потянулись первые караваны судов с оловом и медью, да и алюминия мы производили больше, чем нужно. Так что у нас хватало любой монеты — от бронзовых халков, до тетрадрахм из «небесного металла». И даже мельхиоровых оболов создали приличный запас.
— Ни наёмники, ни кочевники не станут драться до последнего! Только горожане и крестьяне, собственники этой земли! — пытался достучаться до него я. — Тем более. что не так уж и много усилий нам придётся для этого приложить. Только поднять им воду из рек и подземных источников да дать удобрения, чтобы повысить урожайность. Один городской работник обеспечит добавление полусотни крестьянских семейств.
Не всё, конечно, так просто. Возле порогов, где водяные колёса наиболее эффективны, мы уже всю землю орошаем, значит, придётся делать это в других местах. А там только нижнебойные колёса можно ставить, у них эффективность в разы меньше… Считать придётся, не всюду это выгодно. Да и с удобрениями… Одни лишь минеральные без «органики» работают плохо. А где навоз брать? Правильно, придётся ещё и скот разводить, «норфолкская система земледелия»[1] это называется. Но я про неё лишь основы знаю. Мы на Порогах технологии обкатываем, но там условия получше: и города рядом, и электричество в разы дешевле, а часть воды и вовсе самотёком идёт. А как оно на пустынном берегу себя покажет? Вопрос… Наверняка, не всюду сработает.
* * *
[1] Норфолкская система земледелия (Norfolk four-course system) — это метод четырёхлетнего севооборота, который возник в конце XVII века в английском графстве Норфолк. Она стала одним из ключевых элементов британской аграрной революции, позволив значительно повысить плодородие почвы, урожайность и интегрировать растениеводство с животноводством.
* * *
Да и минеральные удобрения у нас тоже не дёшевы. Но если их не вносить, то про два-три урожая в год можно и не мечтать. Обойтись одним? А прокормит ли тогда земля хотя бы самих работников и их семьи?
Но дедушка прав, нам нужны люди, а здесь и сейчас большая часть населения — это крестьяне. Пора, давно пора решать эти вопросы, хоть это и не будет просто.
— Руса, не обманывай себя! — хмыкнул он. — Потребуется увеличить численность Патруля, это раз. А патрульным нужны будут дома, жёны, оружие и боеприпасы… Да и твои крестьяне захотят продавать излишки, так что им потребуются товары из города. Так что рабочих потребуется куда больше. И где мы их возьмём?
— Здесь! — обезоруживающе улыбнулся я. — Мы для того и устраиваем выставку, чтобы про нас говорили. Люди услышат и поедут в Нубию. И, к тому же, часть тех, кто поедет за землёй, на самом деле осядет у нас в городе. Их мы тоже обучим. Всё будет работать на нас, каждое устроенное зрелище.
— Ха, зрелище! — сарказм из его голоса так и сочился. — Где электроход? Сломали и никак не починим! Где, наконец, воздушный шар? Его-то издалека видно, только успевай полёты делать.
— А вот это — тайна! — уклонился я от ответа. — Но ты не волнуйся, его скоро вернут.
* * *
— Вы издеваетесь? — купец Эврисфей аж скривился, недовольно оглядывая троицу посланцев Нубийского наместника, на разведку которого достаточно успешно работал последние пять лет. — Алкид, Ификл и Иолай прибыли в гости к Эврисфею[2], да? Ничего умнее не могли придумать? Это — Сиракузы, умники, эллинов тут живёт больше, чем всех прочих вместе взятых, так что о вас уже завтра будет знать половина города!
— Ну и хорошо! — улыбнулся старший из троицы, представившийся Иолаем. — Мы ведь уже знаем, что Диомед Фиванец почти не покидает крепость на Ортигии, но туда не пускают посторонних. В остальной части города он бывает нерегулярно. Значит что? Получается, нам надо подстеречь его за городом. И подходящее место ты за нас не выберешь, верно ведь?
* * *
[2] Алкид — настоящее имя Геракла. Ификлом звали его брата, а Иолаем — племянника. Эврисфеем звали ванакта Микен, по заданиям которого Геракл и совершил свои 12 подвигов.
* * *
Купец недовольно кивнул. Трусом он, в отличие от тёзки из мифа, не был, просто не любил ненужного риска.
— А чужаки, которые станут бродить по окрестностям города, всё равно привлекут внимание, — дополнил Ификл, тощий мужик лет тридцати, ему куда больше подошло бы прозвище Жердь или Щепка. — Раз избежать этого всё равно нельзя, то лучше пусть о нас говорят все. Тем более, что имена настоящие.
— Тогда вас арестуют! — уныло пробормотал агент Русы.
— С чего бы? — делано удивился тёзка Геракла. — В Нубии мы пользовались прозвищами, были на то свои причины. Так что узнать нас не так-то и просто.
— И изображать мы с Алкидом будем самих себя! — улыбаясь, дополнил Ификл. — Наёмники, люди меча, охраняем вот этого умника, потому как места эти слывут опасными для приезжих.
— А к окрестным сикулам у нас имеется реальное предложение. Мы привезли саженцы дерева, называемого апельсиновым. Родом оно из далёкого Китая, но тут должно неплохо плодоносить.
