А по-простому, по-моряцки, это обеспечивало без разряжения аккумуляторных батарей средний ход, где-то семь-восемь узлов[6].
— Говорят, Руса новые корабли называет моторной шхуной! — хмыкнул Боцман. — Привыкай!
— Ха! Двигательной! — скривился Йохан Длинный. — Какая же она двигательная, если нам всё равно приходится напрягаться, ворочая «вёсла»? Или ты думаешь, что от того, что к рукояти весла приделали лопасть, а генератор, мне легче стало?
— Прекратили болтовню! — загремел голос Волка. — Все на вёсла!
* * *
[6] Напоминаю, в АИ этой истории есть понятие навигационной стадии, равной одному кабельтову, и навигационной мили, равной десяти кабельтовым. Поскольку и в реальной истории, и в альтернативной морская миля равна одной угловой минуте меридиана, то и их значения совпадают ~ 1 852 м. Узелсоответствует одной морской или навигационной миле в час.
* * *
Абордажников эта команда не касалась, так что «старички» поднялись на верхнюю палубу, разузнать что случилось.
— Две пентеконтеры карфагенян пытаются под ветер на вёслах уйти! — объяснил им Мгели. — Под парусом нам их не догнать, скорость не та, да и галсами идти придётся. А вот с двигателем да на полном ходу — у них нет шансов.
«Это да!» — мысленно ухмыльнулся Гоплит. «Чего у винтов не отнять, скорость они дают большую. Правда, и мощности требуют много».
— Аккумуляторы не разрядим? — тихо поинтересовался Длинный.
— Раз-р-ря-дим! Ак-ку-му-ля-тор-р! — тут же откуда-то сверху подал свой голос Пират.
— Раскаркался, как ворон! — недовольно скривился Савлак. — Догоним и на абордаж возьмём. Нам добыча нужна, пусть и такая. А потом подзарядимся.
С тех пор, как его флотилия стала курсировать к югу и западу от Сицилии, гаулы в этой части моря ходить перестали, слишком уж легко догоняли их новые корабли. А «толстушки», которые имели, что противопоставить в морском бою, пока что уклонялись от боя. Но без торговли жить нельзя, вот купцы Нового города и начали использовать для перевозок товара гребные корабли — пентеконтеры, биремы и даже «мышиные ладьи».
— А если они нас в ловушку заведут? — тихо спросил Йохан. — Там впереди много камней из моря торчит, не хотел бы я там маневрировать под парусами.
— Нам нужна добыча! — упрямо повторил Волк. — И я эти корабли не упущу. А если там ждёт засада… Что ж, именно для боя с «толстушками» Руса нас и позвал!
Он оглядел соратников, с которыми так много прошёл, и улыбнувшись, добавил:
— Не забывайте, парни, мы все учимся! Учимся плавать под двигателями, учимся топить и захватывать карфагенян. Когда выучимся, море станет нашим! Так что, как говорит Руса, нам надо учиться, учиться и ещё раз учиться!
* * *
С прошлой главы статы не изменились.
Глава 16
«Всей мощью бортового залпа»
— И почему ты говорил, что тут камней полно? — прошептал Гоплит Длинному. После того, как Полуперса назначили начальником абордажной команды на второй шхуне, а Боцмана — на третьей, общались они в основном между собой. — Пролив здесь широкий, а камни только под самым берегом торчат.
— Зато водоворотов полно. Да к тому же, говорят, в Мессене и Регии [1] карфагеняне какие-то особые пушки поставили, большие и длинные. Бьют на шесть стадий, а одним ядром могут даже «толстушку» изувечить, — так же негромко ответил Йохан. Шептались они, чтобы не привлечь внимания Савлака Мгели, который был заметно не в духе. — Повезло ещё, что мы обе пентеконтеры подстрелили раньше, чем их береговые батареи смогли прикрыть.
* * *
[1] Мессена (или Мессана) — так в то время называлась Мессина. Регий — город-крепость на месте современного Реджо-ди-Калабриа. Напоминаю, что в АИ Цикла оба города захвачены Карфагеном.
* * *
Запас времени был, пусть и небольшой. Даже без дорогостоящей стрельбы из стальных пушек обошлись. Первый накрыли залпом картечниц правого борта, а второй — левого. Следующие за ними шхуны сблизились с «подранками» и огнём из винтовок добили уцелевших, после чего просто высадили призовые команды.
Две биремы, входившие в состав их флотилии, отстали и участия в бою не приняли. Теперь шхуны сбавили ход, позволяя себя нагнать и заодно подзаряжая аккумуляторы.
— Длинный, ты же у нас известный умник. Как думаешь, почему Волк такой злой?
— Не злой, а озабоченный! — поправил его соратник. — Ты заметил, когда он мрачным стал?
— Когда добычу в наши трюмы перегружали! — тут же ответил Гоплит. Может, он и не отличался особым интеллектом, но на отсутствие наблюдательности не жаловался. — Ну и что? Не повезло с добычей, мелочёвка какая-то досталась, так бывает. Да и сами кораблики прилично стоят.
— В том-то и дело, что не очень. Пентеконтеры нам попались старые, трухлявые. А груз их доброго слова не стоит, что странно, ведь сейчас отсюда только самое ценное и редкое везут. Селитру с серой, например. На худой конец — оливковое масло. А тут — немного плохонькой муки и балластные камни.
— Думаешь, ловушку нам приготовили? — этот вопроспрозвучал вдвое тише предыдущих реплик.
— Не так важно, что я думаю. Но готов спорить на пару драхм, что нашего Волчару именно это беспокоит.
* * *
— Что тебя опять беспокоит, Микаэль? — устало спросил я.
— «Волчья стая» никак не поймает противника! — выдохнул он. — Мы надеялись, что первая схватка с «толстушками» произойдёт ещё месяца полтора назад.
— Противник прячется, — пожал плечами я. — Но они приносят добычу, как и парни Библиофила. И мне казалось, что они окупают затраченные на них деньги.
Микаэль потупился, а Проникающий-в-суть-вещей продолжил за него:
— У нас да, прибыль больше расходов. Но наши партнёры волнуются. Они вложились в войну, и продолжают вкладываться. А выгоды не видно. Больше того, ходят слухи, что флотоводцы Карфагена придумали ловушку для наших каперов.
— И что я могу с этим поделать? Что молчите? В морской войне я мало что понимаю.
— Деньги нам нужны, Руса! — выдохнул Микаэль.
— Сказал бы что-то новенькое! — криво улыбнулся я. — Фразу «нам нужны деньги» я слышу уже несколько лет подряд.
И тут в памяти неожиданно всплыл эпизод из любимой книги детства. Петру I тоже были нужны деньги, а новых налогов страна уже не выдержала бы. И тут ему предложили идею гербовой бумаги. Чтобы любое прошение или иную бумагу чиновникам только на ней писать можно было. Я жестом остановил их и стал думать.
Нет, в чистом виде заимствование не годилось. В Нубийском наместничестве людей мало, мало и официальных бумаг. А если по всей державе вводить, то и деньги уйдут царю Александру. Но что-то в этом было… О!
— Слушайте, а что, если мы бланки для векселей станем печатать? Такие, чтобы их было невозможно подделать? И продавать за один-два процента от номинала? Вытеснит это всякие там оловянные жетоны и куски клеймёной кожи?
К моему удивлению, особого восторга идея не вызвала. Очень уж тут народ консервативен. Бесплатно — ещё взяли бы. Попробовали, год-другой-третий покрутили, постепенно наращивая объём, а там можно будет и плату брать.
— Но это ж сколько времени займёт? — объяснял финансист. — Пока отработаешь такую печать, пока внедрим, пока начнём деньги получать… Лет пять пройдёт, не меньше. А нам деньги нужны, как говорится, «ещё вчера».
— Но у нас другая идея есть, — тут же перевёл разговор в конструктивное русло настоятель Храма предков. — Ты в курсе, что дядя твой Сабы учудил? Ему Эсфирь, вторая по популярности претендентка, предложила на ней жениться.
Это я знал. Эта женщина по знатности рода превосходила и покойного отца Сабы, и дядю, и её саму.
