С л а в к а. Есть. Особый. (Показывает кулак.) Мгновенный.

К р а с н о щ е к о в. Давно бы сказали. Предупредили. Ведь не трудно. Как принято у цивилизованных людей. Хоть здесь обойдемся без пятнадцати суток. Даю слово. Ушел. Скрылся. Без шума и скандала. (Взбирается на крыльцо, с трудом открывает дверь.)

Подходит  А н и с и м.

А н и с и м. Ты чего тут крутишься?

С л а в к а. Терентий пьяного Краснощекова привел. Тот меня за дружинника принял. Я ему хотел было салазки направить, да пожалел.

А н и с и м (в раздумье). Выходит, на самогонке сошлись. Легко Терентий ключик подобрал. (Строго.) Это не причина тебе около дома отираться.

С л а в к а. Дядя Анисим, ну что ты надо мной строжишься? Я этот случай с Таней вот как переживаю. Может, больше твоего.

А н и с и м. Что ты говоришь? Давно я в театре не был. Как в госпитале поправлялся, водили нас. Ну, изображай, как ты переживаешь.

С л а в к а. Ну как. Не видишь, что ли? (Пауза.) Не сплю. Худею. (Пауза.) Вот только что одной ногой на пороге тюрьмы стоял. И вообще не понимаю, чего с ним цацкаются.

А н и с и м. А ну-ка замолчи.

Из предрассветной дымки появляются  С о ф ь я  М и х а й л о в н а  и  О в ч а р о в. Останавливаются.

С о ф ь я  М и х а й л о в н а (кладет ему руки на плечи). Простимся. Ты устал. (Поцелуй.) Не провожай. Вечером увидимся?

О в ч а р о в. Непременно.

С о ф ь я  М и х а й л о в н а. Если бы ты знал, какая я счастливая. (Поцелуй.) Уходи. (Уходит.)

Овчаров проходит в дом, сделав вид, что не заметил Анисима и Славку.

С л а в к а. Вот тебе и Софья Михайловна.

А н и с и м. Да-а… Думал, гора, а закружилась пушинкой на ветру. Баба всегда остается бабой.

С л а в к а. Должно быть, всерьез это у них. Или нет?

А н и с и м. Разбери. Сдается мне, что дремало-дремало в ней это женское, и разом проснулось. А чем кончится — кто знает. Кто бы ни разбудил малого ребенка, ему любой кажется матерью. Обхватит ручонками, прижмется, а потом только поймет — родной или чужой. Или засмеется, или плачем зальется.

С л а в к а. Хорошо, когда женщина вот так, в один миг полюбит.

А н и с и м. Кому?

С л а в к а. Всем. И ей. Особенно ему. Счастье.

А н и с и м. Значит, ему?

С л а в к а. Еще бы!

А н и с и м. Так вот что я тебе скажу. Ни вечером, ни утром Таню из дому не выманивай.

С л а в к а. Дядя Анисим, мне и так с Таней трудно, да ты еще из меня жилы тянешь. Она королевой собирается быть, возможно, станет, а я дизелист с армейской выучкой. Она меня своими во-первых, во-вторых до испарины доводит. Ты-то хоть поддержи, а когда поженимся…

А н и с и м. По твоей легкости тебе надо жену постарше, поздоровее, чтоб при случае за волосное управление могла взяться. И с достатком. А у Татьяны ничего нет. Значит, просто норовишь обмануть девчонку.

С л а в к а. Клянусь, дядя Анисим, слово даю.

А н и с и м. Я тебе без всяких слов и голову отверну и ноги повыдергиваю, если что напакостишь. «Ему счастье!» Ишь ты куда гнешь.

С л а в к а. Не гну. Так само получается. Вообще, конечно, обоюдное дело.

А н и с и м. Женишок! Поменьше бы таких. Бабе должно быть счастье. Уж до того их с нами уравняли, не пойму, как они еще рожать соглашаются, нас в три шеи от себя не гонят. Треплив ты, Славка, дальше некуда.

С л а в к а. Это я-то? Ну, Анисим Романыч, тогда дядю побоку. У меня тоже есть самолюбие.

А н и с и м. Кто рассказывал Васене про медные доски?

С л а в к а. Только не я.

А н и с и м. Кто же, кроме тебя и меня, про это знал?

С л а в к а. А если Таня? Ты куда их спрятал? Могла она их увидеть?

А н и с и м (неуверенно). Случаем если…

С л а в к а. Вот, пожалуйста. Таня подсмотрела, с Васеной поделилась, а я доверия лишаюсь. (Пауза.) Погляжу, погляжу я на тебя, Анисим Романыч, мужик как будто бы и ничего, а все же смешной.

А н и с и м. Чего во мне смешного? Ну?

С л а в к а. Чудинки в тебе много. Не то ты вперед забежал, не то отстал. Не по времени живешь.

А н и с и м. Это потому, что я в жизни твердости искал и ищу!

С л а в к а. Вот это и смешно. Ищешь! Сторож — должность стариковская. Быть комендантом этого здания — служба той же Васене по плечу. Чего уж тут про какую-то твердость говорить, в сторонке посиживая.

А н и с и м (сдерживая себя, чтоб не закричать). А потому я в сторонке, что надоели начальники, которых я даже запомнить не могу. Ни они меня узнать не успевают, ни я их понять. Зато каждый из них по-своему куролесят. Америки открывают. Да разве так можно? Найди ты землю богаче нашей. С ней все можно иметь. А имеем? Хотим добро наживать, а теряем нажитое.

С л а в к а. Все равно, так проживем, что и через тысячу лет не перестанут удивляться. (Достает из кармана часы, надевает на руку.) Остается десять минут до исторического события.

А н и с и м. Это какого?

С л а в к а. Узнаешь. Совершу его я. Потому что вижу перспективу, а ты не видишь. Век техники требует от человека изобретательности, энтузиазма и подвигов. В этом отношении мы с Таней одинаковы. А ты только жалуешься на каких-то начальников. Ну когда они мне мешали?

А н и с и м. Не равняй ты себя со мной. Для тебя разницы нет, где напильником да молотком работать. Что на Сахалине, что в Крыму, что здесь. Железо — везде железо. И не очень-то ты в умном начальстве нуждаешься, потому что твою работу в любой день и час начни, в любой кончи. Инструмент в ящик — и катись. А хлеб везде по-разному растет. Ему колыбельку годами готовить надо. Далеко вперед заглядывать и уметь ждать. Это же не просто работа, а творение.

С л а в к а (поправляя). Творчество.

А н и с и м. Начало всего живого. Я только тут, в своей степи, могу человеком быть, потому что все ее повадки знаю от деда и прадеда. А мне руки отбили. Так буду сторожем, а то и совсем уйду от земли.

С л а в к а. А доски зачем заготовил?

А н и с и м. Я тебе душу свою раскрыл, ты не смей зубы скалить. Ты ради шутки, что ли, брался помогать? Или через меня хотел половчее к Танюшке подъехать?

С л а в к а. Что ты, что ты? Я всерьез. Я тебя уважаю. (Смотрит на часы.) Ну-с, открывай рот шире. Должно сработать автоматически. Внимание… пять часов и…

Совсем близко раздается низкий торжественный гудок.

Слушай, степь! За миллионы лет первый раз. Не хуже, чем на большом заводе. Красота!

А н и с и м. Обормот! Механик! Останови!

С л а в к а. Действует само.

Гудок умолк.

Пожалуйста! Голова я или нет?

Из дома выходит сонная, полуодетая  Т а н я.

А н и с и м (неожиданно засмеялся). Убил! Изобрел! Снес яичко. (Увидев Таню.) Ты куда в таком виде?

Т а н я (Славке). Разбудил, так иди сюда. Иди.

Славка нерешительно поднимается на крыльцо.

А н и с и м. Татьяна!

Т а н я (обнимает и целует Славку). Ты хороший.

А н и с и м. Татьяна!

Т а н я (Славке). Беги, посмотри, что в поселке.

С л а в к а. Еще!

Т а н я. Нельзя. И не смотри на меня.

С л а в к а (спускается с крыльца, подходит к Анисиму). Видел? Что хочешь делай, что хочешь говори, а я счастливый. Я! Таня, а ты? Скажи.

Т а н я. Я тоже.

С л а в к а. Значит, я вдвойне счастлив. Эх, дядя! (Уходит.)