Р а й к а. Только подойдите.

Г р е ч к и н. Писать, значит, не умеешь, а воровать научилась. Отдай.

Р а й к а (отступая). Я ничего не брала. (Зовет.) Тимка!

Г р е ч к и н. Чего вы кричите? Я же вас не трогаю.

Р а й к а. Тимка! Тимка!

Г р е ч к и н (посматривая на Райку, перебирает документы). Так вы взяли…

Вбегает  Т и м к а.

Т и м к а. Что тут происходит? (Загородил собой Райку.)

Г р е ч к и н (Тимке). Вам стоило обратиться ко мне, и я бы просто отдал.

Т и м к а. А для чего вы у себя держали? Зачем вмешиваетесь в нашу жизнь?

Г р е ч к и н. Меня просила Ульяна Игнатовна…

Т и м к а. Просила… А вы и рады. Вещички сами соберете или помочь?

Г р е ч к и н (с удивлением и уважением). Вы заступаетесь за Дарью Степановну?

Т и м к а. Нет, за всех.

Г р е ч к и н. Сейчас я уйду. (Собирает бумаги и уходит в соседнюю комнату.)

Т и м к а. Удалось?

Р а й к а (неожиданно бьет его по щеке). Получи.

Т и м к а. За что?

Р а й к а (всхлипывая). Где ты был? Звала, звала.

Т и м к а. Я не ждал, что так быстро.

Р а й к а. Тебе бы такое испытать.

Т и м к а. Сама вызвалась, так нечего реветь.

Р а й к а. Отвернись. Бери свою бумагу. Измяла?

Т и м к а. Черт с ней.

Р а й к а. Что написано?

Т и м к а (читает про себя, отвернувшись от Райки). Все верно. Эх! (Хотел изорвать, но передумал, спрятал в карман.) Пригодится.

Р а й к а. Семейная тайна? Можешь скрывать. Чужие грехи не интересуют. Своих хватает.

Т и м к а. В общем, за услугу проси что хочешь.

Р а й к а. Не пори горячку. Я могу такое попросить.

Т и м к а. Обратно слов не беру. Помни.

Р а й к а. Прячу в самый дальний уголок. На крайний случай. Когда нужда придет. Ох, Тимка, берегись. Свалюсь когда-нибудь как снег на голову — ну, расплачивайся!

Т и м к а. Расплачусь, не спрячусь.

Р а й к а. Ты способен. (Пауза.) Давай сбежим. Поездим, поскитаемся, пока оба свободны. У тебя специальность, а я за что угодно возьмусь. На хлеб заработаю.

Т и м к а. Это просьба или как?

Р а й к а. Просто прошу. Едем. Вдвоем интереснее. Махнем для начала на Дальний Восток.

Т и м к а. Нет. Мне здесь хорошо. Я здесь нужен.

Р а й к а. Нет?

Т и м к а. Я сказал.

Р а й к а. Не пожалеешь?

Т и м к а. Нет.

Райка медленно идет к двери.

Р а й к а. Я ради тебя…

Т и м к а. Обойдемся без нытья. Хочешь приказывать, приказывай.

Р а й к а. Мне подчиненный не требуется. Эх ты, жертва вечерняя. Наверное, когда еще соску мусолил, уже про долг размышлял. Кругом голый, а у всех должником себя числишь. Кто и чем тебе после заплатит? Самоед несчастный. (Вышла.)

Тимка неотрывно смотрит на закрывшуюся за Райкой дверь. Входит с чемоданчиком в руке  Г р е ч к и н. Молчание.

Г р е ч к и н. Ухожу. (Пауза.) Вы, насколько я понимаю, любите свою мать, заботитесь о ее счастье. Как же вы поступите теперь?

Т и м к а. Вам все равно ничего не понять. У вас голова не с того боку затесана.

Г р е ч к и н. Вынужден прощать вашу грубость… Хотите защитить честь семьи?

Т и м к а. Любите… Счастье… Уважение… Честь… Образованный, воспитанный. Ничего вам не стоит человека убить. Уходите.

Входит  У л ь я н а  И г н а т о в н а.

У л ь я н а  И г н а т о в н а. Петр Петрович, бегите в контору. Отмахов к телефону требует.

Г р е ч к и н. Иду. Нравится мне ваш сын. Как он меня отчитал. Почти по заслугам.

У л ь я н а  И г н а т о в н а. Тимка, побойся бога. Не позорь меня.

Т и м к а. Это он тебя мог опозорить. Пусть убирается. Генка не хочет быть хозяином, так я им буду. Молчи! Какая Даша — плохая или хорошая — Генке судить. И ты не смей в ней человека оскорблять.

З а н а в е с.

КАРТИНА ШЕСТАЯ

Кабинет председателя колхоза. Раннее утро. На диване, прикрывшись пальто, спит  Г р е ч к и н. Негромкий стук в дверь.

Г р е ч к и н (сел). Слышу.

Поднялся. Поправил валик. Повесил пальто на вешалку в углу, за занавеской. Достал из шкафа чемоданчик, взял мыло, щетку, пасту. Чемоданчик снова поставил в шкаф. Открыл дверь. Вошла  У л ь я н а  И г н а т о в н а.

У л ь я н а  И г н а т о в н а. Вы уж извините меня, Петр Петрович. Что я могла сделать с Тимкой? Сроду был послушный, и откуда что взялось. Как настоящий хозяин.

Г р е ч к и н. Да, парень сотрясением воздуха не занимается. Где здесь можно умыться?

У л ь я н а  И г н а т о в н а. По коридору, не доходя той двери, есть еще дверка, там умывальник.

Гречкин, схватив полотенце, выходит.

(В тяжелой задумчивости садится на стул возле двери.) Говорила, не лезь. Семейные дела судить надо с умом.

Входит  З а д о р о ж н ы й.

З а д о р о ж н ы й. Как жизнь, невеста? Вот освобожусь, обязательно тебя замуж выдам, хватит вдоветь. За какого-нибудь старичка пропьем.

У л ь я н а  И г н а т о в н а. Только этого мне не хватает.

З а д о р о ж н ы й. Лучше взять негде. Да тебе и не нужно. Будет около мужиком пахнуть, и достаточно. (Усаживается на место председателя, с удовольствием щелкает костяшками на конторских счетах.) Начальство отсутствует? Мечется? Выход ищет?

У л ь я н а  И г н а т о в н а. Работает до упаду.

З а д о р о ж н ы й. По всем признакам, не сегодня-завтра допишется история пребывания Егора Трофимыча на посту председателя.

У л ь я н а  И г н а т о в н а. Тебе-то какая радость?

З а д о р о ж н ы й. Самая минимальная. Когда у него получится вынужденный отдых, пусть подумает, каково было Якову Наумычу в свое время падать плашмя с известной высоты.

Входит с полотенцем на шее  Г р е ч к и н.

Привет Петру Петровичу. Игнатовна, займись коридором.

У л ь я н а  И г н а т о в н а. Много себе власти берешь. Тоже могу скомандовать.

З а д о р о ж н ы й. С кем пререкаешься?

Ульяна Игнатовна выходит. Задорожный с удивлением смотрит, как Гречкин укладывает в чемоданчик принадлежности для умывания.

Как это понять? Перешли на бивуачное положение? Выгнала? Или покушалась на вашу невинность? Или квартирные экономите?

Г р е ч к и н. Вы знаете, что такое парадокс?

З а д о р о ж н ы й. Представляю…

Г р е ч к и н. Тем лучше. Так вот, парадокс нашего времени состоит в том, что нам с вами надо иметь дела только с теми милейшими, обходительнейшими, покладистыми, согласными на все типами, которых, к сожалению, зовут подлецами.

З а д о р о ж н ы й. Но-но. Прекратите чепуху молоть. Про себя как угодно рассуждайте, а меня прошу не трогать.

Г р е ч к и н. Для честных людей мы с вами не партнеры. Да-с.

З а д о р о ж н ы й. Вы что, с перепоя?

Г р е ч к и н. Отчетливо вижу, как вы на коленях упрашиваете Ушакова вернуть вам квитанцию. Вот это аттракцион. Больших денег стоит. Цены нет. (Заглядывает в окно.)

З а д о р о ж н ы й. Нет. Но… Не пойму, откуда и какой ветер подул.

Г р е ч к и н. Склонен думать, что направление и силу ветра вы всегда начинали понимать тогда, когда вас валило с ног.