С е в к а. Интересно, чем она тебя так растрогала?

М а к с и м. Любовью к тебе. (Захохотал.) О боже мой! О комики! О счастливейшие черти! О святая вера в любимого! Обречь себя на голод, потому что так захотел Всеволод! (Пауза.) Обещаю тебе одно — можешь спокойно отправляться в армию. Я, пожалуй, позабочусь об Евстолии. Конечно, при ее согласии.

С е в к а. Макся, но как же… (Решительно.) Нет, я этого не хочу. Какая же тут к черту будет свобода, когда она станет чувствовать себя обязанной? Нет. Не надо. Полюбит, предположим, другого, а из чувства благодарности будет тебе невольно лгать: «Я все еще люблю Севку». Нет, нет.

М а к с и м. Отлично. Мужественное решение. Но кое-что мы с ней все же обсудим.

С е в к а. Я запрещаю.

М а к с и м. Ваше слово закон. (Пауза. Прислушивается к доносящемуся шуму из большой комнаты.) Пора и нам принять участие. Твой путь сюда, а я тоже своим обычным — через входную дверь. (Выпрыгивает в окно.)

Севка идет через комнату и входит в гостиную, где царит пьяный шум и натужное веселье, когда туда же входит  М а к с и м.

С о ф ь я (Максиму). Где же ты так долго был?

Т р о ф и м (смеется). Не видишь, с Тамарой время провел. Что, сынок, обхомутывала и в оглобли заводила? Смотри, главное не в том, какая жена будет, а какую тещу судьба посылает. Хорошо жить петуху — дюжина жен и ни одной тещи. Бери гитару, старики песен требуют.

Г о р д е й. Пить да не петь — зло хозяину хотеть. Постой, музыкант.

Максим ждет.

Еще напоемся. (Подводит к Максиму Капитона, который испытующе разглядывает его.) Вот он, ученый. Это не одному Трофиму опора. Такие серьезные — всему государству крепость придают. Чувствуй, Капитон.

К а п и т о н. Я другое высматриваю — есть ли в нем кровь материнская? Заговорит она или нет?

М а к с и м (тихо, чтоб не слышали другие). Заговорит. И болтливых заставит молчать. Чтоб ничего лишнего эти стены не слыхали. (Улыбнулся.) Надеюсь, что друг друга мы понимаем?

Г о р д е й (сдержанно хихикнул). Получается, с правой, да прямо по уху. Потеха! И кому? Ну, времена…

К а п и т о н. Значит, учить меня будешь? Да я тебе одно слово скажу — и куда твой гонор денется.

М а к с и м. Сомневаюсь. Поостерегитесь. (Отцу.) Музыкальная часть будет обеспечена. (Уходит в свою комнату и вскоре возвращается с гитарой.)

Г о р д е й. Погуляем, Капитон, на все наши медные! Запевай!

С е в к а. Громыхнете «Дубинушку»?

Т р о ф и м. А-а, появился… Вот, старики, это мой младшенький. Всеволодушко-чадушко. Хоть в гвардию посылай, а уходит или приходит только через окно. Доказывает, что двери не на том месте поставлены.

С е в к а. Аттестуешь? Я ведь тоже могу.

Т р о ф и м. Как водится. Валяй. Я не без изъянов. Найдется что-нибудь во мне и для потехи и для осуждения. Накопилось. Вот потому-то, сынок, лучше порознь жить, но поблизости, на всякий случай. Разумно? Или нет?

С е в к а. Проживу с твое — скажу.

Г о р д е й. Дорогу ворам показываешь, внучек… (Обнял Севку, пьяненько всхлипнул.) Внучек, родной… Красавец. Силушки-то, силушки сколько.

С е в к а (отстраняясь). Обслюнявил ты меня, дед.

Г о р д е й. От радости, от радости. (Истово.) Могу помирать спокойно. Вот он — род Кичигиных. Вовек не переведется.

Т р о ф и м (гордясь). Не переведется.

М а к с и м (с глубокой радостью). Не переведется!

Г о р д е й. Слышишь, Капитон, вот она в чем, наша радость стариковская. (Севке.) Пьешь?

С е в к а. Пью.

Г о р д е й (наливая себе и Севке). Давай опрокинем. С ученым пить не хочу, а с тобой — сколько войдет.

С о ф ь я. Сколько отец позволит.

Т р о ф и м. Нет, свой разум. Моя власть кончается. Соня, покажем молодым, как надо веселиться!

С е в к а. Да уж ты покажешь… Репертуар богатый.

Т р о ф и м. Удивить?

С е в к а. Удиви.

Т р о ф и м (обняв жену). Максим! Танго!

Максим играет.

С е в к а (крайне удивлен). Я вижу сон…

Т р о ф и м (танцуя).

Шумит ночной Марсель…

В притоне «Трех бродяг»,

Мужчины пьют там эль,

А девушки с матросами

Жуют табак…

С о ф ь я. Хватит, хватит… Устала.

Т р о ф и м (Севке). Дубинушка? Лучинушка? Скушал?

С е в к а. Чисто сработано! Ирка! Ты только полюбуйся: гнусные лицемеры! Святоши! Сколько нас терзали.

Т р о ф и м (отцу). Утри-ка и ты нос внуку, чтобы помнил тебя.

Г о р д е й. Да ты что? Куда мне! И сил нет, да и перезабыл все…

Т р о ф и м. Ну, ну, не прибедняйся.

Г о р д е й. Отстань.

Т р о ф и м. Спой про Матрену. Помнишь?

Г о р д е й. Разве про нее… Гитарист, соображай! (И, делая движения, отдаленно напоминающие позы танцующих танго, запел.)

Танцевали они тангу без фасона,

Отличалася из них одна Матрена.

А Матрена была тоже девка-шельма,

Она работала на фабрике Лаферма.

Набивала она папиросы «Ада»,

И люби ее, кому только не надо…

(От усталости тяжело опускается на стул.) Все! Ну, как?

С е в к а. Блудни вы были великие.

Т р о ф и м. Молодым каждый бывает.

И р и н а. Чудо, а не песенка. Где же вы ее подцепили?

Г о р д е й (отдышавшись). Спроси, где не бывали сибирские стрелки в первую мировую. Везде.

И р и н а. А все-таки?

Г о р д е й. Согрешил на старости лет. Питерские шантаны вспомнил. Тьфу! Сама-то способна?

Максим тихо перебирает струны.

И р и н а (жеманясь). Семейство мальчиков «Вынь глаз», давайте кувыркнемся? (Становится рядом с Севкой.)

Максим играет твист. Ирина и Севка танцуют.

Т р о ф и м. Во дают, во дают!

Г о р д е й. Навострились!

К а п и т о н (пытаясь встать из-за стола). Постой!.. Я тоже могу… (Сел. Подперев голову руками, заплакал.) Э-эх, жизнь!

С о ф ь я. Капитон Егорович, что с вами? О чем вы?

К а п и т о н. Веселые… Добрые… Дружные…

С о ф ь я. Да, мы такие…

К а п и т о н. А я тут зачем? Гордей, зачем я тут, а…

Г о р д е й. Эк тебя развезло!.. Разнюнился! Утрись.

К а п и т о н. Верно. Вроде ослаб. Ты, Софья, того…

Ирина и Севка приближаются к матери, как бы готовясь прийти ей на помощь.

С о ф ь я. Максим, играй. Разгони у гостя тоску. Веселей, ребятки!

Севка и Ирина отходят, танцуют, посматривая на мать.

К а п и т о н. Ты, Софья, того…

С о ф ь я. Ну, говори, чего тянешь?

Г о р д е й (всем). Он ведь шутник, поискать надо. Сейчас сморозит — не устоишь. Как в беспамятстве.

К а п и т о н. Ты, Софья, веселись. (Ясно и разумно.) Имеешь право. Сегодня твой праздник. Ни его (на Гордея), ни его (на Трофима). Нет. А твой! Твой! А завтра мой будет! Мой! (Громко.) Пляшите, ребятки! Пляшите, голуби.