Т р о ф и м. Замолчи. Не дам! Как это не дашь? Законы для всех написаны. Судом объявят, обяжут считать Капитана за родственника.

С о ф ь я (тихо, но решительно). Только пусть попробует заикнется, что у Максима была другая мать, — выгоню из дома, убью!

Т р о ф и м. Софья!

С о ф ь я. Убью.

Т р о ф и м. С ума сошла.

С о ф ь я. Была я Максиму матерью, ею и останусь, пока жива. Отвернется от меня Максим — не выдержу. Знаю, не выдержу. Убьет это меня. А много ли сердцу надо? Замрет от боли — и конец. Трофимушка, пожалей меня.

Т р о ф и м. Что же мне, сейчас же выставить Капитона за порог, пока он еще не успел оглушить? Так, что ли?

С о ф ь я. Плохо ты, Трофим, соображаешь. Злые, злые у него глаза. Он уйдет, а свое дело сделает. Так или иначе объявит про свое родство. Поговори с ним по-хорошему. Ведь должна же быть у него душа? Должно быть сердце? Хоть какая-то совесть? Объясни ему, пусть пожалеет, пусть уйдет молчком.

Т р о ф и м. Затемнение на тебя, что ли, нашло? Поймет, пожалеет. Большой дефицит теперь на жалостливых. Вот другой сделает добра на пятак, а в газетах на рубль расписывают. Не от избытка примеры показывают. Воспитывают. А Капитон сроду не был воспитан… Жди, он поймет…

С о ф ь я. Больше я тебя ни о чем просить не стану.

Т р о ф и м. Верили — со всем совладаем, а ума не хватило последствия угадать. Просто не соображу, что делать.

С о ф ь я. Надо сообразить, надо. Трофим, прошу… Мне ничего не жалко, лишь бы все было по-прежнему. Слышишь?

Т р о ф и м. Слышу, слышу. (Машинально перебирая карточки, найденные в одной из книг, молча уставился на одну из них.) Эх, Ирка, Ирка… С кем же она так? Почти голая, а он ее облапил. И незнакомый. Полюбуйся, кто он?

С о ф ь я (смотрит). Не знаю. Должно быть, когда туристом была, посвоевольничала.

Т р о ф и м (перебирает остальные карточки). Еще того чище. Ишь, выкручивает! Учительница! А что тогда от Севки можно ждать? Прикидывала?

С о ф ь я. Сегодня девушка приходила.

Т р о ф и м. Одна? На руках ляльку не держала?

С о ф ь я. Да ты что, Трофим!

Т р о ф и м. А что? Это тебе он все еще кажется маленьким.

Входит  И р и н а.

И р и н а. Что это? Обыск? (Вырывает из рук отца карточки.) Постыдились бы!

Т р о ф и м (почти равнодушно). Что ж ты позволяешь себя каждому лапать, да еще перед фотографом?

И р и н а. А ты бы хотел, чтоб я это позволяла тайком, без свидетелей? Учту.

Т р о ф и м. Муж найдет — обрадуется.

И р и н а. Глупый не найдет, а умный не обратит внимания.

Т р о ф и м. Это кто же тебя так обучил?

С о ф ь я (с горечью). Среда, отец, среда.

И р и н а. Мама усвоила, постарайся усвоить и ты.

Т р о ф и м (жене). Ты, способная ученица, иди-ка к старикам. Что их оставили одних? Да водки не жалей. Пусть пьют, сколько влезет. (Ирине.) Как они там?

Софья настороженно ждет, что скажет Ирина.

И р и н а. Устала я от них.

Т р о ф и м. А про что они… говорят или спрашивают?

И р и н а. Я почти постигла всю премудрость сельского хозяйства. Почему случаются недороды, отчего мало кормов, и если деда Гордея или Капитона Егорыча назначат министром, то изобилие настанет немедленно, завтра, самое позднее — послезавтра.

Т р о ф и м. Иди, Сонюшка, иди.

Софья уходит. Молчание.

И р и н а. Чего ты искал в моей комнате?

Т р о ф и м. Искал? А-а. Карточку. Мою первую, городскую. Найди.

И р и н а. Найду.

Т р о ф и м. Крыса. Все к себе тащишь. (Пауза.) Знаешь, когда ты была совсем хорошей?

И р и н а. Для кого?

Т р о ф и м. Для меня. Бывало, расстегну ворот, а ты вся с головенкой спрячешься под рубахой и возишься там, как бурундучишка, сопишь от удовольствия, ногтенками по коже царапаешь…

И р и н а. Папка, откуда в тебе столько чувствительности?

Т р о ф и м. Кто знает!.. А теперь — вот такие карточки… Впрочем, дело твое. (Пауза.) Ты как считаешь, Арсений — стоящий мужик или нет?

И р и н а (подумав). Он многого не хочет понять, увидеть. Не думает, а что ждет в будущем. Не знаю, папа, что мне делать. Превратиться бы мне снова в маленькую, когда надо было только слушаться тебя и маму, и все было бы прекрасно.

Т р о ф и м. Так видишь ли, я ведь к вам ко всем с уважением относился, чтоб вы самостоятельными росли, чтоб свое достоинство ценили и понимали…

И р и н а. Помню, папа, помню.

Т р о ф и м. Вам жить, вам и задачи решать… А если уж очень плохо будет, помни наш уговор.

И р и н а. Помню.

Т р о ф и м. Пока жив, в беде не оставлю. (Пауза.) Пойдешь за него?

И р и н а. Возможно, пойду.

Т р о ф и м. Что ж, смотри. Понравилось тебе, как я сегодня одним махом всех вас самостоятельными сделал? Получай каждый по квартире и живи, как душе угодно. Пойдешь за Арсения или не пойдешь — дело твое. Но помни одно — будь независимой. Если он глупый — будешь искать умного. А умный тебя постарается объегорить. Так ты все равно двумя руками держись за свою квартиру, пока честного не найдешь. С ним в любое плавание пускайся, ничего не бойся. Выплывете. Правда, если, конечно, будет между вами настоящая любовь. (Пауза.) Ну так как? Понравилось или нет?

И р и н а. Идею одобряю, а что на практике будет — пока стараюсь не думать. В общем, папка, знай, что я рассчитываю на свои силы, а начну уставать — поищу спасательный круг.

Т р о ф и м. Ну, за тебя я спокоен. Голова — не только, чтоб шляпки носить. А как Максим отнесся?

И р и н а. Тамара до слез обрадовалась.

Т р о ф и м. Понимаю… Долго Максим колебался. Натерпелась девка. Изголодалась по своей семье. Ишь, до сих пор еще не вернулся. Видно, подробно, до мелочей свою будущую жизнь обсуждают. Пусть, пусть. Ну, а Севка?

И р и н а. Очень недоволен.

Т р о ф и м. Обделил?

И р и н а. Унизил.

Т р о ф и м. Чем же? Что ему ничего пока не досталось?

И р и н а. Что нам досталось. А мы не должны брать.

Т р о ф и м. И ты ему веришь?

И р и н а. Верю, папа.

Т р о ф и м. Ну, верь, верь…

Входит веселый  Г о р д е й.

Г о р д е й. Ты что ж, сынок, сбежал из-за стола? (Смеется.) Мастерица готовить твоя Сонюшка! Нажрался, как дурак на поминках, еще немного — и лопну. Аринушка, позволь мне с Трошкой по душам потолковать. Как отцу с сыном.

И р и н а. Пожалуйста, дедушка.

Г о р д е й. Хороша ты, Аринушка, мягкая, скромная. (Всхлипнул.) Внученька-красавица… Радость-то мне какая…

И р и н а. Ну что вы, дедушка? О чем вы? Стоит ли…

Г о р д е й (повсхлипывая). Стоит. Приятно. Ведь ты не из породы, а в породу. Это я от радости. Есть мне чем погордиться… Ступай, ступай, голубушка.

Ирина уходит.

Кабы знать — каждый бы год ездил в гости. Все думал, скудно живешь, перебиваешься с хлеба на квас, еще от меня помощь запросишь, а ты вон как взбодрился. (Строго.) Семью-то зачем разваливаешь, разгоняешь? Где это видано, из своих рук хозяйство упускать! Собственный дом почти задарма отдавать… Орясина!

Т р о ф и м. Не задарма, а баш на баш.

Г о р д е й. А сад?

Т р о ф и м. Пусть пользуются.

Г о р д е й. Лопух! Кто же тебя заставляет себе врагом быть?

Т р о ф и м. Кто? Были у меня такие мысли и прежде, а ты подтолкнул.

Г о р д е й. Не помню, чтобы заставлял тебя дураком быть.

Т р о ф и м. Ты присылал письмо?

Г о р д е й. Не известивши-то ехать? Порядок должен быть.

Т р о ф и м. Сообщил, что Капитон вместе с тобой приедет?