Да. Поезд остановился не в самом Левенсберге, а за городом, выходи и рисуй. Так Базиль и поступил.

Взял с собой все необходимое, кивнул гвардейцам, и направился к живописной березовой рощице.

— Что там?

— Озеро, ваше высочество.

Воду Базиль рисовать любил. Вода такая, изменчивая, у нее миллион оттенков, и все их никогда не уловишь. Но попробовать же можно? Краски, кисточки, мастихин, холст — хорошо, когда гвардейцы под рукой, можно на них половину нагрузить.

Его высочество прошел через рощицу по симпатичной тропинке, подумал, что можно и тут порисовать, если они подольше задержатся, и вышел к озеру. И был сражен напрочь.

Эстетическое восприятие Базиля жалобно пискнуло и ушло в глубокий восхищенный обморок. У озера, над водой, на склоненном стволе древа, сидела девушка.

Волшебная!

Золотые волосы стекали по плечам, громадные синие глаза смотрели куда-то вдаль, легкое белое платье облегало такую фигуру, что выдохнули даже гвардейцы…

Девушка обернулась на шум, вскочила, пошатнулась, и быть бы прекрасной нимфе аккурат в озере, если бы Базиль не успел поймать и перехватить красоту. Только вот не рассчитал, и прилетело сокровище в его объятия всеми своими выпуклостями.

Впрочем, принц был не против. Красивая девушка… потрясающе красивая.

— Рента?

— Л-лиза Вальдес, — выдохнула Лиза.

Как-то оно само вышло.

После того страшного похищения, и не менее страшного разочарования, в жизни Лизы многое поменялось. Вот так, похитят тебя, а когда ты возвращаешься, у тебя уже и родители разводятся, и мама замуж выходить собирается, за рента Вальдеса, и тебя рент Борегар удочеряет, и сестер, и никаких споров, пожалуйста!

Рент Борг любит Алису Эрмерих… то есть теперь уже Алису Вальдес. Следствие — он любит ее дочерей. Просто потому, что это дети его любимой женщины.

Все было просто, ясно и понятно. И если старших рент Борг удочерить не мог, они уже замужем, то в отношении младших ему никто не мешал. Даже власти.

Не каждый день такая история случается, и если бы рент Борг не позаботился о правильном ее восприятии, все бы было гораздо хуже. Но недаром умный рент дружил с реной Шафф. Левенсберг восхищался влюбленным мужчиной, дружно осуждал Альдо Эрмериха — пусть, дуры! Но ведь родные же дочери, ты ж бежать и орать должен, чтобы их нашли, в ножки полиции кидаться, а ты что?

В храм кинулся?

Оно понятно, с молитвой всегда лучше, но сначала-то надо бы все равно в полицию! А потом уж и в храм, за успех дела, так сказать!

Не-не, с таким каши не сваришь!

Так что у Лизы и Марии теперь был новый отец. Отчим. Но относился он к девушкам лучше родного, накупил платьев и украшений, нанял учителей, собирался выдать девочек замуж за тех, кто им придется по сердцу, и обещал приданое, а что еще надо?

К озеру Лиза приходила чтобы отдохнуть. Альдо искренне считал, что женщине даже читать ни к чему — зачем? Деньги ей муж даст, счета тоже муж проверит, а женщине надо по дому все уметь, в огороде, ну и так, шить-вышивать, чтобы мужа в лишние расходы не вводить…

Рент Борг считал совершенно иначе. Необразованные дуры ему не нравились, так что девушки учились. С непривычки было тяжело, сложно и даже обидно, вот Лиза и удирала ненадолго из дома, когда успокоиться хотелось. Посидит, соберется с силами для дальнейшей борьбы с книгами… и тут мужчина.

Незнакомый.

И его… гвардейцы сопровождают?

— Р-рент?

— Базиль, к вашим услугам, очаровательная Лиза.

Тут и с образованием не вдруг сообразишь, как ответить. А уж без него… но Лиза справилась.

— Окажите услугу, рент Базиль, поставьте меня на землю? Я себя немного неловко чувствую.

Базиль смущенно кашлянул, руки расцепил, но смотреть продолжал, да так восхищенно…

— Рента Лиза, вы живете тут неподалеку?

Лиза кивнула, понимая, что это — не секрет. Пара вопросов, и мужчине расскажут, и кто, и откуда, и еще от себя добавят интересненького.

— Да, рент.

— Признаться, я в Левенсберге гость. Не могли бы вы, как хозяйка, оказать мне любезность? Я бы хотел нарисовать ваш портрет, вот так, над прозрачной водой, и ваши глаза цвета озера… а вы бы мне рассказали, что интересного есть в округе?

Быстро?

Ну… что поделать? Девушка Базилю ужасно понравилась, а если Дамиан решит завтра отсюда уехать? Надо действовать!

Год назад Лиза не отказала бы. Но похищение многое изменило в девушке. Она чуть склонила голову.

— Полагаю, рент, хозяйкой города может считаться супруга мэра. Обратитесь к ней по интересующим вас вопросам. Прощайте.

— Лиза! И вы просто так уйдете?

— Вы меня будете задерживать силой? — Лиза собралась. Кое-что у нее было в запасе… отчим дал! Ох, какое ж ему спасибо!!! Хотя бы одного человека она оглушить сможет, а там — и сбежать? Прыгнет в озеро, в воде ее не догонят…

— Н-нет, — растерялся Базиль. В его практике отказов еще не случалось.

— Тогда — всего вам хорошего, рент.

Лиза обошла всех троих, и через несколько секунд уже исчезла за деревьями. Базиль молча развернулся в обратную сторону, посмотрел на одного из гвардейцев.

— Приказывать надо? Или догадаетесь?

— Все узнать про эту девушку? — понимающе кивнул один из гвардейцев.

— Исполняйте. И чем скорее, тем лучше.

Лиза…

Какое красивое имя!

* * *

Повезло Дамиану, что Базиля дома не было. То есть в поезде. Выглядел старший принц так, что его сейчас можно было со скелетом перепутать, разве что объем больше, а расцветка такая же.

Кое-как добравшись в свое купе, Дамиан закрыл дверь. Подумал, открыл бутылку арценте, плеснул себе в стакан на три пальца и залпом выпил. Выдохнул, повторил, упал в кресло и задумался.

Элина Брент.

Вот уж кого он не ожидал найти, но ведь… встретились, и переплелось все, и не отделить уже одну нить узора от другой.

А вот что теперь делать Дамиану?

Хотя… глупый вопрос. Придется рассказать обо всем отцу, но при личной встрече, никак иначе. Утаить все равно не выйдет, разве что убить Элину, но этого Дамиану как раз и не хотелось. Судя по всему, обе девушки к ней привязаны, обе ее любят… нет убивать — не метод.

Была бы мать жива — тогда другой вопрос. Тогда надо было бы молчать, серьезно молчать и решать вопрос. Хотя все равно не убийством, денег бы дал и отъезд организовал, куда-нибудь подальше. А сейчас ничего такого особенно страшного не произойдет. Узнает отец про Элину — и?

Два варианта.

Либо он проигнорирует эту весть, тогда все остается, как оно есть.

Либо он захочет встретиться с Элиной. И что? Да и ничего! Фаворитки у королей — явление постоянное и регулярное, неинтересное, даже. Пофыркают сплетницы, что времени мало после гибели королевы прошло, да и забудут обо всем. А там и Элина помрет, лет через пять — десять. Ее болезнь другого выхода не оставляет.

И чего Дамиан занервничал?

Самому теперь непонятно. Все ж просто. Отцу скажем, и пусть Риберто сам разбирается, он человек взрослый, как-нибудь со своими чувствами управится.

С девушками поговорим с обеими, и начинаем строить здесь, в горах, исследовательский центр. Пусть ученые приезжают, работают, проверяют данные, тут еще и удобнее, шахты рядом, развлечений особых нет, и местным работа, новые рабочие места, польза для города… да, так пойдет. Надо поговорить с девушками, а потом уже, с планом работ и действий, ехать в столицу. И опять возвращаться.

Да, и Элисон…

Дамиан невольно улыбнулся, вспоминая решительность девушки.

Ему это неожиданно понравилось. Понятно, что мать, но…

А сколько девушек в такой ситуации предпочтут уйти? Устраивать свою личную жизнь? Выйти замуж, а о матери забыть, махнуть рукой, пусть все идет, как идет? И не бороться — на все ж воля Божья, а мать все равно обречена?

Есть такие?

То-то и оно, насмотрелся! Та же Валентина Зипп в храм верхом на гробе бы заехала, если бы речь шла о ее свадьбе с Дамианом. Не задумалась бы!