— Угощайтесь, ваше высочество, — рена Астрид поставила на стол поднос, и принялась перемещать с него здоровущий чайник, чашки, блюдца, корзинку с выпечкой, которая так пахла… вот схватить и сожрать! Ваниль, корица, какой-то крем… уммм!

Дамиан хоть и предпочитал мясо, но вот от такого тоже не откажешься!

— Благодарю вас, рена Шафф.

Астрид зарделась.

— Рена Шафф, составьте нам компанию? — предложила Элисон. — Разговор, я так полагаю, будет долгим.

— Элисон!

— Мам, что могла — я сделала. Но думаю, у королевской семьи возможностей побольше.

— Я тебе голову оторву, паршивка!

— Для этого тебе надо будет остаться в живых. Как минимум. А там — отрывай!

Выглядела Элисон очень решительно. И заговорила первой.

— Ваше высочество…

— Миан.

— Тогда Аля, меня мама так называет. Ну и с Лисёной не спутаем.

— С Лисёной…

— Я — Элисон, она — Ларисия. Я — Аля, а она Лисёнок, Лисси, хорошо?

— Да, конечно.

А что еще оставалось делать Дамиану?

Только соглашаться. Пока он ничего не понимал, оставалось смотреть и слушать. Так и разберется потихоньку. Чай был крепким, плюшки вкусными, так что… он весь внимание.

Элина вздохнула.

— Ладно. Я — ментальный маг.

— Серьезно? — удивился Дамиан.

— Да. У меня очень низкий уровень, примерно третий — четвертый, так, по основам, я воздушник, ну и ментал немного захватила.

— Поэтому вас и не могли найти?

Элина развела руками.

— Пару раз меня могли найти. Я постаралась, чтобы этого не произошло. Но так я не люблю пользоваться этой своей силой.

— Почему?

— Слишком велик риск превратиться в чудовище. Ментальная магия — упроститель. Не слушается тебя ребенок? Надави магией. Не делает так, как надо муж — не стесняйся, подправь его мнение. Не любит тебя мужчина? Тоже пожалуйста, и все становится легко и просто, и рано или поздно ты понимаешь, что стала хозяйкой кукольного театра. Только вот вокруг тебя живые люди. И они сорвутся с цепочек, или ты запутаешься, и все будет плохо, очень плохо…

— Все равно искушение велико.

— Да, — согласилась Элина. — Но я старалась держаться.

— Я понимаю, что вы сейчас можете кинуть в меня чашкой чая. Но с отцом — вы не давили?

— Конечно, нет, — фыркнула Элина. — С любимыми этого делать просто нельзя. И если тебе больше нравится другой довод — на Ри всегда была куча защит. Кстати, у твоего отца и амулет есть от ментальной магии, я и подарила. Старалась, душу вкладывала.

Дамиан напрягся, а потом вспомнил.

— Такой… замочек?

Отец действительно носил на шее, на длинной цепочке, достаточно простенькое украшение из золота. Даже мать не придиралась, кстати, отец кучу всего носил. Несколько перстней, два браслета, штук шесть кулонов, брошь… не всегда помогало, но все-таки!

— Да. И его проверяли, наверняка.

— Это обычная процедура.

— Вот. Я старалась, и я не хотела вмешаться в наши чувства. Ментат, который ценит свободу воли, забавная ирония.

Дамиан кивнул.

— Защиты, конечно, не всегда помогают, но я понял и принял.

Действительно, что такого? Человек и сам может полюбить, да так, что сорок лет пройдет — ничего в его чувствах не поменяется.

— Кстати, я тоже ментат, но тоже слабый. В мать пошла, — Элисон отломила кусочек от плюшки и сунула в рот. — только у меня другая связка, огонь-ментал. Огонь у меня сильнее, золото я по нему возьму, а вот по менталу больше пятого уровня не потяну.

— Почему об этом не знали в институте?

Вопрос был логичным.

Маленьких ментатов выявляли еще до десяти лет, и приспосабливали для королевской службы. Впрочем, никто не жаловался. Платила корона щедро, на преференции не скупилась, а ментал — это дар опасный. Столько безумцев, как среди менталистов, нигде нет.

— Потому что я показывала только огонь. Мама научила.

— У меня ментал еще слабее, но тренировки, которые годились для меня, подошли и для дочери. Алечка научилась его контролировать, и жестко.

Элисон кивнула. Черные волосы метнулись вокруг лица, на миг темная прядь коснулась щеки, словно погладила, отпрянула назад.

— Понимаю. Скажите, а кто тогда отец вашей дочери? Если не Баррет, и если мы не родственники?

Элина вздохнула, потерла лицо руками.

— Не стану оправдываться, так получилось.

Дамиан поднял руки вверх, ладонями к Элине.

— Помилуйте, я и не думал, что вы уйдете в монастырь. Да и отец монашескую жизнь не вел.

Элина пожала плечами.

— Жену я ему простила заранее, а любовниц Риберто и не заводил.

— А…

— Настоящих, Миан. Понимаешь? Связи на одну-две ночи не считаются, это просто так, для разнообразия, для интереса, или от холода — неважно.

Дамиан кивнул. Это он как раз понимал. Любовница любовнице рознь, и есть те, кто остается рядом с королями долгие годы, а есть… вот, как нужду справить. Или мороженое скушать. Разово — и забыл. Правда, женщины часто и к такому ревнуют, хотя и непонятно, почему? Но если Элина понимает разницу, это приятно.

— Вернемся к предыдущей теме. Отец моей дочери — Август Эрдвейн.

— Тот самый⁈

— Да.

— Но — как?

Элина вздохнула, развела руками.

— Мне понадобились кристаллы леония. Очень понадобились, Миан. Не ради себя, нет. Ингвар был болен, и ему требовались артефакты. Я знала, что могу ему помочь, не убрать болезнь, которая ме6дленно убивала его, но хотя бы как-то помочь, хоть обезболить, может, снять какие-то проявления. Можно было бы ничего не делать, но я решила рискнуть. Страшно оставаться одной… мне было страшно. Ингвар стал моей семьей, моей стеной, сам больной, почти беспомощный, он шутил, он учил детей, он старался отдать миру как можно больше. И я не выдержала. Купить я не смогла бы никогда.

Дамиан кивнул.

Не так уж много леония находится в частных руках. Есть черный рынок, куда ж без него, но цены там — дешевле самой поехать и в горах лопатой накопать.

— Я понимаю.

— У нас были и основы медицины, и конструирование, да и все учебники у меня были на кристаллах, я бы смогла сделать артефакт, но купить материалы было очень дорого! Слишком дорого для меня. И я решила украсть.

— Та-ак…

— Мой выбор пал на университет. Идлорцы получали кристаллы для опытов, тот же Август Эрдвейн имел к ним доступ. Что ж, я устроилась туда лаборанткой, и принялась подбираться к добыче.

Дамиан задумчиво кивнул.

— Получилось?

— Вполне. Правда, мне пришлось лечь с Августом в постель, но я решила, что это небольшая цена за несколько лет жизни Ингвара.

— Однако!

Элина нахохлилась в кресле, несчастная и словно съежившаяся под холодным дождем.

— Тогда мне было паршиво. Ри я люблю, и я предала нашу любовь. Но я уговаривала себя, что это ради человека, который стал мне другом, братом, который просто положил свою жизнь у моих ног… я не могла ему дать многое, но хотя бы что-то. И если ради него требуется перетерпеть такую мелочь? Ради Ри я бы умерла. Ради Ингвара — нет, но долг я свой отдала. Сполна.

— Ага. Ларисия и Элисон сестры?

— Отсюда и их сходство, — пожала плечами Элина. — Полагаю, зелень глаз дала ментальная магия, а в остальном… да, брюнетки, невысокого роста, стройные, ну так и Август телосложением не блистал. Даже странно, что у него были проблемы с сердцем.

Дамиан, который тоже обладал зелеными глазами, задумчиво кивнул.

Девушки были похожи, это верно. Как троюродные кузины, если прикинуть. Родство многое объясняло.

— Кражу замяли тогда?

— Написали, что провели опыты, может, сфальсифицировали результаты. Не знаю. Август был женат на Лорене, она была племянницей ректора — тогда. Его, естественно, не тронули. А вот для меня беременность оказалась громадным сюрпризом.

— Ингвар… ваш муж был против?

— Что ты! Он был счастлив! Он принял меня, и так же безоговорочно полюбил мою дочь. Аля до сих пор помнит папу…

— Он был чудесный, я сейчас уже понимаю, что ему было больно, только он никогда этого не показывал, и играл со мной, и колыбельные пел, и сказки на ночь читал, — губы девушки тронула грустная улыбка, и Дамиан забыл выдохнуть. Красавица?