— Понятно. Ну, значит, у нас с большой вероятностью, будут одаренные дети. Это же хорошо?

Ларисия всхлипнула — и крепче прижалась к Робину.

— Оч-чень.

— Ну… а чего ты тогда расстраиваешься?

— Я не ожидала, что ты так примешь… что ты поймешь!

— Лись, хоть ты и ментат, но в людях не разбираешься, — фыркнула Аля. — Ясно же, это не твой глист! Этот — нормальный. Нам подходит, берем в семью!

— А меня? — Матео убедительно изобразил горного котика, сложил лапки и захлопал ресничками.*

*- нет в этой вселенной котика из Шрека, поэтому — белая шерстка и желтые глазки. Прим. авт.

— И тебя берем, авось, и пригодишься, — Аля сразу поняла, что эти двое — вроде нее и Лисёны, друзья навек, таких разлучать и нельзя. Жаль, ей Матео совершенно не нравится, не в ее вкусе. Но ничего, будем дружить сначала сами, а потом семьями.

— Чай подан! — провозгласил Хью, который успел вернуть на место лопату, и решил зайти в библиотеку. И тут же зацепился взглядом за Робина, у которого на коленях сидела Лисси. — Оххх!

— Мы женимся, — без подготовки обрадовал старика Робин.

— Бздыннннн! — ответил поднос. Аля запрыгнула на диван, уворачиваясь от брызг кипятка из безвременно почившего чайника.

— Радость-то какая!

Матео тоже за себя порадовался. Мог бы и поближе подойти, а у него дивана нет, ему прыгать некуда. Точно бы ошпарился…

И пошел по такому поводу варить кофе. А что?

Вино им нельзя, обоим, девушки поймут, значит — кофе и сладости!

* * *

— Надо бы родителям сообщить, — спустя час в гостиной (в библиотеке сейчас отмывали все, до чего долетел чай, варенье и выгребали осколки) состоялся военный совет из пяти человек. Хью тоже пригласили, все равно будет в курсе, так чего тянуть? Он про родителей и сказал.

— Моим — не надо. Я совершеннолетняя, сначала поженимся, а уж потом и сообщим, — отрезала Лисси. — Не хочу никого видеть!

Аля медленно кивнула. Хью понял, что не все так просто, да и читал он про Эрдвейнов, так что…

— Значит, Лейтнерам сообщим, что сын женится, но без подробностей, — согласился Матео. — Пусть еще раз на свадьбу и приезжают.

— Так ведь организовать же! И гости, праздник, торт, платье… — заикнулся Хью.

Все четверо только что не у виска пальцем покрутили.

— Зачем?

— Не хочу.

— Вот еще не хватало!

— Единогласно, — подвел итог Матео, — я думаю, сходят у нас молодожены, да и зарегистрируются. И в храме церемонию проведут. Мы — свидетели.

— Да, и гостей не надо. Здесь самых близких соберем, с ними и отметим, — кивнула Лисси. — Я пышную свадьбу никогда не хотела.

Робин выдохнул.

Он тоже не хотел, не с его шрамами, но вдруг Лисёнок бы сказала, что надо… нет? Отлично, ему уж точно не надо!

Он этим с Сарой по горло сыт был! Когда невеста привезла его к элитному голубятнику и стала цвет и количество птиц согласовывать на свадьбу, бедняге самому улететь захотелось! Но свадьба не может обойтись без белых голубей, которых должны выпустить в небо то ли новобрачные, то ли их родители… А меню? А гости? Да паршивые приглашения — и с теми столько проблем было, дешевле было до каждого своими ногами дойти и пригласить! А то цвет карточки не тот, оттенок чернил, завитушки на буквах…

Неужели и правда можно без этого?

— У меня родители, братья и Хью. Тео — это обязательно.

— У меня Аля, тетушка Лина и тетя Астрид. И все.

— Нам достаточно, — согласился Робин.

Хью пожал плечами — и промолчал.

А что?

Если дети довольны и счастливы, он к ним со своими инициативами тоже лезть не будет. Пусть хоть крыс заводят, хоть по потолку ходят — только пусть будут живы, здоровы и своих детей наделают! И побольше, побольше! Что ему еще нужно?

* * *

Дамиан как раз перетряхивал чемоданы, когда в дверь его покоев постучали. Гвардейцы не помешали, значит или отец, или Базиль.

Странно.

Отец обычно звал Дамиана к себе, Базиль предпочитал присылать записки со слугами… а, ладно! Дамиан махнул рукой и пошел открывать дверь.

На пороге стоял Базиль.

— Проходи, — кивнул старший брат. — Выпить хочешь?

Базиль качнул головой.

— Нет. Не идет.

— А если попробовать? — Дамиан разлил арценте в два бокала, один протянул Базилю. — Залпом, как лекарство.

Базиль послушно выпил, и даже не пошатнулся.

— Как вода идет. А чего покрепче не хочу, опасно.

— Могу лекаря позвать, пусть усыпит.

— Тоже не хочу. Кошмары сниться будут.

Дамиан сочувственно кивнул. У него, маленького, тоже часто бывали кошмары, когда сила пробуждалась, когда звала к себе, тревожила сны холодными липкими щупальцами тени… лет до десяти он спал в родительских покоях. И отец вставал к маленькому Миану, успокаивал его, сидел рядом, или обнимал сына, притягивал к себе под бочок, так они могли вместе заснуть на удобной кушетке, накрывшись старым пледом…

Лидия чаще возилась с Базилем, но у того и кошмаров, считай, никогда не было. Вот и оказался брат перед ними беззащитен.

А сейчас особенно…

Дамиан понимающе кивнул.

— Если хочешь, поспи у меня. Места хватит, а я постерегу твой сон.

— Спасибо.

Базиль на такое предложение не рассчитывал, но обрадовался. А к кому вот так пойдешь? К невесте? К любовнице?

Не та степень близости, знаете ли… не хотелось ему открывать душу перед Валентиной, а перед любовницей — тем более. Балерина, конечно, воздушная, очаровательная, изящная, но такая тупая, что рядом с ней полено — профессор лесоведения. Все ее способности — танцевать и спать с мужчинами, а этого как-то маловато.

Как так получается, что Базиль может пойти только к брату? Которого он всю жизнь терпеть не мог?

— Я до сих пор не понимаю — почему? — оказывается, последние слова Базиль произнес вслух, и Дамиан отреагировал. Толкнул брата в кресло, налил еще арценте. А чего?

Это сейчас не алкоголь, а лекарство.

— А, просто так, — сообщил Базиль. — Тебе все так легко удавалось, и учился ты играючи, и отец тебя постоянно хвалил, и вообще… а я всю эту кухню просто ненавижу! Понимаешь? Тошнит меня от ваших бумажек! И от отчетов, от управления, от всего этого… гадость!

Дамиан понимал, а чего?

— Так мы квиты. Тебе от бумажек плохо, мне от балета! Или театра, оперы, вообще всего вот этого, художественного!

— Серьезно?

— Я просто старался не показывать, нельзя же! Принц обязан во всем этом разбираться, ну, хотя бы знать и не хлопать глазами, отличать Ленгарда от Лейсгарда, хотя как по мне — обоих бы притопил! И чтобы не всплыли!

Базиль даже фыркнул, так возмущенно выглядел Дамиан, жалующийся на поэта и музыканта. Хотя чем были виноваты бедолаги, которые умерли лет за сто до его рождения?

Только своим творчеством!

— Смешно тебе! А я их всю сознательную жизнь путаю, кто пел, кто плакал…

— Ничего ты в искусстве не понимаешь, — вздохнул Базиль.

— Кому что. Хочешь отчет казначейства за прошлый квартал почитать? Очень занимательная писанина, пока найдешь, где украли, озвереешь. Но интересно, как детектив читаешь.

Братья переглянулись с пониманием.

Они очень разные, но ведь и правда — каждому свое? И Дамиан не такой уж чурбан, и Базиль не настолько экзальтирован и оторван от реальности. Просто не получалось у них поговорить по-настоящему.

— Ты извини за шуточку с Валентиной. Я правда, не подумал.

— И ты извини, — вздохнул Дамиан. — Тебе она очень не нравится? Я помогу, не хочешь — не женись.

— Мама хотела… ей Валентина нравилась.

— Она хотела, чтобы ты был счастлив. Это важнее. Договоримся мы с Зиппами, придумаем что-нибудь, даже не сомневайся.

Базиль подумал немного.

— Я отцу говорил, и тебе повторю. Сейчас, пока траур, жениться все равно нельзя, а там еще срок помолвки, или мы с ней притремся друг к другу, ну как папа и мама, или разбежимся…