– Ваше высочество, благодарю за утешение…

Дамиан обронил еще несколько фраз – и откланялся. Кое‑что он уже увидел.

И увиденное ему резко не понравилось. Надо еще немного приглядеться, но даже сейчас девяносто восемь из ста за то, что королевой Валентине не быть.

Он – принц, а подобного отношения к людям себе никогда не позволит. Это просто мерзко… так срываться на тех, кто от тебя зависит.

Гнилая девица, иначе и не скажешь.

* * *

– Лидия, ну почему я должен за тобой следить, как за маленькой?!

Риберто был разгневан на супругу, правда, гневаться как следует не получалось. Рука не поднималась. И так несчастная дурочка наказана.

Вот как?!

Боги, ну объясните хоть кто‑нибудь, как умная и серьезная женщина может в вопросах возраста быть такой непроходимой дурой?!

Жена – прекрасная! Мать – замечательная! Как королева вообще выше всяких похвал! Но стоит дойти до омоложения, и у Лидии отключаются все предохранители. Какие там разумные мысли?! О чем вы вообще говорите?!

Скажите ей, что можно чудесным образом помолодеть хотя бы на пару лет, и Лидия помчится за чудом, теряя тапки! И не объяснишь ей, что НЕ БЫВАЕТ такого! Что за любое чудо чем‑то платить придется!

– Берто, я не думала…

– Это заметно! – рыкнул король. – Отличились! Обе! Завтра же твою Люси отправлю куда подальше!

Было, было отчего яриться королю.

Одна дура подбила другую дуру, и количество денег, и статус тут роли не играют! И ведь удрали, и попали к какому‑то шарлатану, и вот он – результат! Налицо!

Морщины‑то на лице и правда исчезли! Потому что само лицо раздулось малым не в два раза! Кожа гладкая, блестящая, как на ботике, вся аж лаковая, каждую пору видно! Каждую точку!

И капельки воды проступают!

Пообещал шарлатан, что морщин не будет? Так их и нет! И лица толком нет! Нос не видно, рот не открывается толком, глаза как щелочки! И у второй идиотки то же самое!

Магов Риберто уже пригласил, будут восстанавливать морды, но ведь это тоже воздействие на организм! Почему есть магические лечебницы, но есть и обычные? Да потому, что магией тоже надо уметь пользоваться, иногда проще таблетку дать или припарки сделать. Тех же пиявок посадить! А не накачивать человека чужой энергией, которая еще как приживется и какие потом последствия даст!

– Берто!

– И не спорь! Думать надо! А не бросаться к первому же попавшемуся шарлатану! Думать!

– Я просто хотела…

– Понимаю. – Риберто чуточку смягчился и присел рядом с женой. Взял за руку, заговорил более ласково. – Лидия, милая, стареть тоже надо уметь. Возраст надо принимать с благодарностью, тогда он тебя не испортит. Да и так ты прекрасно выглядишь, ты очаровательная и умная, ты добрая и ласковая… мы тебя все любим.

Увы.

С тем же успехом он мог бы уговаривать бетонную стену подвинуться. Риберто и сам видел, он говорит, а у Лидии в глазах одно и то же.

Молодость!

Хочу вернуть молодость!

Был этот шарлатан? И до него были, и после него будут! Когда дело идет о красоте, у женщин отказывает всякий разум! В абсолюте!

Конечно, не у всех. И при дворе хватает нормальных баб, которые не надувают себе губы, как мелководный губастик[7], и не натягивают кожу, и принимают свой возраст как есть.

Лидия к ним не относится. Вот все в жене идеально, все его устраивает, но… его! Не жену! И докричаться, объяснить, донести что‑то до Лидии не представляется возможным!

Остается только смягчать последствия.

Есть вещи, над которыми и короли не властны. Ты можешь поднять налоги или начать войну, но утихомирить стремление женщины к красоте и молодости? Нет, с войной все же проще.

* * *

– Рена Слифт?

Молодой человек, стоящий на пороге, Ариссе понравился. Впрочем, ей все молодые люди нравились. И так же почему‑то не нравились девушки. Даже странно – и что не так?

Хотя парень и сам по себе мог понравиться кому угодно. Высокий, симпатичный, с шапкой густых черных волос, с блестящими серыми глазами и белозубой улыбкой. Дорогой костюм подчеркивал ладную фигуру, на ногах блестели начищенные ботинки.

Конечно, хуже Симочки, но Симочка вне конкуренции. Симочка – это небо и звезды, до него по определению не дотянуться даже принцу Дамиану.

– Да. А вы, рент?

– Рент Леон Ройер, к вашим услугам, рента.

Арисса его вспомнила сразу.

– Вы… вы жених Мирочки?

– Да. Был женихом.

– Боги, какое горе! – всхлипнула Арисса и пала на грудь несчастного парня. – Какое УЖАСНОЕ горе!!! Я даже не представляю, как Мирочка могла… ну почему, ПОЧЕМУ она сбежала?

Леон, на которого навалилась увесистая тушка и теперь активно рыдала где‑то в районе диафрагмы, как раз это мог понять. Уже от волны запаха, который вырвался из дверей дома, сбежать хотелось. Далеко и быстро.

И вроде бы ничего такого, что‑то жареное, печеное, какие‑то чистящие средства, но… но все вместе было невообразимо душным и почему‑то напоминало о козлином стаде. И этот пронзительный вой на одной ноте…

Оторвать от себя Ариссу за шкирку и встряхнуть?

Брат бы так и сделал, но Леон‑то и не родственник, и младше, так что он стоически выдержал и слезоразлив, и причитания, и рассказ о том, как страдала Арисса…

И только потом смог войти в дом.

Арисса захлопотала вокруг гостя, усаживая его на лучшее место и предлагая чай такой крепости что от одного глотка, казалось, язык обугливается. Или такой же «вкусный» кофе.

И обязательно – печеньки.

Леон посмотрел на кусочки теста, которые лоснились от жира, и кашлянул.

– Рена Слифт…

– Ой, да что там! Зови меня просто – тетя Ари!

– Рена Слифт, я не голоден!

– Ну как ты можешь быть с дороги – и не голоден? Такого не бывает!

– Я пообедал в ресторане, – попробовал надавить голосом Леон.

Арисса ахнула и всплеснула руками.

– Ой, ужас какой! Мальчик, да ты там отравишься невесть чем! И за такие деньги… это же с ума сойти! Ты надолго к нам?

– Как получится, – задумался Леон.

Он‑то ехал за Мирандой. Дориан Цоффер ему так и сказал, мол, вперед, в другой город, поухаживай там за дочкой, а потом вместе и домой вернетесь. Романтика, цветочки, все такое…

Он приезжает, а Миранды нет!

Юрлих?

Может, и его происки, но Дориан обещал с ним разобраться как следует, чтобы неповадно было на порядочных девушек глаза свои раскладывать завидущие! Так что…

Куда делась Миранда?

Это предстояло выяснить, но с чего начинать, Леон попросту не знал. Решил – с беседы.

– Тетя Ари… – Хоть горшком ее назвать, лишь бы помогала, а не мешалась. – Тетя Ари, скажите, Миранда ничего такого не говорила… про меня или про этого своего… сапожника?

– Н‑нет.

Все верно, диалоги с Ариссой сводились примерно к одному. Ее монологу о Симочке и Ариссиных невзгодах, с легким вкраплением слов собеседника. Обычно самые устойчивые вставляли «да‑да», «вы правы» и «ах, как это верно» и старались побыстрее ретироваться. Остальные просто хватались за голову (сердце, печень, челюсть, смотря, что первым реагировало на Ариссу), и старались побыстрее удрать. Миранде удрать было некуда, поэтому сколько могла – она молчала.

Делиться чем‑то с Ариссой?

Только через ее труп! Ариссы, в смысле.

– Тогда куда она могла деться?

– Леончик, Симочка считает, что Миранда сбежала сама.

Точнее, так считал Симочкин начальник, но рента Ноэля Арисса уважала. Ах, такой мужчина… жаль, супруга о нем плохо заботится.

Леон, неожиданно даже для себя, грохнул кулаком по столу.

– Она не могла сбежать!

– П‑почему? – удивилась Арисса.

Документов нет, денег нет, украшений… а платья, наверное, можно и оставить? Она точно не знала, но ведь у нее‑то платья не пропадут? Она все вернет Доричке, а тот – Мирочке.

– Миранда знала, что я к ней приеду!