Первая мировая война носила позиционный характер. Еще не было по-настоящему ни танков, ни авиации, поэтому война шла медленно. Пехота атаковала минные поля и шла на пулеметы, резала проволоку, и каждое продвижение на несколько верст считалось большим успехом. Все это сопровождалось колоссальными потерями со стороны атакующих пехотинцев. Конница потеряла значение. Постепенно стало ясно, что в Первой мировой войне победит только металл. То есть, когда товарищ Сталин сказал «артиллерия – бог войны», то он руководствовался, скорее, не опытом Второй мировой, а опытом Первой мировой войны. Действительно, только артиллерия могла пробить брешь в заранее подготовленных оборонительных позициях с линией окопов через всю территорию России. И Германия, самая экономически развитая страна Европы, быстрее всего сумела мобилизовать свою промышленность. Поэтому главной причиной Великого поражения стояла именно неподготовленность русской промышленности к выпуску достаточного количества снарядов, чтобы противостоять немецкой артиллерии.

Поражение на фронте всегда движет внутренние изменения. Естественно, возникает вопрос, кто виноват. Разные политические силы дают на него разные ответы. Самый простой – это немецкие шпионы. Внутри страны существуют изменники, они все передают немцам, поэтому мы терпим поражение. А кто изменник? Сразу появляются кандидатуры. Прежде всего, это, естественно, олигархи, промышленники, инородцы. Происходит изъятие всей немецкой собственности не только у немцев, подданных Германии, но и у немцев, подданных России. Это евреи при существующем тогда антисемитизме. Но это и Распутин, который всегда считал, что войну не нужно начинать. Надо сказать, что в войну он вел себя абсолютно патриотически, собирал деньги на раненых, он делал то, что обычно все делают. Но он подозрительный, непонятный. Императрица – немка. Большинство Романовых больше немцы, чем русские по крови. Все это чрезвычайно подозрительно. Начинается шпиономания.

Труп Распутина. Неизвестный автор. 1916. Государственный музей политической истории

Прошло уже много лет, а вообще разведчики, особенно после того, как война закончена, своих побед обычно не скрывают и хвастаются ими. А мы до сих пор не знаем, как действовала немецкая разведка в России в ходе Первой мировой войны. О деятельности немецких шпионов в Петрограде в 1917 году рассказывает разве что незаконченный роман Георгия Иванова «Третий Рим».

Вторая точка зрения, более реалистичная, заключалась в том, что при Николае II победить невозможно. И руководство армии, и руководство тылом состоит из недостаточно компетентных и популярных людей, так что нужно мобилизовать все силы страны, сменив некомпетентную элиту. Подавляющее большинство русской общественности, и монархической, и антимонархической, было настроено патриотически. Все стояли за войну до победного конца. И главная оппозиционная партия кадетов, такие европейцы-западники, конституционалисты, и умеренные монархисты из партии октябристов, на этом сходились. Идея заключалась в создании некоего министерства общественного доверия, которое было бы итогом компромисса между земствами, городскими думами, общественными организациями, созданными для того, чтобы помочь мобилизовать частную промышленность на нужды фронта, Государственной думой и императором. Чтобы были призваны на государственную службу люди, лояльные монархии, но при этом компетентные и обязанные назначением не семейным связям и интригам, а деловым качествам.

Надо сказать, что Россия пришла к 1914 году с очень слабым премьер-министром. Это был старейший политический деятель Горемыкин, обладатель выдающихся усов, лучших усов в русской истории. Он сам про себя говорил, что он как старая шуба, извлеченная из сундука. Прекрасно воспитанный аристократ, опытный бюрократ, никогда не говоривший ни слова ни против императора, ни против императрицы. Министра финансов Коковцова, который был после Столыпина назначен премьер-министром, сняли, хотя он был человеком твердым, компетентным и не взяточником.

В результате в 1915 году происходит своего рода революция в Государственной думе. Столыпинская система включала в себя несколько элементов, и один из них заключался в том, что Столыпин сумел разработать такой избирательный закон, при котором у правительства всегда было большинство. Депутаты выбирались честно, без вброса бюллетеней, но наличие курий обеспечивало или большинство правого центра, или большинство левого центра. Чаще правого центра, то есть монархистов. Союз русского народа и октябристы голосовали за предложенное правительством. Но теперь часть октябристов, партия прогрессистов, кадеты и даже часть националистов объединились под лозунгом правительства национального доверия. Дума переходит в оппозицию: впервые с 1915 года по огромному количеству законов государство не может получить большинство. Несмотря на военное положение, определенная гласность существует, и то, что произнесено с трибуны Государственной думы, печатается в прессе.

Внутри семейного клана Романовых образуется великокняжеская оппозиция. Ни один из Романовых в феврале 1917 года, когда Николай II отрекся, не высказал по этому поводу ни малейшего сожаления. «Великокняжеский заговор» – это то, что они ездили друг к другу в гости и говорили, что императрица сошла с ума, они постоянно меняют министров, они не могут договориться с Думой, они не могут менять ничего… И в общем, виновата, конечно, она, а не он, но он слабовольный, и нам необходимо его менять.

У них за плечами дворцовые перевороты XVIII века. У них не было никакого трепетного отношения к наследственной монархии. Они понимали, что бывают случаи, когда семья должна поменять рулевого, потому что иначе все судно натолкнется на скалу. Считается, что во главе заговора был великий князь Николай Михайлович, историк, специалист по Александру I и Наполеону I. Большинство склонялось к тому, что нужно устранить Николая II, он должен отречься от престола. Были разные варианты, что с ним делать, казнить никто не хотел, но Александру Федоровну предлагали заточить в монастырь. По их идее, престол передается царевичу Алексею, но так как он несовершеннолетний, то устанавливается регентство. Регентом предлагали сделать великого князя Николая Николаевича Младшего, который в 1914 году, до Великого поражения, был командующим русской армией, а в 1915 году его заменяет Николай II и увеличивает хаос в руководстве, уезжая из Царского села на фронт в Могилев, тем самым оставляя Россию Александре Федоровне.

У великокняжеской фронды были естественным образом сформированы связи с военной верхушкой (все Романовы – военные), с дипломатическим корпусом. И англичане, и французы, легко проникались этой пропагандой. Им говорили, что мы вас подставим из-за того, что Николай II такой нерешительный, давайте поменяем. Союзники, конечно, сами не участвовали в заговоре, но они говорили открыто Николаю II о том, что его престиж падает. В этом сходятся и военная верхушка, и думская верхушка, и великокняжеская верхушка.

Две пророческие речи были произнесены в Думе в 1916 году, о которых потом очень много вспоминали. Русская парламентская делегация отправилась в Англию и во Францию, чтобы посетить союзников (переводчиком с английского там был Корней Иванович Чуковский). Милюков, вернувшийся из этой поездки, выступал в Государственной думе, чтобы подвести итоги. Он сказал, что читал в это время все газеты, которые мог достать, в частности немецкие газеты, которых в России, естественно, не было. И он говорил, что в немецкой, австрийской, турецкой прессе пишут, что вот тогда-то и тогда-то русские предпринимают наступление вот там-то. И действительно, через две недели они начинают наступление вот там-то, немцы подготовились и дали отпор. «Что это, глупость или измена?» – спрашивал Милюков. Он сам считал, что глупость. А Государственная дума скандировала: «Измена!»