Как тундру под тендера вздохи
И поршней и шпал порыванье.
Слетимся, ворвемся и тронем,
Закружимся вихрем вороньим.
И – мимо! – Вы поздно поймете,
Так, утром ударивши в ворох
Соломы – с момента на намете, –
След ветра живет в разговорах
Идущего бурно собранья
Деревьев над кровельной дранью.
– Чудесные стихи!
– А кому я их в свое время посвятил?
– Боюсь, что Сергею Павловичу Боброву. Хотя он того совсем не заслуживает.
– А второй?
– Тот, кого я должен был назвать первым, – вы сами.
– Самому себе стихов не посвящают. Но вы правы, Я и себя имел в виду. А третий?
– Не могу угадать.
– И правда – угадать невозможно – Аксенов… Но и то, что вы назвали Боброва, – чудеса в решете.
– Ну, Бобров «все же не дурак»; ум его покидает, только когда он начинает стихотворствовать.
– Ха‑ха‑ха! Это вы здорово сказали! Хорошо, что он не слыхал вас, тут же бы умер от огорчения и злости.
– Ошибаетесь. Он предпочел бы счесть меня круглым идиотом.
– Да, это бескровнее. Ха‑ха‑ха!
– Но Аксенов? У него дело обстоит еще хуже. Он бегает по литераторам и объявляет вас «дачником»: «пишите-де о природе».
– Это и до меня дошло. Но то, что я посвятил им стихи, по моему тогдашнему положению понятно. Они оба неусыпно следили за моей «футуристической чистотой». Брик оказался прозорливей: он называл меня квазифутуристом. Кстати, мое «Нас мало. Нас может быть трое» я сочинил в 1918 году1; дата 1921 – дата, когда я решил снять это дурацкое посвящение, так сказать, «дата нашего разрыва». Но, конечно, их слежка за моей «футуристической чистотой» в какой-то мере вторглась в мою поэтику. Надеюсь от нее избавиться, когда возмужаю. <…>
Разговор происходил, если не ошибаюсь, осенью 1925 года, не сразу после возвращения Пастернаков из Германии.
Н. И. Харджиев. Письмо в редакцию*
Издательством «Советский художник» выпущен сборник статей Н. Н. Пунина о русском и советском искусстве. Издание избранных статей одного из самых талантливых художественных критиков 1920–1930 годов, разумеется, нельзя не приветствовать. К сожалению, сборник составлен крайне сумбурно и дает неверное представление об эволюции взглядов критика и метода их оформления. Статьи даны в произвольной последовательности. <…>
В сборнике впервые опубликовано несколько статей 30‑х годов, в том числе биографический очерк «П. П. Кончаловский (человек и художник)», финальная часть которого в архиве Пунина не сохранилась.
Полное отсутствие стилистического сходства между биографическим очерком и всем литературным наследием Пунина заставило автора предисловия1 отметить, что «в данном случае» критик решил «отойти от обычных приемов своей художественно-критической работы».
Между тем включение «психологического портрета художника» в сборник – досаднейшее недоразумение, основанное на недостаточно внимательном отношении к тексту.
Во вступительной части биографического очерка автор упоминает о том, что «двадцать лет назад» состоялось его «первое литературное выступление», где он доказывал «серьезность» художественных исканий Кончаловского и его товарищей по группе.
1912–1913 годы – первый период сотрудничества Н. Пунина в «эстетском» журнале «Аполлон», и это совершенно исключает возможность написания им статьи в защиту «Бубнового валета». Авторство статьи, напечатанной «двадцать лет назад», принадлежит поэту, стиховеду и искусствоведу И. А. Аксенову. Его статьей «К вопросу о современном состоянии русской живописи» открывается декларативно-полемический «Сборник статей по искусству», изданный обществом художников «Бубновый валет» в начале 1913 года2. С П. П. Кончаловским И. А. Аксенова связывали и личные, весьма дружественные отношения.
Полный машинописный текст биографического очерка о Кончаловском, подаренный мне И. А. Аксеновым в 1934 году, сохранился3. К машинописи было приложено следующее письмо Н. Пунина, посланное 21 июня 1932 года московскому издательству «Художник»: «Получил ваше предложение написать статью о П. П. Кончаловском… От П. П. точно так же получил письмо и на днях ему отвечу. О П. П. могу написать статью в 1–1 ½ листа и, думаю, что „биографическую часть“ лучше было бы передать Аксенову; так, по-видимому, хочет и П. П.»…
Биографический очерк о Кончаловском, написанный его давним соратником и другом (в конце 1932 года или в начале 1933 года), был послан Аксеновым или издательством Н. Пунину. Сам же Н. Пунин, по всей вероятности, статьи не написал.
Такова история несостоявшегося издания монографии о П. П. Кончаловском.
Даты и факты жизни И. А. Аксенова
1884
18 (30) ноября – родился в городе Путивле. Отец – Аксенов Александр Васильевич, потомственный дворянин Курской губернии, отставной штабс-ротмистр, помещик деревень Горки и Бунякино Новослободской волости.
В Автобиографии, написанной Аксеновым, сказано, что он родился 1 декабря (по н. ст.), т. е. неверно сделан пересчет да новый стиль. Там же местом рождения указан городок Путиловка Курской губернии. С. И. Побожий указывает (без ссылок на источник) место рождения – Горки Путивлевского уезда Курской губернии (Сергей Побожий. Ред.: Искусствознание вчера и сегодня // Nova книга. 2002. 5 (14). Вересень – жовтень. С. 32). Горки – имение Аксеновых, неоднократно упоминаемое в письмах. Позднее выяснилось, что версия о том, что сын помещика А. В. Аксенова родился в Горках, основана не на документах, а на воспоминаниях местных жителей.
В 1910‑е годы (возможно, в 1900‑е) семья Аксеновых (мать и сестры Елизавета и Мария) жила в Киеве по адресу Б. Подвальная, 16, кв. 9. Лето проводили в имении. Кроме сестер у Ивана Александровича был брат, имени которого, так же, как и полного имени их матери, мы не знаем. На своей книге «Коринфяне» Аксенов сделал надпись-посвящение: «Семи Аксеновым и среднему течению реки Сейма»
Около 1900 (1902?)
Окончил 1‑й Московский Кадетский Корпус.
1905
Окончил Николаевское военно-инженерное училище в Петербурге.
Был отправлен на Маньчжурский фронт, но участия в военных действиях не принимал.
6 мая (н. ст.) произведен в офицеры.
1906–1907
Служил в инженерных войсках в Киеве.
1907
Был арестован в Киеве по обвинению в организации вооруженного восстания в 21 саперном батальоне.
1908
После бунта в саперном батальоне Аксенов был судим, месяц провел в тюрьме. За недоказанностью обвинения был освобожден и отправлен продолжать службу во 2 Восточно-Сибирский саперный батальон в Сибири (Березовка или Верхнеудинск Тобольской губернии)
1909
Ноябрь. Возвращение в Киев. Продолжает военную службу, становится участником культурной жизни города, входит в круг литераторов и гуманитариев.
1910
25 апреля (8 мая). Венчание Николая Гумилева и Анны Горенко в Никольской церкви села Никольская слободка под Киевом; Аксенов – шафер на их свадьбе. В. Ю. Эльснер был вторым шафером. На свадьбу Гумилева приезжал А. Н. Толстой, где произошло знакомство с ним Аксенова.
1911
Переведен в 14‑й саперный батальон. Вошел в редколлегию вновь организованного киевского журнала «Лукоморье», опубликовал в нем заметку о французской поэтессе Рене Вивьен и перевод ее стихотворения. В том же году вышел из состава редколлегии в связи с публикацией репродукции картины Экстер «Диана на охоте», подпись под которой не устроила художницу и ее друзей. Письмо о выходе из редколлегии «Лукоморья» с объяснением причины за подписями Аксенова, Б. Лившица и В. Эльснера было опубликовано в журнале «Маски» (1911. № 1. Октябрь. С. 14).
