Я вроде и вскочил, и бежал что было сил, но почему-то оставался на месте. Как Алиса, попавшая в ловушку Зазеркалья. И чтобы хоть что-то исправить надсадно орал, пытался достучаться до ошалело крутящей головой Снежной королевы.
— Соколова, дура, убирай призму! Выноси ее отсюда…
Но Соколова толко завороженно пялилась на меня и что-то мямлила про то, что это нас всех убъет. И она не может.
А я не мог разорвать вязкую «патоку» времени. Рвался из последних сил — и всё равно оставался на месте!
И тогда, перебивая мои безуспешные вопли, прозвучал спокойный и какой-то усталый, отечески отстраненный хрип Колдунова.
— Маша, возьми призму и уходи оттуда. Я приказываю, Маша, возьми призму и уходи…
А она всё медлила.
— Машенька, я приказываю — забери призму и уходи…
И только тогда она отмерла.
— Владимир Анатольевич, но если я её уберу — поле схлопнется! И убьёт Ли с Андреем!
— Уф… И так, Маша, убьёт! Они уже мертвы, поверь мне. Выноси призму…
— Но…
— Забери призму!
Соколова всхлипнула. И потянулась к ключу всех проблем.
— Мария, вы так легко убьете своих товарищей? — Прозвучавший голос американца резанул чужеродным спокойствием. Такими вкрадчивыми, елейными нотками, которыми так любят разные «поводыри» и «пастухи» копаться внутри душ своих заблудших «овец». — Всё ещё можно исправить, Маша, спасти, только не надо торопиться…
Он что-то ещё вещал, я же, рухнув в бессилии на камни, пытался хоть как-то восстановить сорванное дыхание. И во все глаза пялился на метаморфозу произошедшую с Хардингом.
От навалившейся гранитной плитою слабости было трудно не то что пошевелиться или моргать — тело сопротивлялось даже дышать! Организм весь горел. И нестерпимо хотелось сорвать не только опостылевшей защитный костюм, но и словно сожженую, пылающую словно огнём, кожу. Или просто — элементарно сдохнуть.
У американца кожа тоже не смогла пережить этот творящийся катаклизм, окончательно сполза варёным пузырящимся лоскутом. А в разбитый сетчатый шлем защитного костюма проглядывала измазанная кровью металлическая основа.
— Что за хрень? — Всё что сумел я тогда из себя выдавить.
— Левин, Андрей, успокойся, поверни шлем! — Рычали наушники голосом Колдунова. Требовали. Приказывали. Угрожали. Потом, видимо осознав бесполезность давления, умоляли плачущим. Уже Айки. — Андрюса, камера показывает песок! Поверни голову. Что там у тебя…
Повернул. Смог.
— O, my God! It’s Black Phantom…
— Старый дурак, не поверил! Я-то думал, до них ещё лет двадцать… — Андрей, не паникуй — это исчадье — американский боевой андроид! Ну… Терминатор от Foundation, мать его…
Прототип американской боевой платформы Phantom MK-1 от фирмы Foundation. Для справки: в феврале 2026 года два таких «андроида» были отправлены на Украину для испытаний в реальных боевых условиях
А потом откуда-то из под земли выскочил безумно быстро семенящий ногами Ли Вэнь. В изодранном, с оторванным верхом, защитном костюме. С залитой кровью грудью и головой. И пробегающими по ним огоньками наведенных ELFами зарядов.
А я лежал, отстраненно слушал крики и советы Колдунова, причитания Айки и оправдывания американского генерала Коула. Смотрел на внезапно ставшее явью такое казалось далёкое и фантастическое будущее с пришельцами, древними и совсем земными боевыми системами. Смотрел и понимал, что человеку — мне, Снежной Королеве, Колдунову, Айке — на шарике Земли уже не осталось места.
Лежал придавленный невероятной слабостью и смотрел как из горла Ли Вэня слабыми толчками течёт алая артериальная кровь. А он как будто насмехаясь над пределами живучести человеческого тела продолжает активно семенить, упрямо сокращая дистанцию. То ли с Соколовой, то ли с железным Полом.
— Убери призму, дура! — Орал на чистейшем русском Соколовой китаец. И только пузырьки лопались на разорванном горле. — Да выноси же ты призму! Убирайся отсюда!
Соколова медлила. Смотрела на шевеление инопланетной амёбы, на алтарь, на безумную попытку прорваться сквозь ставшее липким пространство китайца, на замершего американского андроида.
Потом она потянулась к призме. Само собой не успела.
Пол — вернее, то, что скрывалось под маской нашего оператора — одним невероятно длинным прыжком подскочил и играючи, резким движением свернул ей шею.
Этот хруст позвонков я тоже запомнил. Снится. Как и глаза. С уходящей очередной человеческой жизнью.
— Маша… — выдавил кто-то из штаба. Кричал…
А с лица железного Пола окончательно слезла кожа. Отслоилась одним пластом. Обнажая металлический череп, гидравлику мышц, и такие человеческие, такие похожие на наши глаза. Добрые-добрые…
Боевой андроид. Phantom MK, мать его!
Ли Вэнь дотянулся. Китаец крутанулся в воздухе, ударил ногами в грудь робота. Тот даже не пошатнулся. Перехватил ногу Ли Вэня и как тряпичную куклу крутанул вокруг себя. Дальше, используя набранную инерцию, зашвырнул в сторону.
Китаец отлетел, ударился о камень, вскочил как пружинка. И снова бросился на робота.
В каком-то неимоверном, абсолютно недостижимом для человека акробатическом кульбите Ли Вэнь умудрился поднырнуть под руку американского боевого киборга и, пролетая между захвата его рук ногой отшвырнуть призму. Ценой того, что американская железяка хряснула его спиной себе на колено. Переламывая пополам.
Дальше…
Дальше помню плохо. Видел как призма катилась к краю плиты. Как падала. Как американский окончательно потерявший схожесть с человеком андроид отшвыривает дымящегося и искрящего китайца, как бросается на алтарь за призмой.
Как в полёте над плитой алтаря наливаются краснотой перегретого металла его вытянутые вперёд манипуляторы.
Дальше — чудовищный рокот прямо из глубин Земли. И мегалит содрогнулся — энергетический всплеск ухнул в небо, в космос, куда-то в сторону уходящего ATLASа.
А потом взбесившийся энергиями пространство окончательно смяло время. И меня, и раскалённую тушу боевого андроида, и сочащегося чем-то синим китайца зашвырнуло. Кому куда и когда повезло…
Глава 10
Исход
Протоколы мёртвых
Очнулся я в нашем бывшем островном лагере между контейнерами научного блока. С дичайшей головной болью, почему-то постоянно сбоящим зрением и бубнежом оперативного диспетчера в гарнитуре связи.
— Левин ответьте… Андрей Николаевич, ответьте… Вы где? Левин, вы живой? Ответьте диспетчеру…
Ответил.
И узнал, что Колдунов отправил на остров всех. Всех кто имел хотя бы минимальный шанс выжить в этом аду — для кого были подготовлены защитные костюмы от ELFов, кто хотя бы что-нибудь понимал в этой вакханалии хаоса взбесившихся полей. И только вернувшуюся разведку свою. И охрану ближнего круга периметра. И доктора Пина, и курчатовцев. И даже Айку…
Сволочь.
Но и сам, правда, туда же полез.
Нет, новая техника работать в ELFах не смогла. Даже военная. Отказывалась. Дохла. Электроника выгорала. Только, когда припекает, разве русских это останавливало? Голь на выдумки хитра.
Его вдвшники, поминая нашу любимую мать, в спешке кромсали стальные «коробочки». Избавлялись от электроники в безуспешной попытке «проапгрейдить» машины до каменного века. Многослойно экранировали и заземляли. Чтобы хотя бы кое как, но заработало в этом бешенстве электромагнитных полей. Ну и самим не сразу «выгореть». Успеть. Успеть доползти.
Суицидники…
А Колдунов «вытряхнул» кого-то из девчонок Курчатовского института из её персонального защитного скафа. Сам влез. В нём на остров вслед за физиками и поскакал.
При этом между делом четыре древних БТР-60 за это время найти умудрился. Один прямо из музея военной техники «Сад Победы» Челябинска выдернул. И три — со 129-ой базы хранения ракетно-артиллерийского вооружения в Трёхгорном гнали.
