— Я всё же буду настаивать на замене Левина на доктора Марка Виттмана, профессора института пограничных областей психологии из Франкфурта…
Зал загудел. Дураков тут не было…
Наши набычились, китайцы замерли с каменными лицами. Ближневосточные коллеги слишком горячо приняли попытку пролоббировать неприемлемую для них фамилию.
Не учел бельгиец — и так все на нервах, а тут он со своею заменой.
Американский генерал сыграл в строгого справедливого дядюшку. И немного отыграл назад.
— Тишина! — Рявкнул он. Ещё раз посмотрел на меня, потом перевёл взгляд на фон Айбарека. — Вопрос с Левиным откладывается до завершения этого совещания. Сейчас у нас есть проблема поважнее его любовного треугольника. Доктор, — он кивнул на меня, — садитесь пока.
Он сделал паузу, давая мне осознать весомость последних слов. Ну да, сейчас я смог, продержался. Но раунд ещё не закончен. Только начало, только макнули и пробный шар кинуть попробовали…
— А теперь, господа, вернёмся к Британии. Доктор Форестер, что нового от наших аналитиков?
Причиной внезапного переполоха и моей такой экстравагантной доставки оказалась активация не только британских мегалитов. Военные спутники подтвердили похожие изменения над Северной Кореей и в районе Исла де ла Платы в Мексике. И главное — везде фиксировалось одно и то же: активность гостя и спонтанное, прямо взрывное формирование защитных полей. Которые под ноль обнуляли шансы любой попытки проникновения к неожиданно активировавшимся площадкам древних каменюк!
Злободневных вопросов на совещании тогда ставили два.
Что же всё же скрывает это долбаное поле Каплана? И как это связано с усилением активности 3I/ATLASa?
Ну и отвлекаясь от основной темы мимоходом пытались понять, кто же это всё, черт его раздери, тогда сотворил! И как? Ну и «съезжали» с темы, как всегда на научных диспутах, конечно. На всякий не относящийся к космическому гостю бред скатывались, свои старые идеи двигать и тут пытались…
Но… Известная ещё со школьной поры доминировавшая, по сути, консолидированная неонеолитическая модель мегалитостроительства никого из присутствующих уже не устраивала.
Почему-то никому абсолютно не верилось, что каменные глыбы транспортировались катково-санной мускульной тягой, земляными рампами и временными деревянными конструкциями.
Да и заявляемое в этой теории назначение гудящего под полем Каплана за стеной павильона древнего мегалита как ритуального комплекса вызывало откровенное уныние.
Поэтому, когда кто-то из очень далёко оторвавшихся от реалий жизни дремучих археологов вякнул про «доказанности» и «Карнаксий эксперимент» Шаню, да социально-ритуальную интерпретацию Ламберта, консенсус установился слишком быстро.
Правом сильного. Хорошо до мордобоя не далёких тогда не дошло.
Но айтишники и группа сидевших на особицу военных уж слишком зло на идиота зыркали. Да и остальные миролюбием во взглядах отнюдь не блистали.
Понимать же надо, не на научном диспуте! Тут практиков… которые натаскались за эти дни до опупения собралось.
Пока распаковали, откантовали, подключили… Причем в фантастической спешке! У многих тогда оказалось — не то и не так! А значит кантуй обратно! И всё «бегом-бегом»!
К концу недели даже обычно вежливые и трудолюбивые мураши-китайцы дзен про «русскую мать» познали!
Видишь, вцепившись, красные и напряжённые тащат очередной негабарит. Отойди — не рискуй! А лучше исчезни, испарись, не отсвечивай!
В те дни даже злобствующая как гестапо охрана предпочитала с дороги шипящих «грузчиков» исчезать…
Русский дзен он всегда разный! Иногда даже на трудолюбивых китайцев снисходит…
Нет, вполне допускаю, что Гюстав Шамю был гений практической археологии, но свой-то пупок ближе! Потаскай такое неделю — и уже возненавидишь всех. А если годы, десятилетия, как он заявлял?
Не приняли, короче, ещё вчера официально утвержденную аксиому. Жизненной мудростью отвергли…
Я же сидел как на иголках, и под изредка бросаемыми нечитаемыми взглядами мягкой и приветливой доктора Форестер, пытался понять, куда могли запихать Айку. И почему в нашей братии нет Галины Сергеевны.
Нет, выводы были понятны. Поход по женским туалетам будет аукаться. Больно. Но вот что в итоге ждать от нашего «объяснения»? Кому это нужно? И как вывести из под удара хотя бы девчонок?
Понятно, любой, даже самый мало-мальский конфликт в группе контакта безопасники просто не имеют права допустить! Слишком высоки ставки. И даже при лёгком намёке на обострение отношений кому-то придется вылететь.
А тут на тебе — треугольник! Любовный. Со всеми тупыми углами.
Конфликт? Конфликт!
Вот только кому вылетать? Вряд ли мне. Я в первом составе.
Значит Айке…
Или моему «ангелу-хранителю»…
Или обеим сразу. Тут вариантов множество…
Печально, но, как ни крути, Галчонок мне этого не простит.
Да и Айка…
Что делать я тогда ума не мог приложить. Как ни крути, даже хоть заявись с полной повинной, хоть ложи свою голову добровольно на плаху — Галина Сергеевна вылетит однозначно. Да и Айке не работать в команде Форестер.
Дообъяснялся!
Фон Айбарек даже не пытался скрывать, что ему однозначно нужна моя голова. И верил, что у него всё получится…
Нет, понятно, что он всего лишь инструмент. Настоящий заказчик где-то выше. И ему нужен контроль над порталом. Как понимаю, полный и единоличный. А для контроля — своя, послушная воле бельгийца команда.
И тут подставляюсь я. Русский. Идеальный вариант как для Запада так и Востока. Чужой везде. Одним по ментальности, другим — по внешнему виду. Идиот со своею любовью к японке. С женой в той же команде.
Идеальный козёл отпущения. Если меня уберут — сметут остатки влияния русских в команде. Харламов — не в счёт, он не потянет. И Айку с Галей выкинут…
Красиво!
Но кто?
Я скользнул взглядом по залу. Штаты — слишком уж очевидно. Европейцы? Фон Айбарек их голос, но он бельгиец, ему самому нужны союзники. Китайцы? Они выигрывают от любого конфликта между Западом и Россией. Вон, сидят, молчат, ждут…
Или это вообще не здесь всё решалось? Может, приговор мне подписан ещё до того, как я вошёл в эту команду?
Мысли множились, толкались, мешали. Но целостного понимания как не было, так и не появлялось. И понимания как этими мыслями спасти моих женщин, я тоже ума приложить не мог…
…А в зале меж тем продолжали ломать головы. Пытались понять логику Древних — зачем на площадках порталов нужны такие защитные поля. Или совсем не защитные?
— Да как вы не понимаете, это маяки! — Эксцентрично пытался перекричать зал кто-то из молодых, кажется, из команды ESA. — Навигационная сигнальная сеть, активирующаяся, когда фон от «гостя» достигает порога. Мегалиты — классические приёмопередатчики!
— А дезинтегрирующие поля тогда зачем? — Осадил его простым вопросом седой немец из Института Планка. — Маяки за минные поля не прячут!
— Если это маяк, — буркнул я, рассуждая о таком варианте и сам не ожидая, что голос прозвучит так громко, — то Древние могли бояться только одного…
Пока я раздумывал как закончить мысль, в зале неожиданно установилась мёртвая тишина. Поэтому завершать пришлось под десятками повёрнутых ко мне глаз.
— … Если это маяк, то Древние с их энергиями могли бояться только одного. Что маяк потушат. Значит он аварийный. Спасательный. — Потом подумал и решил озвучить ещё одно предположение. — Или не хотели, чтобы устройство сломали глупые земные приматы. Тогда это могли быть и пограничные маяки. Но и в том, и другом случае маяка бы и одного на планету хватило…
Кто-то хмыкнул, но уже без смеха. Ава Форестер с укоризной посмотрела на нашего бельгийца. От чего он вспыхнул и снова вскочил.
— Бред. — Отрезал фон Айбарек. — Антропоморфизм! Вы приписываете Древним человеческие мотивы, профессор Левин.
