Действительно… Почему?

Белая корова на открытке спокойно шагает вдоль оживленной улицы.

Меня будит гомон знакомых голосов. Я смотрю на время: восемь часов. Я года два не вставала так рано, но радость переполняет меня: впереди целый день, и какой! Я поеду на съемочную площадку и наконец увижу Саверио.

Одеваюсь, открываю балконную дверь и выглядываю вниз. Фургон Оронцо припаркован прямо под окнами, на крутом подъеме. Из открытой дверцы торчат ножки стола, торшер, вешалка для одежды и несколько коробок. Оронцо и Антонио что-то оживленно обсуждают.

Посмеиваясь, выхожу в коридор. В кофеварке булькает кофе. Переступаю через лежащее на пороге каноэ и направляюсь к плите. На полке рядом нахожу три зеленые эмалированные миски.

— Прости, но ничего лучшего не нашлось. — Запыхавшийся Антонио вбегает на кухню, чтобы выключить плиту, но замечает, что я уже об этом позаботилась. — О, спасибо.

Он вытирает испарину со лба рукавом рубашки.

— Я, знаешь ли, не привык к такой тяжелой работе.

Мы недавно знакомы, но таким воодушевленным я его еще не видела.

Антонио обводит рукой вокруг:

— Совсем другая комната, верно?

И правда, на кухне больше нет стола, этого трудно не заметить.

— Стало намного просторнее, — замечаю я.

— Гораздо просторнее, да, и это еще не все. — Он удовлетворенно кивает. — И для чего вообще нужен стол? Зачем человек его изобрел? Можно просто расстелить на полу скатерть и…

— Можно, конечно, но…

— Да, именно так я и сделаю. Буду устраивать превосходные пикники. Главное, чтобы пол был чистым. И кстати, свободное пространство заметно облегчает уборку.

— Доброе утро! — На пороге появляется Оронцо, держа под мышкой несколько картин. Надо признать, что тяжелый физический труд подходит ему больше.

— Ты просто мой ангел-спаситель, — обращается к нему Антонио. Затем поворачивается ко мне: — Он даже умудрился найти любителя рафтинга, которому я смог пристроить каноэ. Вы не представляете, как я счастлив. В тот единственный раз, когда я им воспользовался, каноэ перевернулось, и я оказался в воде. Не самая удачная вышла затея.

— Помочь вам донести его до фургона? — предлагаю я.

— Нет, сначала кофе. — Антонио протягивает нам миски.

Оронцо обхватывает ее двумя руками и прихлебывает, как мисо-суп.

— В любом случае сушильную машину покупаю я — и никаких проблем, — радостно заявляет он. — У нас тут влажно, в плохую погоду белье вообще не сохнет.

— Я тебе ее дарю за хлопоты.

— Да брось, какие хлопоты, пара вещей. Торговля — дело утомительное, но по-своему прекрасное.

Антонио смотрит на свои запыленные фриульские туфли:

— Приму-ка я душ перед тем, как ехать к клиентам. Одну секунду.

— Мы вроде не к принцам Уэльским собираемся! — поддразнивает его Оронцо. Затем указывает на мою футболку с битлами: — У тебя под ней купальник?

Купальник?.. Плавать я сегодня не собиралась.

Заправив машину, я достаю из сумки пластиковый контейнер.

— Я привезла немного касселы для Вергилия, — говорю Данте. — Как думаешь, ему понравится?

— Кассела?

— Да, мясное блюдо из Ломбардии.

— Так ломбарды же мясоеды, а ослы… они вегетарианцы…

Какая же я глупая! И почему мне самой не пришло это в голову?

— Цветная капуста по-кавурски? — с сомнением спрашиваю я, открывая второй лоток.

Данте принюхивается:

— Она с сыром?

— Там немного Граны[62], сливочное масло…

— Вергилий точно любит морковь и траву, а про остальное я без понятия.

— М-да… похоже, эта капуста будет для его желудка тяжеловата.

Признав свое поражение, я закрываю контейнер и протягиваю ослу морковку.

— Я хотела немножко скрасить тебе денек, Вергилий. Но, кстати, у меня хорошие новости, — я поворачиваюсь к его хозяину. — У моего друга возникли сложности с травой. Если хочешь подарить Вергилию возможность провести несколько дней в уютном местечке с отличной кухней, это всего в нескольких километрах отсюда.

— Да, но… — Данте потирает лоб тыльной стороной ладони. — Несколько километров — это не шутка.

— Вергилию там будет хорошо, я уверена. Это прекрасное место. И еще там есть дети.

Стихи Родари ему явно понравились. Мне кажется, Вергилию будет хорошо с детьми — явно лучше, чем с машинами и моторами.

— Я подумаю, — произносит Данте. — В конце концов, отпуск еще никому не навредил.

Это скорее да, чем нет, так что я прекращаю давление.

Прежде чем отправиться в путь, я забиваю в навигатор Гальяно-дель-Капо. На съемочной площадке мне бывать еще не доводилось, но футболка с изображением «Битлз» почему-то придает уверенности. Пляжная вечеринка. Мы будем танцевать с бутылками пива в руках? Чувственно отбрасывать волосы назад, ритмично двигая плечами? Главное — не думать о камере.

Постараюсь слиться с толпой.

А Саверио — как он отреагирует, когда увидит меня? Сразу вспомнит? Решит, что это совпадение? Нужно заранее придумать, что сказать. Первая фраза всегда остается в памяти, значит, она должна быть эффектной. Мямлить нельзя.

Удастся ли нам выкроить время на разговор? Или у меня будет всего пара минут, чтоб убедить его присоединиться к нам на Гуру Пурнима? Хотя бы так.

Купы невысоких деревьев летят навстречу, когда я прибавляю скорость, стремясь к горизонту под бескрайним и безоблачным небом. Я стараюсь отогнать посторонние мысли и сосредоточиться на дороге. Цель нашего существования — быть здесь и сейчас. Я здесь, я жива, я дышу, и этого достаточно. Я уже не та, что была несколько дней назад. Моя жизнь теперь — Апулия, свет, тепло, свобода. И… мне приходит сообщение. К сожалению, я успеваю увидеть превью: это письмо от бухгалтера.

Съезжаю на обочину, чтоб ни во что не врезаться.

Выходит, игнорировать его звонки было недостаточно. Это все равно случилось — возникли новые расходы.

К тому же мне скоро тридцать пять, и даже государство перестанет считать меня молодой. Прощайте льготы и субсидии. Совсем скоро я перейду рубеж, за которым придется самой решать свои проблемы и принимать на себя весь груз взрослой ответственности.