Сидя на узкой скамейке, Дюмарест размышлял об этом. Его депортация явно входила в планы его врагов, они взяли его деньги, пока он валялся без сознания в больнице. Подсказал ли им кто-то подобный образ действия? Посоветовал? Надавил на местных чиновников и добился того, чего пытался достичь нападением? Не передадут ли его, как безвольную посылку, прямо в руки преследователей?
Он не мог так рисковать. Каким-то образом ему следовало вырваться из этой ловушки. Через окно Дюмарест разглядывал корабли, стоявшие на поле. Их было пять — Силенд находился на перекрестке космических трасс. Один корабль стоял со снятой обшивкой, очевидно, его ремонтировали либо осматривали. Его он сразу исключил. Другой только что прибыл, трюмы были открыты, грузы скатывались вниз по пандусу к ожидавшим транспортерам. Вообще-то имелась возможность, что его успеют разгрузить, заново заправить и отправить на рассвете, но Дюмарест в этом сомневался. Значит, один из оставшихся трех должен быть кораблем, на котором ему зарезервировали место, но какой?
Он внимательно изучал все три. Один был опломбирован, груз погружен, а корабль, по всей видимости, готов к отлету. Капитаны не любят задержек — если готов к полету, то не задерживайся, хотя экипаж может потребовать небольшой отдых, когда работа уже закончена. Два других все еще находились под загрузкой, один принимал какие-то тяжелые тюки, другой — более мелкие свертки. Несколько бедно одетых мужчин столпились у подножия пандуса, держась друг друга, словно ища защиты. Путешественники, надеющиеся на дешевый проезд.
Дюмарест задумчиво отвернулся от окна и посмотрел на зарешеченную дверь своей камеры. Это самое малое препятствие по сравнению с остальными. Как сбежать без денег? Кто подарит ему бесплатный проезд? Он слишком хорошо знал ответы на эти вопросы. Затем он посмотрел на свое кольцо, тонкий ободок с плоским камнем, похожим на каплю свежей крови. Клудж допустил ошибку.
Дюмарест выждал, пока совсем не стемнело, и только тогда забарабанил в дверь. Вошел ворчливый охранник, вытирая рот тыльной стороной ладони. Это был крупный мужчина, мускулистый и агрессивный. Однако он чуть смягчился, когда услышал, что попросил Дюмарест.
— Хочешь вина и хорошей еды? Ладно, думаю, это можно устроить, если у тебя есть чем заплатить.
— У меня кредитка. — Дюмарест показал свою татуировку. — Если поблизости есть банкомат, мы можем обналичить ее и достать чего-нибудь приличного поесть и выпить. Послушай, — нажал он, увидев, что охранник колеблется, — что мы теряем? Я переведу деньги с кредитки на твой счет, а ты мне вернешь две трети этих денег.
— Две трети?
— Пусть будет половина. Только принеси сюда банкомат, и мы все это тут же проделаем. Я умираю с голоду.
Охранник задумчиво потер подбородок:
— Я не могу это сделать, я имею в виду принести банкомат. Он закреплен в конторе. Но, думаю, я смогу отвести тебя туда. Так ты сказал — половина?
Это была хорошая прибыль, и охранник смог бы ее еще увеличить, набавив на стоимость еды и выпивки. И это было вполне безопасно, короткое путешествие в контору, а затем обратно в камеру. Пять минут, в крайнем случае десять, возможность была слишком хорошей, чтобы ее упустить.
— Хорошо, — решил он. — Но не пытайся строить из себя умника. Тогда не придется сажать тебя в корабль с разбитой головой. — Отперев дверь камеры, охранник жестом показал на коридор. — Поворот направо в конце, — сообщил он, — и давай поспешим.
Пленник с места ударил его в челюсть.
Это был сильный удар, Дюмарест вложил в него всю свою силу, и охранник упал как подкошенный. Дюмарест подхватил обмякшее тело, втащил его в камеру и с силой захлопнул дверь. Затем потихоньку вошел в контору. В помещении никого не было, и он бегло просмотрел документы, стопкой лежавшие на столе. На рассвете улетал корабль «Лаче».
Снова пошел дождь, на серебристом занавесе струй вспыхивали радужные круги, когда на него падал свет. Дождь попадал Дюмаресту в глаза, когда он бежал по полю. Перед ним возвышались два корабля, которые он высмотрел раньше, уже закончившие погрузку, из носа ближнего лился яркий красный свет. Он подбежал к нему, вскочил на пандус и наткнулся на враждебный взгляд дежурного.
— Какого черта вам здесь надо? — грубо спросил его тот. — Мы уже готовы к отлету.
— Хорошо, я хочу лететь с вами.
— Этим занимается капитан.
— Низшим классом, не высшим.
* * *
Дюмарест огляделся. Он находился в нижнем секторе корабля, где помещался груз, и было очень холодно. С одной стороны стояла скамья, рядом были закреплены тиски. Сняв с себя перстень, он зубами вырвал из него камень и вставил его между зажимами тисков. Золотой ободок он протянул хозяину и, пока тот его рассматривал, сжал камень в тисках.
Камень рассыпался миллионом блестящих осколков.
— Вы с ума сошли? — Мужчина недоумевающе смотрел на сверкающую пыль. — Испортить такой камень!
Дюмарест отрывисто ответил:
— Забудьте о камне. Посмотрите на кольцо. Здесь хватит на проезд высшим классом. Оно ваше, и вы повезете меня низшим классом.
Дежурный был уже давно не молод, опытен и хитер. Он задумчиво посмотрел на Дюмареста и взвесил кольцо в руке.
— Бежите от неприятностей? Ладно, это не мое дело. Мы летим на Дрейдею. Это чертовски длинное путешествие, но для вас это не важно, из-за способа, каким вы решили путешествовать. — Он подбросил кольцо в руке. — Хочу предостеречь, дружище. Если оно фальшивое, ты за это заплатишь.
Дюмарест бесстрастно отказался от наркотика, который облегчает боль в саднящих легких от возвращающегося кровообращения, когда он с громким криком будет воскресать из небытия. От этого и многого другого. Те, кто путешествует низшим классом, беззащитны против недоброжелательности стюарда и смены его настроений.
— Оно настоящее.
— Все, что у тебя есть? — Дежурный пожал плечами. — Ладно, пусть будет так. Ты раньше летал низшим классом? Хорошо. Тогда ты знаешь, что делать.
Раздеться и лечь в контейнере, предназначенном для перевоза животных. Погрузиться в забытье и лететь одурманенным, мертвым на девяносто процентов, поставив свою жизнь против пятнадцатипроцентной вероятности смертельного исхода. Он делал это даже слишком часто. Слишком. Может быть, этот раз будет последним.