Александр, прислушался к своему новому сердцу и услышал мерный ровный стук. Его голова была ясной, а душа чистой и открытой навстречу всему миру. И хотя он уже битый час сидел на солнышке, предаваясь воспоминаниям, медля разрушить колдовство лени, его не оставляло ощущение, что запас этих новых сил безграничен. Он знал, что это ощущение ложно, но был рад пребывать в заблуждении еще некоторое время.
Оглядываясь назад, вспоминая свое прежнее, теперь уже завершившееся, существование, он поразился, как мог провести долгие годы в подобном душевном отупении, служа наемным убийцей тем, кто был виновен в смерти его невесты. Это место, куда он попросил себя привести, больше не было ему домом. Он знал, что не останется здесь надолго. Пришла пора покинуть хижину, служившую жилищем мертвецу, навсегда, а возможно и сменить имя.
Теперь, когда глаза его вернули себе прежний стальной цвет, Александру казалось невероятным, что он мог забыть о своей родине и провести девять лет в этой чужой стране. Больше медлить было незачем. На Острове Драконов он проведет остаток своей жизни. Александр встал и твердой походкой направился к Артапрагу.
Альдаон ожидал Александра на капитанском мостике и помахал рукой при его приближении. Александр поднялся на борт и, пока шел по палубе, моряки, мимо которых он проходил, прекращали работу, оборачивались и смотрели ему в след.
Альдаону улыбаясь пожал ему руку, и Александр не смог сдержать ответной улыбки. Когда он в последний раз улыбался? Он и сам этого не помнил.
— Ты думаешь они ведут себя так потому, что ни разу не видели человека воскресшего после смерти? — спросил Альдаон, имея в виду матросов.
— И я их понимаю и не сержусь. — ответил Александр.
— Ты ошибаешься. Они смотрят так, потому что знают, ты единственный кто может их спасти.
Брови Александра взлетели вверх:
— Спасти? От чего же?
— Ты слишком долгое время провел отшельником. А мир в это время не стоял на месте. Пойдем в каюту, нам надо о многом поговорить.
— Я тоже кое о чем хотел бы тебя расспросить.
— Ну вот и славно. — сказал Альдаон.
Они устроились в капитанской каюте. Слуга, принес поднос с фруктами, раскупорил бутылку вина и разлив его в золотые кубки удалился, бесшумно прикрыв за собой дверь.
— Ты уже почти здоров, — сказал Альдаон и, поднеся кубок ко рту, сделал маленький глоток. — Силы твои восстанавливаются удивительно быстро. Не знаю, что это — продолжение волшебства, или твое необыкновенное здоровье? Впрочем, наверное и то и другое.
— Тебе удалось спасти меня, хотя я был уже мертв, мертвее не бывает. — Расскажи мне об этом. — попросил Александр.
— Это точно, — Альдаон поднял правую руку, кисть которой когда то отсек Александр, — Узнаешь эту механику? Тот, кто сделал ее, создал и твое новое сердце.
— Мне показалось, что он не совсем человек.
— Удивительно! Значит уже тогда ты пришел в сознание! — воскликнул Альдаон.
— Как тебе удалось найти меня? — спросил Александр, отпивая из своего кубка. Вино было терпким.
— Я никогда не терял тебя из виду. — сказал Альдаон. — Мне, естественно, не нравилось твое ремесло. Но все эти годы я был в курсе того, что с тобой происходило.
— Со мной не происходило ничего интересного. Я умер девять лет назад, когда вернулся в Синий Город.
— Ты нашел то что искал?
— Да, и снова это потерял. Ты спас меня. Но, возможно, сделал это зря. Если ты, действительно, следил за мной, то должен был догадываться, что смерть была для меня не самым плохим выходом. Отнимая жизни у других, я надеялся, что когда-нибудь кто-нибудь возьмет и мою.
— Поэтому ты не убил Удивительного Енота, как сделал бы всякий на твоем месте?
— Я подумал: «К чему еще одна смерть. Она все равно ничего не изменит.» На самом деле, мне было все равно, останется он жить или умрет. Его существование или смерть не были моей заботой, ведь я убивал только тогда, когда мне за это платили.
— Я понимаю. Того, кто вернул тебя из мертвых, называют Хрустальным Мастером. О нем говорят много всего. Однако стоит на него взглянуть и, поневоле, начинаешь верить любым небылицам.
Конечно же, он не человек, уже хотя бы потому, что живет на свете уже много сотен лет. Его дом стоял в Синем Городе еще в те времена, когда мои предки покинули Македонию и переселились на Восточный материк. Кстати, Македония тогда называлась Затастр.
Синий Город был разрушен в результате досадной ошибки. Но Хрустальный Мастер, никогда не покидал своего места, даже тогда, когда город стоял в руинах. Я думаю, что когда-то ему поклонялись как местному божеству. Однако, со временем присутствие Хрустального Мастера стало настолько привычным, что люди почти забыли о его существовании. Тем более, что он не любил напоминать о себе, не требовал ни жертв ни почитания. То-ли его сила уменьшилась, то-ли он сам хотел быть забытым. Я не знаю. Он стал своего рода талисманом Синего Города.
Он живет совершенным затворником. Иногда может помочь, в особых случаях. Но если кто-нибудь, без должной на то причины, пытается разыскать его дом, такого человека ждет неудача. Он лишь заблудится, кружа по знакомым прежде улицам.
Я сам однажды так его искал, и конце концов нашел. Но сомневаюсь, что мне удалось бы это сделать, не пожелай он сам.
— Хоть я и не просил тебя, спасать меня, все же спасибо. — сказал Александр. — Я не сомневаюсь, что тобой руководили дружеские чувства.
— Подожди еще меня благодарить. — сказал Альдаон. — Это правда, что я люблю тебя как друга. Да разве и могло быть по другому? Но не только это было причиной, заставившей меня броситься тебе на помощь. В эти трудные времена…
— Уже второй раз за последнее время я слышу упоминание о трудных временах, — перебил своего друга Александр. — Пожалуйста, ты не мог бы мне объяснить, что ты имеешь в виду?
— Это я и собираюсь сделать.
И Альдаон рассказал Александру о последних событиях в Македонии. О войне, бушующей в Северных Княжествах, о почти полном истреблении населения в захваченных Тирао землях. О гибели Гидона. О том, что по последним сведениям, новоявленный предводитель Тирао не собирается ограничивать свои завоевания пределами Западного Континента. О страхе, царящем во всех государствах цивилизованного мира перед нашествием чудовищ.
Слушая его рассказ Александр мрачнел все больше, но вдруг улыбнулся.
Альдаон с удивлением посмотрел на своего друга.
Александр сказал: —То что ты сообщил, нашло отклик в моей душе. Мне больно, мне не все равно. И боль эта обрадовала меня. Многие годы ни одна вещь в мире не могла растопить ледяную броню, которая укрывала мое сердце.
Альдаон взял руку Александра и пожал ее с улыбкой. — Я боялся, что ты вернешься прежним. А ведь теперь ты нужен гораздо больше, чем когда бы то ни было прежде. Пришло твое время Александр. Я считаю, что если есть возможность остановить нашествие, то эта возможность ты. Ты должен возглавить армию.
Я?! — Александр с удивлением посмотрел на Альдаона. — Почему именно я? Какую армию? И потом, неужели ты и в самом деле считаешь, что угроза настолько серьезна. Да, Македония была сильной страной. Но, ведь насколько я мог судить по твоему рассказу, она была разбита, скорее, с помощью хитрости. Мне кажется, что если весь твой многочисленный народ поднимется против Тирао, у врага не будет шансов на победу.
Альдаон посмотрел на Александра: — Это ведь и твой народ, Александр. — сказал он и покачал головой. — Я думаю нам нужно подняться на палубу, тебе стоит на это посмотреть. Корабли уже прибыли или же вот-вот прибудут.
Ничего больше не добавив, Альдаон поднялся и вслед за Александром вышел из каюты.
В ущелье было тесно. Черные корабли — близнецы Артапрага, приземлялись между скалами, заняв все маломальски пригодные для этого площадки. Часть из них уже села, часть до сих пор искала место для посадки.
— Это твой флот? — спросил Александр.
