В eBay Салливан выполнял работу частично детектива, частично полицейского. Как и в бытность прокурором, он имел дело с ворами и мошенниками. Только теперь было лучше. В суде ему приходилось тщательно подготавливать обвинение, чтобы взять верх над одним-единственным обвиняемым. Может быть, несколькими, если противником был синдикат. В eBay его команды экспертов каждый день ловили сотни мошенников, удаляя их с платформы. Салливан создал целые системы, рассчитанные на обезвреживание плохих парней. И когда большой организованный преступный синдикат приходил и пытался провернуть аферы на eBay, Салливан и его люди вставали на пути злоумышленников.

В истории, рассказывать которую больше всего любил Салливан, фигурировали румыны. Румыния была центром мошенничества. До 2003 года в этой стране не было ни одного закона против киберпреступлений. Прибавьте мягкое отношение к организованной преступности и поколение смышленых программистов, и вы получите настоящую пиратскую бухту. Мошенники обычно предлагали дорогую электронику с большой скидкой, что тут же привлекало к аукциону внимание покупателей. После того как кто-нибудь присылал две тысячи долларов за телевизор с большим экраном, румыны исчезали. Работали злоумышленники из интернет-кафе в Бухаресте и принимали только телеграфный перевод «Вестерн Юнион», что затрудняло полиции их поиски. А поскольку синдикатами заправляли румыны или русские, местные правоохранители никогда дела до конца не доводили, опасаясь за свою безопасность.

Салливан не боялся. После того как он с коллегами разгромил одну из крупнейших криминальных банд, eBay отправил его в Бухарест – выступить на суде в качестве свидетеля. Когда Салливан давал показания, его охраняли двое здоровенных местных полицейских – каждый с «АК-47» и в балаклаве, закрывающей лицо шерстяной маске. Полицейские носили такие, чтобы их не узнали и не убили после суда. Салливан, облачившийся по такому случаю в старую форму, костюм и галстук, провел на свидетельском месте несколько часов, и его показания помогли отправить мошенников за решетку. Маску он не надевал.

После eBay и двух лет в сестринской компании, PayPal, Салливану представился еще более интригующий вариант. В конце 2008 года в молодом, бурно развивающемся стартапе Facebook – численность его пользователей приближалась тогда к 150 миллионам – открылась вакансия в юридическом отделе. Салливан ухватился за шанс. У Facebook наблюдался взрывной рост, амбиции Марка Цукерберга не знали границ. Он хотел вывести в онлайн весь мир и подключить его к своей социальной сети. Отказаться от такой возможности было бы глупо, и Салливан принял предложение.

Если eBay дал ему шанс почувствовать себя «морским котиком», то в Facebook под его началом оказалась собственная частная армия. Как и eBay, Facebook ежедневно притягивал к себе жуликов и аферистов. Но кроме них туда устремлялись педофилы, сталкеры, жаждущие мести отставные бойфренды, шантажисты – перечислять можно до бесконечности. За те шесть с половиной лет, что Салливан провел в Facebook, компания стала крупнейшим в мире хранилищем персональной информации, и он был тем, кто надзирал за всем этим. Уже через год его назначили директором по безопасности компании.

Группа Салливана активно преследовала так называемых bad actors, мерзавцев, избравших соцсеть полем для своих злодеяний. Подавала в суд на спаммеров и скаммеров, засоряющих Facebook мусорными постами. Играла в кошки-мышки с кибертеррористами. Разоблачала и передавала ФБР русских киберпреступников.

К обеспечению безопасности у Салливана был свой, особый подход.

«Многие компании ограничиваются защитой, – сказал он в одном из интервью. – Мы же тратим много времени, пытаясь вычислить, кто находится на другом конце киберпреступления»¹⁵⁴.

Примером успешности его тактики может служить такой эпизод. Однажды в выходные Салливану позвонила хорошая знакомая, коллега по работе в Facebook. Просматривая Match.com в поисках партнера для свидания, она наткнулась на некоего рабочего-строителя из Сан-Хосе. Все складывалось удачно, и в какой-то момент женщина послала незнакомцу свое фото топлес. Его ответ серьезно ее встревожил: мужчина написал, что навел справки и знает, что она работает в знаменитой компании. Если она не вышлет ему 10 тысяч долларов, он разошлет фотографию всем ее коллегам.

Салливан знал, что делать. Взяв под контроль аккаунт знакомой на Match.com, он попытался заставить шантажиста раскрыть свою личность. Самый верный способ подтолкнуть скаммера к платежной системе. Зачастую именно онлайновые платежи дают возможность получить ключик к личности злоумышленника. Так, например, некоторые банки блокируют попытки осуществить денежный перевод в определенные области, что сокращает список стран, где может находиться мошенник. Производя оплату, Салливан также намеренно добавлял неверные детали, из-за которых перевод не проходил. После нескольких неудачных попыток шантажист предоставлял более точные данные относительно своего местонахождения.

Отслеживая действия шантажиста внутри платежной системы, Салливан вышел на бывшего стажера Google, находящегося теперь в Нигерии. Узнав адрес злоумышленника в Лагосе, Салливан поручил местному адвокату встретиться с ним в кафе. Разоблаченный стажер сознался в мошенничестве и передал всю свою персональную информацию.

Получив доступ к его компьютеру, Салливан выяснил, что коллега не единственная жертва шантажистов, развернувших активную деятельность на Match.com. В течение нескольких месяцев стажер вымогал деньги у десятков сотрудниц крупных компаний Кремниевой долины, угрожая распространить компрометирующие фотографии, если они не заплатят. Салливан не только спас репутацию знакомой, но и уведомил других женщин о разоблачении шантажиста, положив конец их мучениям.

С кем бы ни приходилось иметь дело: с румынскими хакерами, реализующими крупные мошеннические схемы, или шантажистами, вытягивающими деньги у доверчивых женщин, – Джо Салливан умел находить людей в Интернете и защищать от опасности. Именно поэтому его и позвали в Uber. И именно поэтому Салливан в итоге согласился. Посмотрев на Uber, он увидел крысиное гнездо проблем: широко распространившееся мошенничество, соперников на четырех континентах, хакеров, осадивших компанию в надежде добраться до золотых гор персональной информации. К тому же Uber предложил ему побыть кое-кем побольше, чем интернет-коп. Сама природа сервиса означала, что иметь дело придется и с тем, что пошло не так в реальном мире с миллионами водителей в настоящих машинах.

За несколько месяцев до прихода в Uber Салливан уже помог компании разобраться с проблемой взлома ее систем. Uber сообщил о взломе – закон требовал этого от всех компаний – в феврале 2015 года, через девять месяцев после хакерской атаки. Та утечка была не последней – в 2016 году защитные системы Uber взломает другой хакер. Тогда же Салливан и Каланик в последний раз добровольно признают факт взлома. Ни тот ни другой не предполагали, что решение держать язык за зубами обойдется компании так дорого.

К апрелю 2015 года, перед приходом в Uber, Салливан уже осознал, что ему нужно решать проблему намного более крупную, чем кражи и мошенничество.

Водители Uber нуждались в защите: их убивали.

Салливан не проработал на новом месте и двух недель, когда на его сотовый поступил срочный звонок. В Гвадалахаре убили водителя, и менеджеры подозревали, что за убийством стоят местные компании такси.

На протяжении нескольких месяцев Uber в Мексике подвергался нападениям со стороны картелей такси. Уровень насилия оставался поначалу невысоким: здесь словесная перепалка, переходящая в драку, там порча имущества. Но вскоре ситуация ухудшилась. Как и их коллеги в американских городах, мексиканские операторы такси тратили тысячи долларов на лицензии, разрешения, обучение и прочие установленные государством процедуры – только лишь для того, чтобы иметь возможность посадить в машину пассажира. И вот теперь профсоюзы беспомощно наблюдали, как Uber сливает их бизнес. Таксисты теряли надежду, и нападений, избиений и ограблений водителей Uber становилось все больше.