Не исключено, что когда-то у Гар-Ры такое умение было, и он мог общаться с представителями иных рас. Но сейчас оно заблокировано из-за наложенной на него стигмы. Так что, единственным способом поддерживать диалог оставались мои попытки складывать услышанные слова в смысловые конструкции. А для этого нужно получить больше таких «кирпичиков». Об этом я как мог сообщил жестами орку.

— Ты хочешь, чтобы я говорил? — спросил он и, увидев, как я одобрительно киваю, задумался. — Я не люблю говорить или рассказывать. Но если это поможет тебе выучить наш язык, то буду просто произносить слова.

Дорога забирала всё выше, оставляя влагу и туман внизу. Под ногами всё чаще встречалась сухая земля и даже каменные плиты. А через четверть часа она привела нас к городу. По крайней мере, это скопление ступенчатых формаций и каменных пирамид разной формы я был склонен считать именно городом. Строения не впечатляли размерами или изяществом и от части напоминали упрощённую версию построек индейцев майя. Зато их было много, и все они находились на скалистом возвышении, что исключало заболачивание местности. На вершине самой дальней от нас, и в то же время самой высокой пирамиды была установлена гигантская чаша, в которой извивалось яркое пламя. Его-то мы и разглядели сквозь туман.

Откуда местные в этой болотистой глуши взяли столько строительного камня, было загадкой. Как и то, чем они топили этот огромный костёр-маяк. Но сейчас важнее было выяснить, почему тут так тихо. Куда подевались все жители города?

Мы осторожно прошли сквозь каменную арку, обозначающую, по всей видимости, центральные ворота, и беспрепятственно вошли в поселение. Ни охраны, ни дозорных, ни спешащих по своим делам горожан. Никого. Лишь брошенная по среди дороги одноколёсная тележка. При этом город не выглядел заброшенным. Улицы были расчищены и утоптаны, а в той самой тачке обнаружились неизвестные клубни, плотные и не подвергшиеся ещё разложению.

Вдвоём с орком мы осторожно продвигались внутрь, как вдруг он негромко прорычал:

— Чувствую кровь. Город полон мертвецов.

— Враг? Опасность? — спросил я, подбирая нужные слова.

За эти пятнадцать минут, что мы шли по дороге, Гар-Ры перечислил несколько сотен вещей и действий. И к моему удивлению, среди них были самые нужные нам сейчас понятия. Однако, запомнить их все было проблематично даже с моей улучшенной памятью. И иногда приходилось брать паузу, чтобы выудить оттуда нужное.

— Не знаю. Живые не пахнут так сильно, как мёртвые. Но смерть пришла сюда не так давно.

Понятней не стало, но выбора у нас особого нет. Да и ориентир по-прежнему один.

— Огонь, идти.

Гар-Ры, не раскрывая рта, издал хриплый рычащий звук. Но я уже понял, что это не угроза, а скорее что-то вроде согласия или одобрения.

Теперь мы двигались строго в направлении главной пирамиды, на плоской вершине которой была установлена чаша с неугасимым пламенем. Она располагалась позади других похожих строений, но несмотря на это значительно возвышалась над всеми ими.

Первые тела люпинов начали попадаться почти сразу. Стоило пройти полсотни шагов. По одному или группами, они лежали на дороге или возле простеньких торговых прилавков, на ступенях пирамид поменьше или прочих каменных строений. Но когда мы добрались до центральной площади, то они уже устилали собой всё пространство вокруг. Орк оказался прав. Мертвецов тут было и вправду много. Тысячи.

Все они при этом имели следы насильственной смерти. Но короткий осмотр показал, что никакой внешний враг на них не нападал. Такого же мнения придерживался и мой напарник.

— Поубивали друг друга. Яростно. Будто ненависть застлала им глаза.

У некоторых в руках я заметил ножи и копья. Но далеко не у всех. Большинство погибших были безоружными, однако это не помешало им неистово сражаться за свою жизнь. Или столь же яростно желать смерти кому-то другому. Многие явно пускали в ход когти и зубы, или попавшиеся под руку камни. Одни мертвецы навалились на других, сжимая окоченевшими руками чьё-то не менее холодное горло. У кого-то была размозжена голова или выколоты глаза. Обильно пролитая на камни кровь была совсем свежей, ещё даже не успела впитаться или засохнуть.

И посреди всего этого ужаса стоял эшафот, подступы к которому были плотнее прочего завалены трупами. На грубом деревянном помосте были установлены два длинных вертикальных столба с перекладинами. Один из них сейчас пустовал, а вот ко второму за руки и за ноги был привязан один из местных. И, судя по всему, он был ещё жив. По крайней мере, при нашем с орком появлении он немного приподнял подбородок и попытался нас разглядеть заплывшими от синяков глазами.

И что-то в этом взоре мне показалось знакомым.

Оценка.

«Герой Больт (ранг F - ). Раса — люпин (глобальный статус G ). Ключевые навыки: базовые улучшения тела, память местности, поиск путей. Достижения: путешественник. Стигмы: клеймо раба.»

Так и есть. Тот самый.

Что же с тобой приключилось после нашей единственной встречи?

— Помогать, — сказал я орку, пальцем указав на себя, а затем на пленника. — Смотреть.

Теперь уже я ткнул в орка, после чего описал круг по окрестностям.

Гар-Ры спорить не стал, впрочем, как и выражать согласие с моим планом. Просто остался на месте, пока я сам полез на дощатый настил, используемый то ли для пыток, то ли для казни. Хотя одно другого точно не исключает.

Первым делом, я осмотрел страдальца и понял, что дела у него пусть и скверные, но не фатальные. Несмотря на то, что всё его тело было в синяках и неглубоких порезах, дышал он ровно и кровью прямо сейчас не истекал. К тому же нашёл в себе силы посмотреть мне в глаза и хриплым голосом сказать:

— Мир большой. Путей много.

— Но иногда они пересекаются, — закончил я его же фразу.

Вот только говорил я на привычном мне русском. Пытаться сегодня овладеть ещё и языком люпинов было бы сродни издевательству над собственным разумом.

Но Больт вдруг вяло улыбнулся и, не разжимая губ, показал язык.

— Друзьям проще находить друг друга, — продолжил он.

— Прости, но я тебя не искал, — зачем-то ответил я.

Рядом на досках валялся брошенный кем-то нож, измазанный в крови. Им я и принялся пилить узлы из грубой бечёвки.

— Дороги сами ведут нас, — философски заметил болотник, и это уже было похоже на диалог.

— Ты что, понимаешь меня? — догадался я и, услышав в ответ «да», даже замер на пару секунд от неожиданности.

— Но как?

— Хозяин решил. Так больше пользы от меня.

— Хозяин? Ты имеешь в виду того, кто поставил тебе рабскую стигму?

Первый узел лопнул, и я принялся за второй.

— Да. Его власть сильнее любых меток. Но теперь я не боюсь. Ни его, ни смерти.

— Тогда может расскажешь нам, что здесь произошло? А заодно и про то, что ещё только должно случиться.

— Нужна вода, — вместо этого сообщил болотник. — Чистая вода. Иначе скоро умру. Не успею рассказать.

Наконец-то и со вторым узлом было покончено, и Больт практически рухнул на помост.

— И где нам её взять? — спросил я, помогая ему подняться.

— Колодец. Недалеко.

— Боюсь, у нас мало времени…

— Время есть. До заката.

— Откуда ты знаешь?

— Дух Гух-Гояха не появится, пока солнце высоко. Не любит яркий свет. Придёт, когда оно покраснеет.

— Гух-Гоях? Великий и ужасный? — припомнил я надпись на путевом камне.

— Да. Идёмте.

Больт с трудом, но спустился с помоста и заковылял в противоположную от большой пирамиды сторону.

Гар-Ры молча проводил его взглядом, а затем посмотрел на меня. Я хотел было попробовать поделиться с ним своими соображениями, но тот меня опередил.

— Дэм думать, но не придумать?

И что это было? Попытка пошутить? Мне сейчас только тонкого орочьего юмора не хватало.

— Идти, — коротко сказал я, предпочтя не вступать в вербальную битву на чужой территории. С моим словарным запасом победителем из неё точно не выйти.