Таким образом, последние 20 лет стратегия Белоруссии была направлена не на построение национального государства и/или разграбление советского наследия, а на попытку возрождения левоконсервативного глобального проекта. Крепость Красного проекта в тылу врага, когда все остальные вокруг уже сдались или ушли в подполье.

Посмотрим, какие варианты будущего есть у Белоруссии. В рамках геостратегической матрицы их положение мало изменилось (рис. 145) — пассионарность так и осталась на невысоком уровне, ресурсов стало больше, однако Россия рядом усилилась. Зато появилось поле для исторически обоснованной экспансии и расширения — Малороссия и Литва, что слишком негативны к Москве, но скрипя зубами согласятся на Минск.

Перед Белоруссией два пути построения будущего — если Россия реализует «Левый поворот», то будет интеграция на правах одной из коренных частей, если же мы пойдем по инерционному пути («Третий Рим»), то будет необходимость в построении своего национального проекта — «Великое княжество Литовское II».

До 2020 г. третий, самоубийственный вариант — ускоренное повторение украинской катастрофы — был чудесным сценарием, но неразумная и авантюрная политика А. Г. Лукашенко резко усилила его вероятность, значительно ослабив переговорные позиции по будущему Белоруссии, которые он укреплял предыдущие 25 лет.

49.2. Стратегия «Возвращение домой»

Как уже писалось выше, имперские элиты толкают Минск на встраивание в наш возрождающийся глобальный проект. Выбор Россией «Левого поворота», направленного на ликвидацию основных праволиберальных перегибов и возвращение к государственному капитализму в течение 2,5-3 лет, будет крайне благоприятно воспринят на берегах Свислочи и Березины. Дальнейший выбор между «СССР-2», «Новой Ордой» или «Царицей морей» уже не будет так принципиален. В каждом из этих сценариев элиты и население Белоруссии будут крайне востребованы, так как переход в трансиндустриальное общество (шестой уклад) будет идти через возрождение индустриального (четвертый уклад). Собственно, наследники команд Машерова и Пономаренко большей частью продолжают жить в психоисторическом поле индустриального общества. В России этот образ мысли удалось сохранить разве, что в ВПК.

Интеграция будет проходить в формате унии, речь идет о новом для нас принципе взаимоотношений. В Российской империи существовало Царство Польское, вот примерно по такому же принципу (времена максимальной автономии) будут присоединяться ранее самоуправляемые земли, вступающие добровольно. Да, у них будет право вето по отдельным общероссийским вопросам и большая свобода в вопросах внутренней политики, чем у автономных республик, но речь не идет о конфедерации или союзном государстве. Эта уния будет первым пробным опытом таких взаимоотношений.

До начала 2020 г. автор считал, что по итогам объединения белорусские элиты получат один из четырех верховных постов в России (не жестко определенный, а по обстановке), а также контроль над национализированными отраслями по всей России:

■ гражданское машиностроение — в полном объеме;

■ ВПК — небольшая часть;

■ агрохимическая отрасль (Уралкалий, Фосагро и т. д.) — в полном объеме;

■ ряд сельскохозяйственных регионов (юг Сибири) — для формирования будущей житницы.

Речь не идет о приватизации и направлении доходов на развитие Белоруссии, речь идет именно о контроле со стороны властных групп и ответственности за развитие. Фактически, будет осуществлен переход элит на общероссийский уровень.

В результате удивительной политики 2020 г., когда Россия фактически спасла А. Г. Лукашенко от аналога цветной революции, условия интеграции будут сильно жестче, начиная от определения Москвой потенциального перечня сменщиков Батьки.

Таким образом, дальнейшая судьба Белоруссии будет неотделима от России. И это будет инерционным сценарием для Минска. Однако есть сложность: реализация данного пути зависит от России, выбор которой еще не определен.

Выборы, выступления населения и западные попытки влиять на ситуацию в 2020 г., лишь усилили вероятность данного сценария. Теперь даже при стратегии «Третий Рим» высока вероятность прямой интеграции Белоруссии.

49.3. Стратегия «Великое княжество литовское II»

Решение России идти путем «Третий Рим» не даст реализовать Белоруссии свою инерционную стратегию. Красный проект не будет возрождаться, и возникнет необходимость построения собственного национального проекта в союзе с Россией, но все же отличного от нее. В стратегии России «Третий Рим» данный путь был описан, он пойдет как попытка перехода в шестой уклад через пятый (постиндустриальное общество), в котором Белоруссия не играет значимой роли.

В этом случае Минску будет необходим национальный проект, переход на принципы державы суши, т. е. присоединение земель пойдет по линии жесткой перестройки под себя. Речь будет идти о создании Западнорусского государства (в противовес Восточнорусскому — России), с поглощением Малороссии, Литвы и, возможно, но маловероятно, Прибалтики с Галичиной.

Проблема этого пути — нет национального белорусского проекта, идей, психоисторических смыслов, а также необходим отказ от реликтов глобального Красного проекта, что последние 25 лет был основой политики страны и элит.

Судьба «ВКЛ-II» будет не отделима от остальной России, так что постепенное объединение всё равно будет происходить (после зачистки малороского культурного канона от антирусских элементов). Самым принципиальным противником станет Польша, так как принципы и подходы к противостоянию будут одинаковы, а цели экспансии совпадать.

В рамках этой стратегии будет необходимо возрождение белорусского языка и выдавливание украинских диалектов и прибалтийских языков. В психоисторическом поле основная борьба будет идти против униатов и католиков — этот момент самоопределения станет ключевым. Произойдет возвращение к толкованию «русский», как более широкое, единое наименование для всех восточнославянских народов.

Ключевая цель «ВКЛ-II» — борьба с антирусскими настроениями и мягкая реинтеграция бывших украинцев в Русский мир.

Таким образом, при реализации Россией стратегии «Третий Рим», Беларусь будет вынуждена пойти на создание национального проекта, так как интерес к ней как к части общерусского проекта будет значительно меньше, а интеграция на правах отдельных областей и утрата статуса существующей элиты, окажутся неприемлемы.

49.4. Резюме

Восприятие Белоруссии как отдельного национального государства в корне ошибочно. Благодаря сохранившимся элитным группам, сформировавшимся еще при Пономаренко и Машерове, мы имеем дело с «Брестской крепостью» Красного проекта, оказавшейся в глубоком тылу врага.

Это наша элита и наш народ, нет национального проекта Белоруссии, есть настойчивая попытка возрождения Империи с их стороны. Разговоры в стиле: «Мы кормим белорусов, надо это прекращать» — или вредительство, или показатель отсутствия стратегического понимания. Они малая, но осознающая себя часть нашего проекта. Белоруссия все эти годы пытается возродить Красный глобальный проект. Да, у них нет сил и ресурсов для самостоятельного решения вопроса, но их необходимо встраивать в будущую Россию как один из внутренних полюсов силы, элитных кланов и властных групп.

Выбор стратегии России определит и будущее Белоруссии, так «Левый поворот» позволит Минску вернуться домой, став одним из столпов будущего геополитического игрока и панрегиона. А «Третий Рим» обернется для Белоруссии необходимостью строить свой собственный, союзный России, но отличный национальный проект — ВКЛ-II, ключевая задача которого — реинтеграция украинцев/малороссов в единый Русский мир.