– Я догадываюсь кого, – сказал Нор. – Сиди, мерзлячка, посмотрю сам.

За калиткой, как он и предполагал, переминались Олег с Людмилой.

– Вам нужно приглашение? – крикнул он. – Быстро бегите в дом! Вот к чему эта глупая деликатность, когда сверху льёт? Хотелось постучать, стучали бы во входную дверь, стоя под навесом.

– О чём вы думали, отправляясь в такую погоду без плащей и зонтов? – ругалась Ольга, помогая Люде снять мокрое платье. – Ты – ладно, но у Олега голова должна соображать!

– Спасибо! – обиделась та. – Мы выходили, когда было солнце.

– Возьми мой халат, а полотенцем обвяжи голову и надень шерстяные носки. Готова? Тогда шагом марш на кухню. Буду отпаивать вас горячим чаем с малиной.

Когда девушки пришли на кухню, там уже сидел Олег, одетый в кимоно Нора.

– Красавчик! – оценила его Ольга. – Люда, в кармане халата должна быть расчёска, дай брату. А то волосы высохнут, и будет что-то вроде ирокеза.

Через пять минут пили горячий чай с малиновым вареньем.

– Скоро пообедаем, – пообещала Ольга. – Вы ведь специально подгадали свой визит к обеду? Так понравились мои борщи, или плохо готовит Ленка?

– Хорошо она готовит, – ответил Олег. – Только дома очень скучно. Мать заняла компьютер, телек я не смотрю, а отцу нездоровится, поэтому его не стали беспокоить.

– А что с ним?

– Что-то с сердцем, – ответила Люда. – С утра жаловался на то, что сердце печёт и сильно болит, да и вообще ему нехорошо.

– Мужу нехорошо, а жена засела за комп? – спросил Нор. – У вас так заведено?

– Он раньше не жаловался на сердце, – объяснил Олег. – Болел только по мелочи. У нас был свой врач, но он больше занимался мамой. А у отца даже нет сердечных лекарств, а съездить за ними некому. У вас их, наверное, тоже нет?

– У нас дома только йод, зелёнка и перевязочные средства, – подтвердила Ольга. – Вру, был ещё анальгин. Олег, а почему вы не вызвали скорую?

– А ты посмотри на свой мобильник. Здесь всегда слабый уровень сигнала, а сегодня его вообще нет. Может, из-за дождя?

Ольга встала из-за стола и сходила за телефоном.

– Плохо, ребята! – сказала она. – Из-за дождя или из-за чего другого, но связи нет. Быстро рассказывайте, где лежит отец.

– Что хочешь делать? – спросил Нор.

– Я боюсь, что, пока восстановится связь и приедет скорая, их отец загнётся.

– Думаешь, инфаркт?

– Похоже. Придётся взять отцов велосипед и прокатиться. Одену плащ и как-нибудь доеду. В чём дело, Олег, язык проглотил?

– Я с тобой! – вскочил он.

– Хочешь бежать сзади, или чтобы я везла тебя на багажнике? Ты меня задерживаешь!

– Там Умница... – начала Люда.

– Хорошая собака, – кивнула Ольга. – Калитка не заперта? Какой хоть этаж?

– Он на втором этаже, – ответил Олег. – От лестницы налево третья дверь. А мама направо во второй. Я всё равно туда пойду!

– Нор, дай ему свой плащ, – попросила Ольга, – и резиновые сапоги. Только что-нибудь намотайте на ноги, а то он в них не дойдёт. Я побежала.

Надо было отрегулировать высоту сидения, но не было ни времени, ни инструмента под руками, поэтому она поехала стоя. Дорога уже слегка раскисла, и ехать было тяжело. Если бы не укреплённые мышцы, она бросила бы велосипед и пошла пешком по обочине. Плащ плохо защищал от дождя, и к концу поездки Ольга промокла. Открыв калитку, она вкатила велосипед во двор и прошла в дом мимо спрятавшейся в будке собаки. Взбежала по лестнице на второй этаж и распахнула нужную дверь. Прикрытый пледом Виктор лежал на кровати и громко стонал. В комнате было темно, и девушка первым делом включила свет. Он открыл полные боли глаза и попытался что-то сказать.

– Говорить нельзя! – сказала Ольга. – Двигаться – тоже. Наверняка у вас инфаркт. Связи по-прежнему нет, поэтому у вас одна надежда на меня. Постараюсь помочь.

Она знала, как действовать в подобных случаях, но не была уверена в благополучном исходе. Магия не затягивала раны на глазах, она только полностью использовала возможности самих пациентов. Вылечить можно почти всё, главное, чтобы пациент дожил до выздоровления. Вскоре распахнулась дверь и в спальню ввалился похожий на пугало Олег.

– Ну как?! – спросил он.

– Как я и опасалась, инфаркт, – ответила она. – Смогу помочь или нет, будет видно через два-три часа. Переоденься и сделай горячий чай, а то я замёрзла. И ничего не говори матери. Помочь не сможет, а крику будет много. Нужно будет отвлекаться ещё и на неё.

Два часа она просидела рядом с Виктором, держа руки у него на груди. Убрала их только чтобы выпить чай. За всё время Александра Владимировна так и не оторвалась от компьютера проведать мужа. Когда Ольга почувствовала усталость, Олег обрадовал тем, что восстановилась связь.

– Быстро вызывай скорую! – сказала она. – Я сделала всё, что могла, но совсем не осталось сил. У твоего отца обширный инфаркт, так что помощь медиков лишней не будет. И не вздумай болтать им о моём лечении.

Скорая прибыла через полчаса. Врач с медсестрой быстро облепили Виктора присосками и сняли кардиограмму.

– Инфаркт, – без тени сомнения сказал врач. – Работаем как обычно.

Виктору сделали несколько уколов в вены и поставили капельницу. Когда закончилась процедура, подошёл шофёр и с помощью Олега вынес больного на носилках и уложил в машину.

– Незачем вам сейчас с нами ехать, – сказал врач Олегу. – Состояние вашего отца стабильное, и помощь ему оказали вовремя. Дайте номер вашего мобильного и запишите мой. Если что, я вам сам позвоню. А вы сможете справиться о его состоянии завтра утром. Только не звоните раньше девяти, не отвечу.

– Я домой, – сказала Оля растерянному парню. – Велосипед оставлю здесь, потому что нет сил крутить педали. Сестра сегодня побудет у нас, а завтра отец её привезёт. Не трясись: всё должно закончиться хорошо. С матерью разбирайся сам. И отдай мне плащ, а то Нору не в чем выйти. Сапоги вернёшь сам.

Она надела высохший плащ и вышла во двор. Дождь уже закончился, но задул холодный ветер и начало темнеть. К счастью, далеко идти не пришлось. Пройдя сотню шагов, Ольга увидела отца верхом на Ухаре, который вёз закутанную в плащ Людмилу.

– Жив, – коротко сказала Ольга заплаканной девушке. – Олег всё расскажет.

Егор довёз Люду до «Фазенды», снял с коня и вернулся за дочерью.

– Намок? – спросила она, когда ехали домой.

– Успел добраться до навеса, – ответил он. – Соседа вытянула?

– Я не знаю, папа. Если бы не я, он не дожил бы до скорой, а вытянут его врачи или нет – это тайна, покрытая мраком. Состояние у него было тяжёлое. Я при лечении ни разу так не выкладывалась. Завтра позвоним и всё узнаем. Если нормально довезут, должен выжить.

На следующее утро Олег позвонил и сказал, что отцу стало лучше, и мать вызвала такси.

– Поедем его навестить и купить всё, что нужно. Не хочешь съездить с нами?

– Извини, но я неважно себя чувствую после вчерашнего, – отказалась девушка. – Он пробудет в больнице дней десять, так что будет возможность проведать. Передавай от нас привет.

– Спасибо тебе! – сказал он и отключился.

– Ты действительно плохо себя чувствуешь? – спросил слышавший разговор Егор.

– Нет, папа, я соврала. Не хочу с ними ездить. У них семья, а я посторонняя и этой поездкой вроде набиваюсь на благодарность. Да и времени жалко. Я за ночь полностью восстановилась, сегодня даже начнём с Нором занятия.

– Да, он говорил, – сказал отец. – Мы сейчас вынесем стол в сарай, и можете заниматься. Я думаю, что вам не помешает постелить туда ковёр из нашей спальни, а вместо него купим другой.

Отец уехал по делам, а они до обеда тренировались сначала в борьбе, а потом и в фехтовании. Едва закончили, как с улицы донеслись сигналы автомобильного клаксона и в калитку кто-то постучал. К приехавшим вышел Нор. Это возвращались Фроловы. Александра Владимировна, пряча глаза, передала для Ольги огромный торт.