— Что с ней случилось? — Норт положила руку ему на колено в попытке утешить. Это лишь заставило его пульс ускориться.

— Мои родители убили ее, — прохрипел он. — И моего брата. И мою младшую сестру. И… меня… — Он покосился на Норт, оценивая ее реакцию. Ее широко раскрытые глаза подернулись пеленой шока и ужаса. Его губы искривились в печальной улыбке. — Очевидно, убить меня оказалось сложнее, чем они думали, даже тринадцатилетнего.

— Но… почему? — мягко спросила она. — Зачем убивать собственных детей?

— Власть. — Он поднял левую руку, и маленькая искра красного дыма закружилась вокруг его пальцев. — Они использовали темное заклинание, чтобы украсть силы у моих братьев и сестер, а затем перерезали им позвоночники. Но они не смогли вырвать мою магию, как ни старались. На самом деле их попытка только пробудила ее еще сильнее.

Он сжал кулак, гася красную магию. Его бесполезная способность чувствовать запах магии внезапно дополнилась умением превращать живых существ в камень. А затем — еще более разрушительной способностью сокрушать твердейшие скалы одной лишь мыслью. Новая сила взорвалась внутри него, дикая и необузданная, сделав за него то, о чем он всегда мечтал. Сокрушить, искалечить, чтобы освободиться.

Он злорадно ухмыльнулся воспоминанию.

— И я использовал ее, чтобы переломать каждую кость в теле моей матери. Медленная, мучительная смерть. Мой трусливый отец, вместо того чтобы помочь ей, сбежал, прихватив магию порталов моего брата.

— И исчез в портале? — догадалась Норт.

Тик-Ток кивнул:

— В мире по ту сторону нет магии, согласно легендам Эва, и мои родители хотели стать там богами. Мой отец, полагаю, преуспел.

Норт молчала так долго, что если бы не ее рука на его колене, он бы подумал, что она ушла. Он откинулся на кровать, глядя в потолок. Гнев клокотал внутри него, царапал, кусал, отчаянно требуя выхода. Он хотел смерти отца. Хотел мести.

— Капитана Солта нельзя назвать добрым, но ко мне он относился иначе. Он стал мне кем-то вроде отца после того, как выкрал меня из Эва. Он научил меня сражаться, и, видя, как много плохих вещей он совершает, я научился всегда поступать правильно. — Он посмотрел на свою металлическую руку и почувствовал, как короста на его совести зудит. Поступить правильно — это не устраивать мятеж против Солта. Был ли Солт святым? Черт возьми, нет. Но он был лучшим из мужчин, что встречались Тик-Току в годы взросления. Возможно, в тот раз ему стоило просто добыть себе корабль другим способом. Уйти от Солта, а не предавать его.

Норт приподнялась на колени и наклонилась над ним, закрывая собой потолок.

— Я не знаю, почему я почувствовала свою магию, но я знаю, что еще я чувствовала в тот момент. Может… может, если мы воссоздадим это, оно сработает снова. Я хочу помочь тебе. Тебе следовало рассказать мне всё раньше, чтобы я поняла.

Тик-Ток впился взглядом в ее лицо, его золотая рука сжала одеяло. Она серьезно собралась продолжить соблазнение? Сейчас? После того, что случилось из-за Целины?

— Норт…

Когда он не закончил фразу, она склонилась ниже, ее дыхание стало прерывистым.

— Что?

Он подавил стон. Принимать невинную девушку в свою постель всегда было для него запретной чертой — женщины привязываются, а ему не нужны были лишние проблемы.

— Ты должна отдать себя кому-то лучшему, чем я. Кому-то, кто способен на большее, чем просто перепих.

— Мы можем делать другие вещи, — прошептала она. — Те, что уже делали.

Кровь прилила к его члену. «Да», — хотел он сказать. Он хотел снова чувствовать ее пальцами, хотел, чтобы она касалась его там, где еще не касалась. Его возбуждение болезненно упиралось в штаны, и он мысленно застонал. Это не займет много времени. Всего несколько минут.

Но как бы он ни хотел согласиться на «другие вещи», он этого не сделает. Не в том случае, если это нужно лишь для того, чтобы вытянуть из нее силу. С него хватит сексуальных сделок в обмен на магию, как с Целиной. Норт значила для него больше. Сердце замерло, когда он осознал это. О, черт возьми, нет. Эту реальность он отказывался принимать.

Если Норт нужно… что-то… чтобы раскрыть свой потенциал, ей придется справляться самой. Или с другим членом команды. Дакс бы с радостью согласился, но тогда Тик-Току пришлось бы выбросить его за борт.

Он натянуто улыбнулся:

— Как бы сильно я ни хотел убить отца, я не стану использовать твое тело таким образом. Есть другие способы достичь моей цели — и для тебя, чтобы найти себя. Я готов подождать еще немного, сохранив остатки своей морали. По крайней мере, то, что от нее осталось.

Она склонила голову, в ее глазах промелькнула тень печали.

— Это не обязательно должно быть связано с магией или порталом. Это могло бы быть… весело.

— Весело, — эхом отозвался он и резко притянул ее к себе, впиваясь в ее губы коротким, отчаянным поцелуем. Затем встал, потянув ее за собой, и направился к выходу. — Прости меня, звездочка. Но я не могу. — Он распахнул дверь и мягко подтолкнул ее. — Иди к себе и попрактикуйся чувствовать свою магию, ладно?

Норт открыла рот, чтобы что-то сказать, но он не стал слушать — согласится она или нет. В отчаянном желании остаться наедине со своими чувствами — и душевными, и физическими — он захлопнул дверь перед ее носом. Он едва успел дойти до стола, прежде чем расстегнуть штаны — перед глазами стоял образ Норт на коленях перед ним — и обхватить себя рукой с низким, отчаянным стоном.

Глава 16

Норт

Норт мерила шагами свою каюту, скрестив руки на груди. Она занималась этим уже довольно долго, пытаясь вызвать ту яркую фиолетовую магию. Тщетно. Ни искры, ни пламени, ни единого облачка дыма.

Но магия была там.

Она подумала о заклятии, которое наложила на нее морская ведьма; ей следовало бы быть в ярости, но она не была. Всё, что она делала под чарами, она втайне жаждала сделать сама. Мечтая, чтобы магия давалась ей так же легко, как Целине, она попробовала снова. Ничего.

— Боги, ну же! — прорычала Норт от разочарования.

Возможно, дело было в том, что она была слишком взвинчена после разговора с Тик-Током. В этом мужчине было скрыто столько всего — гораздо больше, чем она могла вообразить. Раны на спине, родители, король Эва… Она видела, что он не хотел ей исповедоваться, но всё же доверил свое прошлое. Его откровения открыли в ней некую иную грань, не имеющую отношения к магии. Чувства.

И тогда она предложила себя, чтобы вновь найти свою магию и помочь ему совершить месть, хотя это была не ее битва. Возможно, она сделала это из-за того, через что прошла ее собственная семья. Отец Тик-Тока мог стать таким же Волшебником в другом мире и превратить его в руины, как когда-то Оз.

Тик-Ток отказался спать с ней, поэтому она предложила другие ласки, которые могли бы доставить удовольствие. Она хотела, чтобы он почувствовал то же удовлетворение, что и она днем, хотела отплатить за его доброту. Вместо этого он захлопнул дверь перед ее носом.

— Тьфу! — выкрикнула она в пустоту и бросила воображаемый топор в стену. Он попал точно в цель. Если бы только он был настоящим.

Дверь распахнулась, и она резко вскинула голову. Она не ожидала увидеть Эхо, но всё равно была ей рада.

— Хотела проверить, как ты, — сказала сирена, спускаясь по лестнице.

— Я в порядке, Принцесса. — Норт ухмыльнулась и села на кровать.

— М-м-м. — Эхо плюхнулась рядом. — Я отказалась от этого титула после того, как моя мать сбежала из нашей подводной деревни вместо того, чтобы помочь защититься от захватчиков. Но сегодня его пришлось вспомнить, чтобы помочь другу. — Она слегка улыбнулась Норт.

Друзья. Вот кем они стали. Норт сглотнула, гадая, какую жизнь вели остальные члены команды. У нее самой было прекрасное детство, и сердце сжалось от мысли, какими мелочными теперь казались былые ссоры с родителями.