А потом опять завизжала:

— Да что ты мне голову морочишь? Зачем тогда заплатила на полгода вперед? Лада, я ничего не понимаю!

— В каком смысле, заплатила на полгода вперед? — я вдруг напряглась от нехорошего предчувствия.

— В каком-каком! В обычном! Твой друг приходил ко мне и передал деньги за квартиру! Сказал, что ты занята! За шесть месяцев вперед!

— Когда? — выдохнула я в трубку.

От накатившего адреналина кровь в висках застучала молоточками.

— Дня два-три назад, наверное.

Я приложила ладошку ко лбу.

Села на низенькую тахту в единственной комнате домика.

— А друг был здоровый такой, да? Большой человек и волосы светлые, да?

— Ну, да, — хозяйка явно не понимала, к чему я веду. — Ты мне скажи, мне теперь что, деньги тебе обратно переводить? Это ж какая комиссия будет!

Я ее не слушала.

Мне плакать хотелось.

Лихач.

Забрал меня из клуба, не разрешил там больше работать. И просто оплатил мне квартиру на полгода вперед.

Чтобы я не волновалась об этом.

Чтобы не осталась на улице.

— Лада! Лада, почему ты молчишь? Алло!

— Да, я вас слышу. Не нужно ничего переводить. Оставьте деньги себе, я не вернусь в квартиру.

Я нажала пальцем на красный кружочек отбоя на дисплее и уронила руку на колени.

Заплатил.

Понял. Позаботился. Даже не рассказал об этом.

Мне стало так плохо от этой новости, что на языке стало горько. Как будто грейпфрутовое зерно разжевала.

Горсть.

Может, зря я с ним так?

Ведь он меня спас, как ни крути.

Голландец рано или поздно все равно бы до меня добрался. И кто знает, чем бы тогда это все закончилось.

Но…

Я закусила костяшку пальца зубами, чтобы не разреветься.

Нет.

Нельзя. Не хочу я к нему. Он большой, заботливый и теплый. И он так на меня смотрел, что до пяточек пробирало. Но рядом с ним опасно.

Я больше не хочу в этот мир ночных гонок, грязных денег и интриг. Мир, где тебя могут купить или просто присвоить, потому что ты одинокая и слабая.

Одной проще.

Я хочу не бояться жить.

Телефон снова зазвонил.

— Да!

— Ладочка, девочка, — голос хозяйки был сладким-сладким. — Скажи, пожалуйста, а где же ты теперь живешь?

Глава 18

Я уже давно не была такой спокойной.

Три недели обычной, размеренной жизни! Ночи, в которых я просто спала. Просто спала!

Правда, после того, как устроилась продавцом в поселковую кондитерскую, будильник ставить все же пришлось. Но я высыпалась!

И вставать было легко и просто.

Прошли синяки под глазами.

Я стала снова нормальной. Не серой и замученной. Не запуганной.

Номер хозяйки прежней своей квартиры я тоже заблокировала. Я же не дурочка. Если Руслан нашел ее, чтобы заплатить, то он и меня пытался через нее найти. Не зря же она так сладенько со мной разговаривала.

К черту!

Лучше я буду одна. Буду реветь в подушку с тоски, и вспоминать его поцелуи и объятия. На расстоянии все это безопасно.

Я перехватила пакет с эклерами в другую руку.

Сейчас приду, вскипячу чай. И слопаю все вкусности.

Я усмехнулась.

Такими темпами поедания сладостей с работы я скоро стану кругленькая и пышненькая.

Как те самые булочки.

— Привет, соседка!

Я оглянулась.

Сама отметила, что не подпрыгнула от неожиданности, как раньше. Просто, спокойно оглянулась на голос. Это хорошо.

А вот когда увидела, кто зовет…

Он был только в штанах. Стоял за низеньким, до колена всего, заборчиком между дачами. Упирался кулаками в бедра и смотрел на меня.

Смотрела и я.

На довольное мужественное лицо с резкими чертами. Немного как будто похудевшее. Еще больше заросшее.

На ровный разворот плеч.

Бугрящиеся мышцами руки.

И плоский, мускулистый живот. Резинка штанов была низко-низко. Открывала полоску волос ниже пупка. Оголяла выпуклые вены под загорелой кожей.

Я судорожно сглотнула.

Что там под трениками, мозг мне напомнил моментально.

Да откуда?

Как он меня нашел?

Руслан лукаво-вопросительно поднял бровь, как будто намекал, что неплохо бы и ответить на приветствие.

— Может, тебе в баньку водицы натаскать? После работы-то самое оно. М?

Я ломанулась в домик бегом!

Сердце трепыхалось в груди как воробушек.

Нашел!

Нашел меня!

Но как?!

Я захлопнула дверь и сразу же закрылась на ключ. Ну я ненормальная же! Какой в этом толк? Если Лихачу надо — он войдет.

Дверь выломает или окно — какая разница?

Я от испуга даже пригнулась. Потом уже сообразила, что здесь он меня не видит. Но состояние было настолько ошарашенное, что тело все равно действовало на автомате.

Пыталось спрятаться.

Я подкралась к окошку. Отодвинула немного занавеску.

Лихач стоял там же, у забора. Как будто ждал, что я сейчас передумаю и выйду. Может быть, закачу ему истерику. Может, начну задавать вопросы. Ну, не может же он рассчитывать, что я на грудь ему упаду с радостным воплем от долгожданной встречи?

Да как бы не так!

Не выйду!

Буду тут сидеть как сыч.

И в баню не пойду. Подмыться и в доме можно, тазик имеется.

Я села на тахту.

Сложила ладошки на коленках как примерная девочка. И уставилась в пустоту.

Все?

Моя спокойная жизнь закончилась?

Как же была права Герда! Он где угодно найдет, если ему надо. Меньше трех недель понадобилось, чтобы меня вычислить.

Значит…

Я растерялась и всхлипнула. Значит, я ему настолько нужна? Правда?

Правда?!

Слезы потекли по щекам, а я их сразу же стала стирать. Не буду я реветь! Не буду. Ну, нашел. Притащился, когда не звали. Неужели непонятно, что я его не хочу? Как еще-то донести такую простую мысль?

В горле защипало.

И я чай вообще собиралась пить!

Я встала. А через минуту захотелось ругаться матом. Воды не было ни в чайнике, ни в умывальнике на стене. Буквально несколько капель, чтобы размазать уличную пыль с мылом по коже.

А этот там стоит!

Я снова выглянула осторожненько в окошко.

А. Уже сидит. Медведь! Притащил раскладное кресло, уселся с комфортом и ждет!

Развалился еще!

В руке Лихача была банка с каким-то напитком. И у меня сразу же пересохло в горле окончательно. Я ведь еще и конфету по дороге домой съела.

Вообще больше конфет есть не буду!

От них пить хочется ужас как.

Я вдруг разозлилась.

Да какого черта?

Я тут сижу. Мучаюсь! А этот гад там загорает на вечернем солнце. И газировку пьет!

Я подхватила ведро и открыла замок на двери. Будь, что будет. Пойду и принесу воды. Мне ведерка хватит до утра. К тому же, мой колодец как раз в другой стороне от этого медведя.

Успею удрать, если что.

Надеюсь.

Я вздернула нос и сбежала по ступенькам крыльца. Чувствовала себя гребанной манекенщицей на подиуме под его взглядом. Прицепила ведро на крюк, размотала цепочку.

Ведро звонко плюхнулось дном о воду в темноте колодца.

— Попалась!

Могучие руки обхватили меня поперек талии.

Сдавили. Прижали к крепкому мужскому торсу. Лихач зарылся лицом в мои волосы. Вдохнул глубоко и скрипнул зубами. Как будто ему вдруг больно стало.

— Отпусти!

— Не отпущу, Лапуль, — он дышал мне в шею как загнанный зверь. — Не могу. Пытался, честно. Не смог.

Он развернул меня к себе.

Впился жарким м в губы. Не дал дернуться назад, прижав затылок ладонью.

И я воскресла в его руках.

Как будто впервые проснулась за эти двадцать дней. Как будто не дышала без него. А теперь смогла.

Но ему об этом знать не нужно…

— Как ты меня нашел? — я воспользовалась первым же перерывом на отдышаться.

— Карточка, Лапуль, — он улыбнулся. Пропустил между пальцев мои волосы, опять притиснул к себе. — Я пробил все твои данные. Все, что смог найти. И нашел через банк. Последние транзакции — только в этом поселке. А дальше — проще.