— Помнишь, о чём мы говорили? — вдруг перехватила магиана мою руку.

— Не увлекаться?

— Нет. О том, что артефакту нужна душа.

Я осторожно кивнула.

— Не вздумай идти за мной. Твоя работа — матрица и Источник.

Мы смотрели друг другу в глаза. Но, наверное, только сейчас я всё осознала, как и причину нашего побега. Слова Тейдена, признания Лиры, ритуальный кинжал…

Первым движением души было бежать. Но магиана слишком хорошо меня знала.

— Не вздумай. Возможно, это — единственный наш шанс Ты уверена, что вообще сможешь появиться на свет, если сейчас отступишь?

— Но вы…

— Я буду жить, и однажды наступит время, когда мы опять встретимся. Но сейчас нам нужно поторопиться, пока никто не вмешался и метеорит на нас не упал. Тейдену не много времени потребуется, чтобы меня отыскать.

Я смахнула слезинку с щеки. Госпожа Эзерлир опять во всём права! Если сейчас отступить, будущее изменится. Я не появлюсь на свет, Хрусталь не оживёт, Седэанелия — кто знает, что произойдёт с ней? — может быть исчезнет.

Смахнув слезинку, я принялась за работу.

Моё плетение было грубым — слишком мало опыта. Но вскоре Лира присоединилась ко мне, и простое заклинание талисмана-хранителя стало заполняться поиском, охраной, способностью разрыва пространства и накопления энергии и многим другим, что я не могла понять. Но моих глазах рождалось чудо.

— У хрусталя много граней, — словно само пришло знание. — При правильной работе каждая из них способна держать и выполнять свою задачу. Ну, и при условии достаточного уровня силы. Так что подключай источник, пока наше заклинание не развалилось.

Я совершенно не понимала, как Лире хватало внимания на то, чтобы удерживать всю ту паутину, что она наплела. Поэтому по первому её слову воззвала к магии. Бурный поток накрыл меня с головой, едва не расплющив. Но я всё ещё помнила о контроле и, сцепив зубы от усилия, направила магию к Лире. Матрица-паутина заиграла разными оттенками. Какая-то её часть светилась ярче, какая-то бледнее, но плетение разом стало прочнее и объёмнее.

Когда оно оказалось под моим контролем, я ощутила всю сложность и многогранность будущего артефакта.

— Кровь!

Вновь не приказ, а словно то, что я уже давно знала.

Руки машинально нащупали ритуальный кинжал. Боли не было — только ладони стало слишком горячо, а серебряная чаша отозвалась глухим «плюх».

— теперь держи — и не вздумай идти за мной или звать.

Госпожа Эзерлир вдруг стала собой, а не голосом внутри меня.

Она тоже сделала лишь надрез на ладони. Но если моё сознание «держало» сейчас матрицу артефакта и напитывало её, она «вошла» внутрь, точно была частью заклинания. Точнее становилась его частью.

Я не могла удержать слёз, но боялась даже пошевелиться, чтобы не нарушить плетение. Потому что малейшая моя ошибка сделала бы жертву Лиры напрасной. И мне оставалось только ждать её сигнала, что можно совмещать матрицу с хрусталём..

Но сигнала всё не было, и я вдруг осознала — и не будет. Госпожа Эзерлир больше не ворвётся в мои мысли, не станет мной руководить, не утешит и не отругает. Всё это будет делать Хрусталь. И если сейчас не завершить артефакт, мне и этого не видать.

Одним заученным движением я впечатала матрицу в кристалл. Призвала силу, чтобы правильно расположить каждую грань, закрепить заклинание и защитить артефакт. Да, благодаря живой душе мы сумеем найти друг друга. Кровь приведёт меня на этот берег и кровь же пробудит ото сна ту, кто рискнула шагнуть в вечность. Источник станет подпитывать артефакт и позволит ему иногда появляться в Седэанелии в виде Кота… Нет, в виде Кошки, чтобы найти меня. Так и родится новая легенда.

Я поняла, что всё вышло, когда место камня занял белоснежный котёнок. Рядом лежало бездыханное тело Лиры. В мой мир вернулись звуки, пронизывающий ветер и чужая близость. Магиана, как и всегда, была права — нашли нас быстро, но всё же недостаточно, для того, чтобы успеть остановить.

«До встречи в будущем», — раздался в моей голове знакомый голос.

Затем яркая вспышка поглотила меня, лишая сознания.

* * *

Приходила я в себя медленно, рывками, не сразу осознав, что лежу на холодных камнях, едва припорошенных снегом. То перед глазами возникало серое небо с низкими снеговыми тучами, то видения, от которых не было сил оттолкнуться.

Тейден и господин ау-Легин, что-то кричавшие мне. Убегающий прочь котёнок, медленно превращающийся в кристалл. Слёзы на глазах мамы и тихий шёпот, который единственный я смогла разобрать: я с нетерпением буду ждать нашей встречи, девочка моя. Повелитель с искажённым от ярости лицом и летящий прямо в меня кинжал, не ритуальный, настоящий.

Я схватилась руками за грудь — но ни кинжала, ни даже следа от удара не было. Выходит, эльф или промахнулся, или… Я попыталась подняться на ноги, чтобы осмотреться, но голова закружилась ещё сильнее, а желудок скрутило болезненным спазмом. Интересно, у нас получилось или я так умираю?

«Получилось. Ты же здесь, а не рассеялась в потоках времени».

— Хрусталь! — Я всё же пересилила себя и села, завертела головой в поисках котёнка и вдруг осеклась. — Лира?

Сейчас называть наставницу по имени было очень легко.

«Да без разницы! Главное, что это были очень интересно, но очень долго. Я устала ждать тебя уже в первый раз, а ты и сейчас не торопилась. Почему так задержалась?»

Я не могла говорить. Разрыдавшись, схватила кошечку в охапку и прижала к себе.

«Хватит, а то всю меня промочила. Идём лучше домой».

Домой… А где тот дом?

Завертела головой — и увидела знакомую оградку и кривые яблони. Мы были в саду около летнего домика господина Дея… Деалинора, моего старшего брата. Издали доносился грозный рёв волн. Зимний океан был недружелюбен и грозен.

Осознав себя и происходящее, я разом поняла, что замёрзла, так как на мне было то самое летнее платье, в котором я попала в прошлое, и проголодалась. На меня обрушился весь мир разом — пронизывающий ветер, тоскливый скрип деревьев, рокот волн.

«Щит, тенна, щит», — как-то устало напомнил Хрусталь… Лира.

— Прости, что считала тебя котом, — только и смогла сказать я смущённо.

«Это такие мелочи, — хихикнула она знакома. — Ты же не проверяла, кот я или кошка. Мне это знакомо: в деревне кошка становится кошкой, только когда котят выведет. А до того все они Рыжики и Дымки. Что со щитом? Нет сил? Тогда идём всё же в дом. Согреешься, немного передохнёшь — и двинемся в Седэанелию».

Я была готова согласиться с чем угодно, особенно если вспомнить гневные лица тех, кто заботился обо мне, и летящий прямо в сердце кинжал.

«А! Кинжал! Поверь, Тейден не собирался тебя убивать. Это — артефакт, способный обрушить мощную защиту, для того его и бросил — надеялся наш щит пробить, но не успел. Вот он, лежит рядом. Прихвати его лучше с собой. Если придётся иметь дело с Повелителем Арбеаном ау-Тораном, этот кинжал станет доказательством того, что ты не лжёшь».

Я невидяще нашарила рукой холодное лезвие, потом ещё одно. Два кинжала? Кто-то всё же решил меня прикончить, пока я была в трансе? Но потом рассмотрела короткое лезвие с каплей крови и поняла — ритуальный кинжал тоже перенёсся вместе с нами. Пришлось взять и его, хотя теперь эта вещь внушала мне ужас.

— Ты расскажешь обо всём, что произошло за века? — постаралась я отвлечься от тягостных мыслей.

«Я могу рассказать только о том, что происходило в Седэанелии, да и то не полностью. Потому что мне приходилось много спать, чтобы набраться сил. К сожалению, артефакт оказался привязан не только к тебе, но и к источнику. Поэтому я могла существовать лишь в тех пределах, где хватает его силы. Если помнишь, мы были далековато от города, поэтому и подпитываться было непросто».

— Что произошло с моими родителями? Ты видела это?

«Всё потом. Сейчас — в тепло!»

Я слишком привыкла слушаться Лиру. Пусть сейчас она была кошкой, а её душа три века просуществовала в артефакте, но я узнавала эти интонации. Словно заново знакомилась со своим Хрусталём. Поэтому пересилив себя, всё же встала и побрела к тёмному, неприветливому дому. Деалинор с домочадцами давно его покинул, но дверь всё равно приветливо распахнулась, стоило мне приблизиться. Не разуваясь и мысленно прося прощения у девушек за грязь, прошла на кухню и осмотрелась. В голове опять были глупости.