— Стой! — наконец, перегородила я дорогу какому-то мальчишке. — Отведи меня на Самоцветную улицу, я тебе монетку за это дам.

Парнишка с разноцветными глазами поднял целую тучу пыли, потом наморщил серьёзно лоб и выдал:

— Не, я об такой улице и не слыхал вовсе.

— Ну, как же?! — я схватила мальчишку за руку и потащила его к доске объявлений. — Вот, вот, смотри — требуется экономка … по адресу Самоцветная улица…»

Руки судорожно нашаривали листы бумаги, но тот всё не попадался. Между тем паренёк деловито подтянул штаны, притопнул босой ногой, опять подняв в воздух облачко пыли, и крикнул:

— Чудная ты! Иди, ищи единорога в лесу!

И умчался, ловко вывернувшись из моего захвата.

— Вот невоспитанное создание! — возмутилась я в голос, но, заметив, что на меня стали обращать внимание, тут же замолчала.

Но ведь было же это объявление, не привиделось оно мне! И адрес я рассмотрела точно. Решив проверить собственное зрение, вновь принялась перебирать объявления о найме на работу — и рука мгновенно наткнулась на желтоватый листок с чётко выведенными словами «Требуется экономка. На собеседование приходить по адресу Самоцветная улица, двенадцатый дом».

Неужели кроме меня, никто больше не видит это такое заманчивое и такое странное объявление?! Подумать только — какая магия! Но, если так, значит, мне придётся одной бродить по городу, разыскивая эту Самоцветную улицу.

Часы на ратуше пробили час дня и, отбросив сомнения, я заторопилась прочь от центральной площади города и ратуши.

Не знаю, почему мне это казалось важным, но у меня не возникло ни капли сомнений в том, что Самоцветную улицу непременно нужно отыскать именно сегодня, что завтра её уже не будет, как не будет и странного объявления, которое могла видеть только я.

Первоначальную идею — просто ходить кругами, постепенно смещаясь от центра к окраинам, пришлось оставить. Во-первых, Седэанелия — это не деревушка, в которой я родилась. Во-вторых, некоторые улицы изгибались столь причудливо, что невозможно было предположить, куда приведёт улочка, изначально бегущая на север.

Пришлось остановиться у первой же лавки, где торговали книгами.

— Карту Седэанелии? — удивился моему вопросу торговец книгами и почесал густо заросший подбородок. — Даже не видел такой ни разу. Раньше эльфы любили составлять карты разные, а сейчас уж почитай добрую сотню лет никому это и не нужно. Наймут караваны проводников — вот и все карты. Если только у антикваров глянете.

Найти антикварную лавку для меня оказалось ещё сложнее, чем просто продолжить поиск нужной улицы. Но всё же искомое помещение с витриной, забитой самыми разнообразными механизмами, отыскалось, как обнаружился и его владелец — один из вечно недовольных любым королевским решением седой старичок. Часть его макушки уже успела избавиться от волос, и лысина была натёрта так, что, казалось, сама способна светиться.

— А-а-а! Госпожа желает учебные книги для своих детей?

— Нет, мне нужна карта Седэанелии. Дети хотят игру устроить, но не с современными улицами, а с теми, что были ещё во времена эльфов, — выдала я придуманное на ходу объяснение.

— Если дети желают изучать историю, их стоит за это только похвалить, — тут же заулыбался старичок. — Была-была, где-то тут у меня лежала она…

Он бодро засеменил вдоль высоченных шкафов, затем вскарабкался по лесенке к какой-то полке и, наконец, выудил на свет туго скрученный свиток. Довольно улыбаясь, антиквар поспешил к большому круглому столу, примостившемуся в уголке между шкафами — как в самой настоящей библиотеке.

— Видите, какая ценность, — бубнил между тем торговец. — Вынеси из-под защиты — чары тут же падут и книга развеется. Читайте уж лучше здесь, а если что-то требуется — заменим подходящим. И столик у меня удобный, и сиденья, ежели перерисовать что захотите, бумага и перья в полном вашем распоряжении.

Самоцветная улица отыскалась быстро — располагалась она за парком. Правда, уйти так быстро мне совесть не позволила, поэтому пришлось посидеть ещё немного, делая вид, что выписываю старинные названия улиц Седэанелии.

— Благодарю вас, — я поклонилась антиквару. — Ваши знания и помощь оказались неоценимы. Уж теперь-то наши сорванцы наиграются вдоволь.

И быстро вышла на улицу, полной грудью вдохнув жаркий послеполуденный воздух. Вслед от старика донеслось пожелание удачной игры и приглашение заглядывать ещё. Что ж, местечко и впрямь интересное, стоит запомнить адрес. Но сейчас — вперёд, на поиски Самоцветной улицы.

Бежать по городу было неловко, но неуклонно катящееся к закату солнце заставляло пошевеливаться. Переулки закручивались странными спиралями, так и норовя увести не в ту сторону. Где-то мне помогал мой дар, где-то — сердобольные жители этих лабиринтов. И вот, когда до искомого места оставалась всего пара кварталов, перед носом неожиданно выросла стена.

Я прикоснулась к ней сначала одним пальцем, затем нажала с усилием — не помогало ничего. Хотелось плакать — нельзя, хотелось кричать и скандалить — тоже нехорошо. Но неужели так и закончится мой поиск таинственной Самоцветной улицы?!

— Не хочу я больше возвращаться в рабство к господину Вуту! — почти закричала я. — Из одной кабалы сбежала — в другую попала. Нечестно это!

— А что было бы честно? — раздался за спиной вкрадчивый голос.

Тут уж я не отказала себе в удовольствии завизжать от души. Интересно, какая девица по-другому отреагировала бы, окажись она наедине на укрытой тенями улице с незнакомцем?

— Довольно, девица, я уже достаточно устрашён и покушаться на твою честь не буду, — со смешком оборвал мой вопль всё тот же голос. — А теперь, будь любезна, ответь на вопрос. Что ты сочла бы честным?

Пришлось всё же обернуться. Позади меня стоял мужчина в простых одеждах — штаны, заправленная рубаха, на плечи небрежно наброшен полукафтан. Сапоги запылились, словно их хозяин очень долго шёл пешком. Впрочем, думаю, после беготни по городу я вряд ли выглядела лучше, и оставалось только радоваться тому, что в подкравшихся сумерках мой неприглядный облик не столь бросался в глаза.

Больше же всего меня удивила маска, закрывавшая большую часть его лица. Лишь неестественно голубые с лёгкой зеленцой глаза выделялись из всего облика.

— Мне кажется, честно получать за свой труд не только крышу над головой и две тарелки с пищей, но ещё и монеты, — сбросив первое оцепенение, ответила ему смело.

— И впрямь — без монет никуда, — улыбнулся незнакомец. — А что же ты хотела найти здесь? И зачем пыталась прорваться сквозь стену?

— Я нашла на ратуше объявление о том, что в дом на Самоцветной улице требуется экономка. Вот и бросилась эту самую улицу искать.

Уж не знаю почему, но этому мужчине хотелось говорить правду. Может, дело в его неправильных глазах? Сейчас они больше напоминали цветом не летнее небо, а яркие воды Бескрайнего океана, и манили также, как прохладные волны. А может, просто причина в том, что никто и никогда со смерти мамы не выслушивал меня с таким вниманием.

— А не слишком ли ты молода для экономки? — внимательно осмотрел меня незнакомец, становясь враз старше на несколько десятков лет.

— А уж не вы ли повесили то объявление? — не осталась я в долгу.

Он рассмеялся, вновь странным образом помолодев.

— Нет, девица, не я. В мою задачу входит лишь убедиться в том, что никто на свою беду не преодолеет стены. Так что Самоцветную улицу ты тут точно не найдёшь.

— Но карта!..

— Карта ошиблась. Возвращайся на постоялый двор, пока совсем не стемнело и на улицы не выбрались бандиты.

И он стал подталкивать меня в ту сторону, откуда я пришла. Надо было возмутиться, но я только неотрывно смотрела на стену.

— Что там? — всё не удержалась и спросила.

— Страшное заклинание, которое пришлось спрятать таким способом, чтобы люди не пострадали, — тут же прозвучал ответ, но фальши в нём было больше, чем в весенних песнях котов.

— А эльфы? Ведь Седэанелия — это эльфийский город. Я…