Вообще вся ситуация вокруг него складывалась крайне отвратительно, если с Димитровыми было шаткое перемирие, то все остальные важные участники общественной жизни города Буй явно уже были его врагами и ни о каком примирении с теми же Белых речи даже быть не могло. Надо чётко понимать, что пусть это и первая попытка, но не факт, что одновременно с этим не планируется, или хуже того не претворяется в жизнь ещё несколько акций по его устранению.
Как действовать сейчас в ответ, Белов пока вообще не понимал. Так что, как и в случае с Настёновыми, придётся всё это оставить на более дальнее время. Так-то конечно, хитропопости Леонида Игоревича можно даже позавидовать. Это же надо тогда додуматься до такой простой комбинации чтобы убить сразу трёх зайцев одним выстрелом. И собственную гордыню удовлетворить и Белову жизнь подпортить и Борисовых подставить.
Да и насчёт Борисовых надо тоже тщательно всё обдумать. Ладно, сейчас он ещё более-менее как-то застрахован от их действий. Но ведь это тоже недолго. При мысли о Борисовых у Алексея пришла на ум одна интересная идея. Ведь, Как говорится, враг моего врага пусть мне и не друг, но местами союзник. Пусть и временный союз, но можно было создать, ведь убиваю его Белых, одновременно действовал против этих самых Борисовых. На них-то точно это бы повлияло. Так что можно попробовать и с ними на эту тему переговорить. Может быть, а может быть и не стоит ничего рассказывать, типа придержать эту информацию при себе, ведь и Борисовы, и Белых — они же являются постоянными врагами и конкурентами, но при этом не проявляют никаких активных действий друг против друга. И не факт, что, получив эту информацию Борисовы, что-нибудь предпримут про Белых.
Так, что информация о том, что сподвигло Новикова, вернее даже не то, что сподвигло, а точнее, кто именно помог ему сподвигнуться в этой мысли, Алексей решил никому пока не рассказывать. По крайней мере пока. Хватит просто выдать всем заинтересованным лицам, информацию о том, что основным мотивом для его убийства стало сообщение о возможной свадьбе его и Веронике. Ревность — это очень частая причина для преступлений, так что никого не должна удивить. Как он сам когда-то совсем недавно сказал своему бывшему дядюшке, для мужчины есть всего три драйвера в этой жизни перед которыми чаще всего он не может устоять — деньги, власть, женщины. Пусть дальше сами додумывают что и как.
Переведя дух, и немного отдохнув Белов распустил импровизированный жгут на ноге и разорвав пробитую пулей ткань осмотрел рану. Воды чтобы промыть рану и инструментов у него не было, да и у нападавших что сейчас остывали на дороге он не нашёл, так что решив не заниматься при отсутствии инструментов самолечением, он просто перетянул заново жгут. И решил оставить пока всё как есть. Лезть грязными руками в рану было бы форменным самоубийством.
Кряхтя, как старый дед и скривив лицо от непрекращающейся боли, он, всё также опираясь на винтовку, как на костыль, пошёл осматривать остальные трупы. Кроме проверки того, что нападавшие по-настоящему мертвы, был еще один несомненно важный момент. Как говорится святая мародёрка — наше всё. Трофеи, взятые в бою — это свято.
Обшариваю карманы у погибших ему удалось разжиться аж почти тремя сотнями рублей. Правда львиная их доля была у Новикова, чуть больше двух сотен. У остальных двух, так по мелочи. Но в любом случае это была уже совершенно существенная сумма для него самого. Удалось подобрать ещё одну целую винтовку. И достаточно приличный крепкий охотничий нож. Обладателем ножа оказался нападавший, что погиб, перекувыркнувшись через лошадь. Сняв с трупов дорожные маски, Алексей убедился, что никого из остальных людей не знает, и от этого даже испытал некоторое облегчение.
Неприятно было бы, если бы оказался еще кто-то знакомый, а так просто неизвестные безликие люди. Понятно, что это новиковские, скорее всего, да и в принципе это не особо важно.
На всё про всё у него ушло минут десять. И потом, отступив чуть ближе к обочине дороги, Алексей рухнул там, просто отдыхая. Вообще дорога сейчас выглядела достаточно эпично. Три мёртвых человеческих тела и тело погибшей лошади. Кровавые следы. И одинокий сидящий подросток на обочине дороги. Коляска с мертвым жандармом давным-давно умчалась куда-то вдаль, совершенно исчезнув из виду. Две лошади, потерявших своих наездников и прядающие ушами мерно перешагивали в метрах пятидесяти на лугу справа. Вокруг стояла тишина, и казалось, что, просто закрыв глаза, можно даже забыть о том, что здесь произошло совсем недавно.
Примерно через час такого сидения, когда он был занят лишь тяжелыми мыслями о произошедшем и непрерывным лечением себя с использованием целительской магии что была ему подвластной пусть и на начальном уровне и ещё два разматывания — сматывания жгута вокруг пусть и слабо, но ещё кровоточащей раны, чтобы не допустить некроза тканей, послышался шум на дороге с той-же стороны откуда Белов и его несостоявшиеся убийцы приехали раньше. Шум приближался неторопливо, и вот по прошествии долгих пяти минут показались три телеги с сидящими на них людьми. А затем раздались удивлённые сначала, а потом и шокированные возгласы людей от того зрелища что перед ними предстало на дороге во всей красе.
Караван из трёх телег, запряжённых усталыми рабочими лошадками, с такими же уставшими возницами на их козлах, после того как передние увидели это зрелище замер. Если трупы на дороге вызвали у них удивление и шок, то вид сидящего на обочине подростка, поднявшего руку вверх и просто уставшим голосом, сказав, что ему нужна помощь их моральное состояние просто добил. Под их испуганными взглядами, не отрывающимися от его ран, да и вообще рассматривающими его с немым удивлением Алексей лишь устало пояснил что это бандиты, напавшие на него с сопровождающим его жандармом, не вдаваясь в подробности. Их лица при упоминании жандарма немного просветлели, а после объяснения, что жандарм был на его стороне в этой схватке, им явно полегчало и они стали суетиться вокруг Белова как заботливые наседки.
Оставив одного из тех пассажиров, кто находился на замыкающей подводе для охраны этого места, караван, двинувшийся снова в путь уже намного быстрее, поехал вперёд к ближайшему населенному пункту. А ещё минут через десять прошедших с того момента как они выехали, навстречу им выскочил спешащий во весь опор разъезд жандармов. И вокруг Алексея хорошо слышно раздался общий вздох облегчения.
Как оказалось, карета с неуправляемыми лошадьми и с мёртвым жандармом в качестве пассажира, доскакала до ближайшего села и устроила там невероятный переполох. Ещё бы, когда приезжают карета с мёртвым жандармом, это же событие мирового масштаба. Которого хватит для обсуждения лет на пятьдесят не меньше. Это ведь просто невероятный уровень и совсем не то, как например сплетня, о том, как соседки ходят к другим мужьям, пока, нет их мужей дома. Когда карета с мёртвым урядником остановилась в центре села, и первая увидевшая мертвого жандарма женщина резко заголосила, вокруг неё тут же образовалась огромная толпа сельчан. Бабские причитания, переговоры мужиков, детское любопытство, всё сплелось в этот момент в общий тугой клубок, напряженный и шокированный.
Посланный старостой гонец в соседнее, более крупное село привёл за собой разъезд из десяти жандармов. Их старший, тоже урядник бросил злой взгляд на своего погибшего коллегу, оставил двоих осматривать карету. И во главе остальных держа оружие на готове, помчался вперёд к месту происшествия. Именно они встретились с телегами, на одной из которых сейчас и находился раненый Белов.
Выслушав объяснения Алексея, старый седоусый урядник покачал удивленно головой, но не став подвергать сомнениям слова дворянина счёл за лучшее оставить разбирательство на своё начальство. Явные дворянские игры простому народу никогда на пользу не шли, а он уже достаточно пожил на свете чтобы потерять даже малейшее желание быть хоть как-то причастным к этому. Так что разъезд разделился и в миг пятёрка жандармов сорвалась к оставленным телам во главе с урядником. Ещё трое жандармов уселись на ту же подводу, где сидел Алексей и не сводя с него настороженных взглядов, сопроводили до села. Все трое бросали на него хмурые взгляды, иногда поглядывая на своих привязанных к телеге лошадей, что шли за подводой, и молчали всю доставшиеся дорогу.
