Но Верховный Маг Сивайн неожиданно вновь подарил надежду.
— Мы можем взять его хитростью. Нужно приготовить побольше сонного зелья и ночью высыпать над логовом змея. Думаю, несколько гарпий справятся с этим. Потом мы свяжем Горгона заклятием неподвижности и перевезём в замок Бальварон.
Техред не колебался ни секунды:
— Удвой награду, Сивайн. Найми лучших воинов Империи, самых сильных магов, да кого угодно, но привези сюда это чудовище. Возьми с собой старика Морвента. Он может быть полезен. Лорд-канцлер, обеспечьте Верховного Мага всем необходимым.
Эта новость мгновенно облетела Аргалию, но несмотря на невиданную доселе награду, желающих обеспечить себя на всю оставшуюся жизнь оказалось совсем немного. Очевидно, судьба сгинувшего в Про́клятых Землях отряда послужила хорошим уроком многим искателям приключений и любителям лёгкой наживы.
Барон Велий, последний потомок разорившегося знатного рода из южных земель Окинии привёл с собой разношёрстную горстку отчаянных парней, закалённых в приграничных сражениях на окраинах Империи. Мощные кентавры, запаянные в блестящие доспехи; эльфы-лучники; вооружённые тяжёлыми топорами и молотами, коренастые гномы; злобные гарпии, укутанные в свои крылья, словно в длинные, свисающие до самой земли плащи и несколько боевых магов-отступников, безоружных, но от этого не менее опасных в бою.
Верховный Маг Сивайн, лично проводивший отбор претендентов, грустно оглядел небольшой отряд и недовольно покачал головой. Сброд. «Мясники из Окинии». Это прозвище подходило им и чтобы заполучить его в тех краях, надо было очень сильно постараться. До столицы порой доходили ужасные слухи о творимых ими беззакониях, но император предпочитал не обращать на это внимания. Казна пополнялась регулярно, а что до всего остального…
Помимо этих отбросов желание поучаствовать в опасном походе изъявили лишь двое: старуха-колдунья Лиара, прославившаяся на всю Аргалию умением приготовить любое, даже самое сложное зелье и никому не известный парень в потёртых кожаных доспехах, явно с чужого плеча. Старуха прибыла по личной просьбе императора, а вот откуда взялся этот ничем не примечательный парень оставалось загадкой. Он просто подошёл к стражникам у ворот замка и, жутко коверкая слова, предложил свои услуги. Его отвели к Верховному Магу, и тот, несколько озадаченный тем, что не может прочесть мысли наёмника, сперва колебался, стоит ли брать этого непонятного чужестранца, но ввиду малочисленности претендентов, всё же позволил ему присоединиться к походу.
Чужаков приняли недоброжелательно. Старуху-колдунью откровенно побаивались даже боевые маги, а чужестранец, представившийся как Уруй, сразу же присел в сторонке и на расспросы отвечал предельно коротко, но чаще просто молчал, спокойно сверля не в меру любопытного собеседника тяжёлым мрачным взглядом. Выглядело это столь гордо и независимо, даже скорее высокомерно, что нуждалось в немедленном уроке. И барон Велий, некоторое время наблюдавший за этим с лёгкой неодобрительной ухмылкой, решил преподать его лично. Он не спеша подошёл к чужестранцу и молча протянул ему лёгкий тренировочный меч, склеенный из нескольких твёрдых, проваренных в масле, пород дерева. Тот удивлённо приподнял бровь, взял его в руки, внимательно осмотрел и, очевидно, не найдя для себя ничего интересного, так же молча отложил в сторону.
— Ты не понял, Уруй. Надо проверить твои навыки. Бесполезные люди в отряде никому не нужны.
— От меня будет польза.
Говорил он очень странно, сильно растягивая и коверкая даже самые простые слова. И барон, изъездивший в своё время бо́льшую часть Империи, так не смог понять, откуда же прибыл этот чужестранец.
— Это только слова. — изуродованное глубоким шрамом лицо барона исказила презрительная улыбка. — Докажи!
Он отошёл на несколько шагов назад и жестом предложил Урую встать. Тот нехотя поднялся и, не обращая внимания на лежащий у ног деревянный меч, так же жестом предложил барону нападать. Собравшие вокруг воины удивлённо переглядывались, не находя объяснения его странному поведению. Барон, слывший довольно неплохим фехтовальщиком, тоже был несколько озадачен. В этом парне не чувствовалось даже малой толики магии и было совершенно непонятно на что он рассчитывает.
Велий улыбнулся и сделал лёгкий, быстрый выпад, стараясь даже не уколоть, всё же дистанция была велика, а скорее посмотреть за реакцией соперника. Но молчаливый чужестранец остался стоять совершенно неподвижно, даже не делая попытки уклониться. И лишь когда меч барона практически достиг цели, Уруй быстро ухватил его за лезвие и резко дёрнул на себя. Барон с трудом удержался на ногах. Понятное дело, что с настоящим оружием такой фокус бы не прошёл, но столпившиеся вокруг воины одобрительно загудели, оценив ловкость Уруя. Велий вновь сделал выпад, имитируя укол в лицо, но внезапно резко крутанул кистью, нанося сильный рубящий удар в шею. В этот раз Уруй немного склонил голову в сторону, спасаясь от выпада, а затем пригнулся, пропуская над собой меч, и, сделав шаг навстречу барону, быстро обезоружил его одним ловким и практически незаметным движением. Затем лениво кивнул противнику и протянул меч рукоятью вперёд. Несмотря на восторженные крики товарищей, барон Велий тут же поклялся себе, что этот ловкий выскочка навсегда останется где-нибудь в Про́клятых Землях.
Император побеспокоился о том, чтобы отряд ни в чём не нуждался и мог двигаться к цели с максимально возможной скоростью. А посланные вперёд гонцы заблаговременно позаботились о ночлеге и сытом ужине. Ведь никто в здравом уме не сможет отказать воинам самого Техреда Великого.
Через неделю непрерывной скачки они оказались у Барьера. Эта полупрозрачная преграда, воздвигнутая здесь с незапамятных времён магией Древних, могла быть преодолена лишь с помощью очень сильных заклинаний. И далеко не каждый маг отваживался на подобное. По их словам, проход сквозь Барьер отбирал все силы, и магу приходилось потом долго восстанавливаться, оставаясь практически беззащитным перед любой из многочисленных опасностей поджидающих смельчаков в Про́клятых Землях.
Но с ними был сам Верховный Маг, и они без проблем прошли на другую сторону целые и невредимые. Хотя, что случалось с людьми, когда маг не мог удержать проход, знали все. Все, кроме Уруя. Он с интересом выслушал страшные истории, и никак не реагируя на подробности ужасных смертей, тут же согласился с тем, что удача может выручить даже в самой, казалось бы, безнадёжной ситуации. И один счастливчик, попросту выброшенный назад неожиданно закрывшимся Барьером, — лучшее тому подтверждение.
Старуха-колдунья и молодой чужестранец за время пути превратились в своеобразных изгоев. С ними старались даже не разговаривать лишний раз, но, похоже, такое отношение ничуть их не тяготило. Они ехали позади отряда, ведя спокойную, неторопливую беседу. Неизвестно, что рассказывал старухе Уруй, но она несколько раз взрывалась резким клокочущим смехом, хлопая сухими морщинистыми ладошками по луке седла, а на лице чужестранца появлялась лишь лёгкая, приятная улыбка. Разумеется, это сразу же стало поводом для насмешек. Но шутки мгновенно прекратились после того, как Уруй, услыхав одну из наиболее сальных скабрёзностей, одним ударом меча обезглавил шутника-кентавра. На дерзкое убийство своего товарища наёмники отреагировали по-разному: кто-то тут же обнажил оружие, намереваясь отомстить чужестранцу; другие же поспешили отвести взгляд, не считая нужным связываться со столь опасным чужаком, то ли в душе признавая правоту Уруя; а кое-кто откровенно приценивался к оружию и доспехам убитого, не без основания рассчитывая поживиться за его счёт. Неизвестно, чем закончилась бы эта история, не вмешайся тогда Верховный Маг. Но Сивайн окинул труп равнодушным взглядом и сказал, обращаясь главным образом к барону:
— Он сам виноват. Его долю разделим на всех.
Велий задумчиво потёр свой шрам. Не магический, не ритуальный, а самый обычный след от клинка, который прошёл между глаз, чудом не лишив барона зрения. Спорить с Верховным Магом не стоило, да и судьба дерзкого чужестранца была решена ещё тогда на окраине столицы, у Старого Дуба, где когда-то вершили суд над разбойниками. И он молча кивнул, соглашаясь с решением Сивайна. Быстро распределив оружие и доспехи убитого между остальными воинами, отряд продолжил свой путь.
