– Я хочу жить! Я буду держаться за матрас, даже оставшись без сил, лишь одними зубами!

В ответ бурное и удивлённое возмущенье, и приступ играющих волн…

Выпившему вина и счастливому от удачного побега Силантию снился чудный сон, когда он – капитан сверкающей яхты, в белом кителе с серебряными галунами, стоит у руля, направляя корабль в легендарную Грецию. И вдруг прямо из индиговой густоты навстречу яхте выплывает сказочная богиня Афродита, рождённая из белоснежной пены морских волн. Златотканая одежда покрывает её гибкий стан, на голове сверкающая диадема. Красота и грация в облике юной, прекраснейшей из богинь, несущей любовь и лёгкий, ласкающий ветерок. Одинокий Силантий давно истосковался по женской ласке, по домашнему очагу, он до сих пор не встретил желанной подруги, с кем мог бы связать свою жизнь. Ведь его страстная мечта убежать на запад из СССР, выбраться в капиталистическую страну заслоняли всё насущное, даже знакомства с девушками.

Ворочаясь в резиновом костюме, облаченный в толстые шерстяные трико и свитер, Силантий упарился от жары собственного тела, обливался потом и совершенно не ощущал ночной холод и шторм моря.

Теперь новые галлюцинации являлись ему воспалённому и хмельному сознанию. Он видел себя в блистающей и горящей огнями европейской столице, где катил на новеньком сверхмодном автомобиле, сверкающим никелем и белым лаком по Елисеевским полям, а рядом восседала белокурая блондинка. Он богат и знаменит, у него большой дом и счастливая семья.

Как вдруг его резиновый голубой матрас тыкается в зелёный «корабль», где на нём распласталась девушка в бессознательном состояние, крепко державшаяся за шелковый лифчик, привязанный к резиновому кольцу. Она была удивительна, точно утренняя заря, разгорающаяся над утихающим морем. Словно сказочный сон, скользящий солнечным светом по синим волнам. Её девичья грудь дышала страстью и радовала красотой великолепия.

Силантий опешил от увиденного обольстительного зрелища в середине Чёрного моря. А может, это новая галлюцинация явилась в его ночных мечтах? И Посейдон, царь моря, прислал ему на встречу свою дочь – волшебную русалку? Влажно-бирюзовые капли искрились на её тонкой и обнаженной шее.

– Здравствуйте! – удивлённо произнёс перебежчик в капиталистическую страну. – Что вы здесь делаете?

– Жду вас, морское чудо и моего спасителя! – открыла глаза Сусанна и не поверила своему долгожданному ожиданию и внезапно появившемуся счастью избавления от обрушившихся мук и страха.

– Куда вы плывёте?

– В никуда!

– А как вы попали в морскую равнину?

– По воле «Белого орла»!

– Кто он?

– Внезапный ветер, сорвавшийся с горы Ай-Петри и увлёкший меня на резиновом матрасе от берега!

– Это наша судьба, вольный ветер унесёт нас к счастью, в заморскую страну! – точно подтвердил и предложил Силантий.

– А я хочу домой в Москву, к маме! – зарыдала и запротивилась растерзанная несчастная.

– Успокойтесь и выпейте массандровского муската? – предложил капитан «синего корвета».

– Давайте, я замерзла и согреюсь.

Силантий стал хлопотать над встреченной русалкой; наливая вина, предлагая ломтики копчённого сала на сухарях, натягивая на неё свой свитер.

И поплыл сдвоенный синий и зелёный «фрегат» в морскую неизвестность, где плескались нейтральные воды, где жила свобода и резвились весёлые дельфины.

Силантий даже поставил маленький парус, укрепив бамбуковую мачту в резиновые кольца, заранее склеенные и заготовленные на матрасе.

Экипаж распластался на разноцветных «палубах», покорно ожидая своей судьбы, зависящей от воли волн и ветра. Но у каждого «капитана» планировался свой маршрут плавания, противоположный друг другу, но корабли держались вместе и двигались по простору моря.

Силантий стремился к долгожданной мечте, она была совсем рядом, за голубым горизонтом. Он скоро ступит на заморский берег, где так счастливо живут люди. Но что произошло с ним, он никогда не чувствовал ни к кому, даже не мог представить, что бывает такое. Его будто пронзил солнечный луч и уткнулся в его сердце, обжигая радостью. Силантий смотрел на близкую девушку, головы их лежали рядом, её раскиданные волосы шевелил ветерок и иногда мягкую прядь закидывал на его лицо. Он будто вдыхал девичью красоту, собранную в прозрачной глубине неба, в порфировую толщу воды, точно глаза Сусанны, и Силантий тонул в них беспомощно и безвозратно. Нежность и Наивность, словно два корабля встретились в середине Чёрного моря. Сблизились, сдвоились, связались верёвкой и закружились на пенистых гребнях. Они стали неразлучны, хотя каждый стремился к своему горизонту, а он слился в одну круговую линию. Вокруг вода, вода, вода, вода.

Сусанне сразу понравился молодой человек, пустившийся в отчаянное плавание на резиновом матрасе. Она давно думала о подобном герое, сильном и смелом, который увлечёт её в дальний путь. Сейчас они лежали, будто в одной роскошной кровати, мерно покачиваясь на волнах. Горячий ток молодого тела исходил от загорелого рыбака, так и хотелось приблизиться к нему, прижаться к крепким мускулам. Он словно почувствовал призыв и протянул руку к её плечу. Сусанна не отодвинулась, а сразу ощутила сильную энергию мужчины, обволакивающую, обольщающую, даже дурманившую. Тревожно и торжественно застучало сердце, будто дальний колокол, поющий прихожанам. Сусанна, совсем не слушаясь себя, а, подчиняясь какому-то внезапному и незнакомому чувству, положила голову на его руку. Он опустил своё лицо в её волосы и задышал страстно, словно слыша стук её сердца. В такт ему, в союз. Теперь они были вместе и им не страшна стихия воды. Несгибаемая сила сблизила и сроднила мореплавателей на резиновых матрасах.

– Зачем тебе Турция?

– Она мне не нужна, я переберусь по дальше на Запад.

– И что, там лучше?

– Не знаю, но здесь мне всё опротивило.

– Неужели чарующий Крым стал для тебя ненавистным?

– Что ты, я безумно люблю наш край, но не хочу жить во лжи!

– Поехали ко мне, в Москву?

– Там тоже лицемерие и ложь.

– Но живут же люди, радуются, поют песни!

– Это не счастье, а прозябание.

– Ты не прав.

Силантий наклонился и поцеловал Сусанну вдохновенно и взволнованно, а у неё будто оборвалось сердце от счастья. Она готова была кинуться за ним куда угодно, в любую сторону. Но тут же вспомнила о маме. Предать её? И защемило сердце болью и роковой безисходностью.

Как соединить две разных любви? Святой к маме и сердечной к молодому мужчине? Что за испытания вдруг обрушились на неё? Внезапный ужас урагана, но помогшему встретится им в бурном море и родившимся сильным и нежным чувствам, а предстоящая навеки разлука с мамой огорчало всё хорошее.

– Но я не могу оставить тебя?

– И я.

– Что же станем делать?

– Любить друг друга.

– А будущее?

– Его ещё нет, оно пока плавает в волнах.

– Тогда остаётся ждать прекрасного ответа!

– Будем надеяться.

Пятый день «Нежность» и «Наивность» плескались в открытом море. Летняя жара плавила и обжигала всё подряд: резину, волны, обнажённые телеса, даже воздух был раскалённый и не веял морской прохладой. Молодожёнов спасало частое купание, но питьевая вода закончилась, а продуктовый запас Силантия тоже подходил к концу. Наступали тяжкие испытания, как влюблённые выдержат суровые мучения, уготованные им судьбой? Но они были беспечны и благодушно настроены. Хотя ближе к вечеру оба почувствовали щемящее беспокойство. Хотелось пить, жажда сухостью склеивала рот. Пожевали остатки сухарей и ещё больше слизь и крошки связали потрескавшиеся языки и полости. Омыли морской водой, но горькая соленость совсем скрутила рты. Отчаяние, как чёрная птица, закружилась над счастливейшими мореплавателями. Какие страдания ещё уготованы им? Конечно, голод уже скрежетал измором, сжимая желудки сосущей болью.

У Сусанны закружилась голова в беспамятстве. Горячие галлюцинации прошили мозг у Силантия, но он мужественно шептал: