- Вы абсолютно уверены, что Долион мертв?

- Да. - На этот раз в груди поднялось еще одно бульканье, и Леталиш дышал через нос, чтобы сдержать его.

- Как вы избавились от него?

- Моим мечом.

Его охватил холодный пот, руки задрожали на бедрах, где он их положил под столом.

- Ты знал, что он пытался собрать кровавые камни?

- Нет.

Сжатие в груди расширилось за ребрами, и Зевандер сделал несколько глубоких вдохов через нос.

— Ты абсолютно ничего не знаешь об этих камнях?

— Ничего. Кислота поднялась ему в горло, и Зевандер схватился за стул, сглотнув токсин обратно.

- Охранник, который упомянул ваше имя... вы его знаете?

- Да. - На этот раз Зевандер ответил честно, не желая рисковать рвотой, которую он с таким трудом сдерживал в тот момент.

- Откуда?

- Видел его в таверне раз или два. - Глубокая, мучительная спазма скрутила его внутренности, руки задрожали, а кишки забурлили в хаосе.

Тем не менее, невыносимая мегера продолжала задавать вопросы. - И почему, по-твоему, он упомянул твое имя в связи с пропавшими стражниками?

- Не думаю, что я ему особо нравился. - На этот раз ничего не последовало, и Зевандер был за это благодарен.

- Ты убил стражников?

Черт.

- Нет. - Острая колющая боль вызвала еще одну волну кислоты, поднявшуюся в его горле. Зевандер напрягся и вцепился в подлокотники кресла, глаза почти наполнились слезами. Наверняка его лицо побледнело. К счастью, это не было чем-то необычным для нилмирта — даже для тех, кто говорил правду.

- Интересно. - Она откинулась на спинку кресла, провела языком по губам и постучала ногтем по столу. - Вы знаете, что могло оставить ауру в Бонсгарде?

- Хватит. Он не провидец, клянусь богами. Что это за вопрос? - Король сделал еще один глоток вина и с явным раздражением шлепнул кубок о стол. - Он достаточно ответил на ваши вопросы. Долион мертв. Возможно, вам стоит поработать над своими навыками распознавания аур.

Магистр Акмириос выпрямился в кресле, и даже после оскорбления короля взгляд женщины не дрогнул, она продолжала смотреть на Зевандера. - Прошу прощения, Ваше Величество, но навыки Меланты не имеют себе равных. Она исключительна.

- Хорошо. Возможно, она сможет применить их и выследить настоящего виновника всего этого. Вы подвергли Зевандера большому риску, запросив эту встречу. Клянусь богами, если кто-либо из вас разгласит, что он является членом моего Леталиш, я позабочусь о том, чтобы вас тщательно допросили в подземельях. Я ясно выразился?

- Да, Ваше Величество, — ответили все трое в унисон.

- Хорошо. Прошу вас покинуть комнату.

Все трое встали и почтительно поклонились королю, а Зевандер, чтобы не упасть, уперся рукой в стол.

- Не ты, Зевандер. Я хочу, чтобы ты остался на минутку.

- Как пожелаете. - Обычно мысль о более длительной встрече заставляла Леталиша внутренне стонать, но Зевандер был благодарен за возможность посидеть и передохнуть еще минутку.

Когда остальные наконец вышли из комнаты, король покачал головой. - Приношу свои искренние извинения. Я не хотел оскорбить вашу лояльность. Я просто хотел убедиться в вашей честности, особенно в отношении этой новой ученицы. Насколько я понимаю, она должна в какой-то момент занять место Магистра.

— Откуда она родом?

— Судя по всему, с севера. Как вы знаете, я никогда не был склонен допускать женщин на заседания моего совета, но Акмириос очень высоко о ней отзывается. Хотя, должен сказать, я не впечатлен, — сказал король, проведя пальцем по краю кубка, прежде чем сделать еще один глоток.

Зевандер проглотил еще одну долю кислоты и прочистил горло.

Король Сагаерин махнул рукой, давая понять, что беседа окончена, и поднялся со стула. - Церемония становления принцессы Кализы состоится через две недели, и от меня ожидают, что я открою замок для множества гостей. Я ненавижу эти светские мероприятия, но каким королем я был бы, если бы лишил свою дочь права на становление?

Когда девочки достигали возраста деторождения, примерно семнадцати лет, устраивалась церемония становления, и молодые мужчины сражались за право лишить их девственности. Иногда союз заканчивался браком, но чаще всего это был просто обряд посвящения в честь богини плодородия, которая, по иронии судьбы, была изнасилована и ограблена в юном возрасте. Зевандер давно считал это жестоким обычаем, особенно после того, как Рикайя прошла через него. Она плакала несколько дней после этого, но считалось, что девственность приносит несчастье и приводит к упадку рода.

- Я хочу, чтобы все Леталиш присутствовали. Ожидается прибытие соласионов. Такие жестокие люди, все они.

Само упоминание о них действовало ему на нервы. - Ты приглашаешь соласионов?

- Не по собственному желанию. Я нахожу их отвратительными, но это вопрос социального этикета. - Он помахал рукой, призывая виночерпия, и когда паренек поставил перед Зевандером второй кубок, тот вежливо отказался. - Я присутствовал на церемонии посвящения их принцессы много лет назад, и было бы оскорблением, если бы я отказался от ответного приглашения короля Джерета. Я хотел бы, чтобы ты и твои люди присматривали за Дорджаном и Кализой. Убедитесь, что не будет никаких осложнений. - Он посмотрел на Зевандера. - Но присматривай за Дорджаном больше всего.

- Конечно.

- Я ценю вашу лояльность. Надеюсь, вы также цените мое гостеприимство. Когда я услышал, что эти безжалостные соласионы удерживают такого блестяще одаренного парня все эти годы, я понял, что должен вернуть вас сюда, в Костелвик. Я надеюсь, что когда генерал Лойс снова увидит вас, она вспомнит об их глупой попытке убить высококвалифицированного лунасира.

Пульсирующая напряженность пронзила его мышцы. - Лойс тоже будет присутствовать?

- Да, она — высший командир Джерета. Она будет возглавлять соласионскую охрану, сопровождающую короля. Тебе это будет сложно?

Само это имя вызвало прилив ярости в крови Зевандера.

- На колени, парень.

- А теперь проглоти.

- Ничего, — ответил он и тихо хрипло вздохнул, когда в животе закрутилась спазматическая боль. Чёртов нилмирт.

- Хорошо. Если хочешь, твоя сестра тоже может присутствовать.

Слова короля были для него лишь отдаленным звуком среди мыслей, бурлящих в его голове. - Боюсь, что Рикайя в последнее время не в себе.

- Конечно. - Король поднялся со стула, сделав еще один глоток вина. - Не возражаешь ли ты снять маску, чтобы я мог увидеть прогресс?

Подавив свое нежелание, Зевандер снял маску с лица и позволил королю осмотреть его, как тот иногда просил.

Беспокойство отразилось на лице короля. - Стало хуже.

- С каждым днем.

- Что это за зверь, который жаждет поглотить? - Король Сагаерин подошел к ящику, стоящему на сундуке, и открыл его маленьким ключом. Он достал из него мешок с монетами и еще что-то, запер его и вернулся к столу. - Я консультировался со всеми магами и жрицами из всех уголков Эфирии. Ни один из них не предложил никакого решения для лечения.

Несмотря на любезность этого жеста, Зевандер и так знал об этом. На протяжении веков он исследует каждый уголок Нкстероса — пустыни Эремиции и самые отдаленные уголки Солассии, консультируясь со жрицами, целителями и священниками. Только после того, как Долион предложил кровавые камни, Зевандер почувствовал хоть какую-то надежду на излечение.

Положив руку на плечо Зевандера, он передал ему монеты и маленький флакон с белой жидкостью. - Вивикантем немного замедляет процесс?

- Похоже на то. - Зевандер знал, что это замедляет распространение болезни, так как он уже видел, как его брат страдал от нее в то время, когда его семья не могла себе позволить вивикантем. - Я тебе очень благодарен.

- Небольшой знак благодарности за то, что ты позаботился об этом шумном и неприятном маге.

Зевандер хотел рассмеяться, представив себе Долиона, развалившегося в своей камере, поедающего, пьющего эль и изучающего запрещенные свитки Корвус-Кепа.