- Я не хочу причинять тебе боль, — сказал он и вцепился кулаком в мои волосы.

Я никогда не хочу причинять тебе боль, Маэвит.

- Ты не причинишь. - Я наклонилась вперед и поцеловала его шею, а мои пальцы ласкали его кожу, и он задрожал. Даже самое легкое прикосновение, казалось, глубоко на него влияло. - Могу я... - Во мне вспыхнуло чувство унижения, и я покачала головой. - Неважно.

- Можешь что?

- Я хочу почувствовать их на своем языке.

Он усмехнулся. - Эти любопытства станут моей гибелью. - Он снова поцеловал меня в лоб. - Мое тело принадлежит тебе, Маэвит. Оно твое.

Меня пронзило волнение, когда я уставилась на его массивное, мускулистое тело и провела свободной рукой по глубоким ребрам и твердым плоскостям его груди. Мой. Как огромное ночное небо, занятое одной-единственной звездой. Свирепая и прекрасная тьма, которую я не имела ни права, ни возможности назвать своей.

Я представляла его как великолепное пиршество, распростертое передо мной, которое я эгоистично хотела съесть, не оставив ни крошки.

Я оседлала его ноги и провела пальцем по одному из пирсингов. - Они болят?

Он провел языком по губам и покачал головой.

Опираясь ладонями о матрас, я наклонилась вперед и еще раз взглянула вверх, чтобы увидеть, как он смотрит на меня. Вид его глаз, полных жажды, заставил мое сердце забиться чаще. Я опустилась к его паху, вдыхая его восхитительный мужской запах, и провела языком по одному из пирсингов. Тот же соленый вкус, что и у жидкости, вытекающей из его кончика, наполнил мой рот, когда я обхватила губами конец кольца.

Его бедра напряглись подо мной, и он зашипел, сильно прижав затылок к подушке, а вены на его шее пульсировали на поверхности.

Металлический привкус остался на моем языке, когда я провела им по толстой жилке кожи, проходящей по центру каждого кольца и вдоль бархатистой длины его ствола.

Он стонал и извивался, но не отталкивал меня. Когда я дошла до кончика его члена, я обвела языком маленькую щель и высосала жидкость.

- Маэвит, что ты со мной делаешь? - Пропустив пальцы сквозь мои волосы, он медленно выдвинул бедра вперед и выпустил стон, когда кончик проник в мои губы.

Когда я раскрыла рот, чтобы принять его толщину, я почувствовала боль в челюсти и подняла взгляд в поисках его одобрения.

Глядя на меня сверху вниз, он провел большим пальцем по моей щеке, и на его лице отразилось выражение болезненного экстаза, когда я продвинула губы дальше, по толстому гребню его головки. - Боже мой, — сказал он, сжав челюсти. - Видеть тебя такой... - Он запрокинул голову, напрягая мышцы шеи. - Черт.

Вид его восторга подстегнул меня взять его еще глубже, пока головка не коснулась задней части моего горла, и я не задохнулась, быстро отстранившись от него. Прижав тыльную сторону ладони к рту, я боролась, чтобы проглотить кислоту, которая поднялась в нос.

- Прости, — сказала я задыхающимся голосом. - Он такой большой.

Он потянул меня за руку. - Иди сюда.

Бросив свои исследования, я поднялась по его телу и легла рядом с ним, где он обнял меня крепко. - Хотела бы я быть немного более опытной в этих вещах.

- Неважно, опытна ты или нет. Ты единственная, кто заставляет меня что-то чувствовать. - Он переплел свои пальцы с моими и поцеловал тыльную сторону моей ладони. - Твой запах, твои губы, твои прикосновения. Я думаю только об этом. Непрерывно. - Поцелуй в подбородок. - То, как ты проникла в мою голову... - Запутавшись в моих волосах, он оттянул мою голову назад и провел зубами по моей шее, угроза укуса ускорила мой пульс. - Я жажду каждую часть тебя с нечестивой жадностью.

Я улыбнулась, когда он стал целовать мою шею. - Кажется, такой аппетит делает тебя опасным хищником.

- Кажется, да. - Дьявольское веселье в его голосе вызвало мурашки по моей коже.

- Покажи мне, как ответить тебе взаимностью, - прошептала я. - Я хочу доставить тебе удовольствие.

Он замер и поднял голову, на его лице появилось настороженное выражение. - С какой целью?

- Что ты имеешь в виду? Для твоего удовольствия, и ни для чего другого.

Морщины на его лбу углубились, когда он посмотрел на меня, не говоря ни слова, как будто мой ответ заставил его замолчать.

Я прикоснулась рукой к его щеке. - Я хочу показать тебе, что ты вызываешь во мне.

Не отрывая от меня глаз, он повернулся настолько, чтобы поцеловать мою ладонь. - Мужчина не должен с таким энтузиазмом жаждать безумия, как я сейчас.

- Ты называешь меня сумасшедшей? — спросила я с улыбкой.

- Я называю тебя своей. - Его губы нашли изгиб моей шеи, и он навалился на меня, обхватив то, что, судя по твердости, которую я почувствовала, должно быть, было болезненно жесткой эрекцией. - «Подними рубашку, — приказал он, и я нервно кивнула и медленно подняла ее, пока мои груди не оказались обнаженными перед ним. Глаза его блестели от благодарности, он откинулся на пятки и смотрел на меня так, что у меня затрепетало в животе. - Боги, ты будешь моей гибелью. - Он наклонился вперед и нежно поцеловал мой живот. - Подними руки над головой. Держись за изголовье.

Без вопросов я обхватила пальцами деревянные спицы изголовья. Меня охватило волнующее чувство уязвимости, когда его большое тело нависло надо мной, каждый сантиметр которого представлял угрозу — от широких мускулистых плеч до мощных ног, которые могли раздавить меня одним сильным движением бедер. Я сдалась, как его пленница, полностью находясь в его власти.

Он лениво погладил свой член, закрыл глаза и стиснул зубы.

Я подняла голову, чтобы посмотреть на него, не отрывая рук от изголовья.

Его мощное и покрытое шрамами тело, исписанное темной магией, мужественное и влажное от пота, пробудило во мне безудержное желание быть им поглощенным. Слышать, как его сильные руки разрывают мою одежду, чувствовать вес его тела, прижимающего меня к кровати.

Еще одно движение вызвало выделение жидкости из его головки, и я с восторгом наблюдала, как она капает на мой обнаженный живот. Он ускорил темп своих движений, прижав кулак к моей голове, и наклонился, втянув один из моих сосков в рот.

Как будто за мою душу дергали нитки, каждый толчок заставлял меня изгибаться к нему. Звук ударов плоти вбивал ритм желания в мои мышцы, настолько сильный и болезненный, что я корчилась от муки. Острая боль пронзила мою грудь, когда он укусил меня и застонал, тяжело дыша носом. Он двигался так быстро, что кровать задрожала.

Переключившись на другую грудь, он уделил такое же внимание моему другому соску — лизал, сосал, пробуждая во мне безумное желание, но чего? Я не знала. Я впилась ягодицами в матрас. Отчаяние. Нужда. Мои пальцы сжимали деревянные спицы так крепко, что они скрипели, словно собирались сломаться.

Татуированные пламени на его руках и плечах сдвинулись и затрепетали, оживая. Черные ленты огня хлестали по воздуху, как языки змеи. Пламя танцевало в пространстве между нами, и в тот момент, когда оно коснулось моего бедра, я выгнулась, выпятив грудь вперед и издав мучительный стон, когда импульсы лучистого тепла пронзили мою кожу. Пламя извивалось и проникало по моим венам в самое сердце, посылая крошечные вибрации тепла в мою матку.

Все еще катаясь по матрасу, я прикусила губу, бездумно опьяненная и снова испытывая боль.

- Зевандер, пожалуйста, - прошептала я. - Да'хадж михирит димитция. - Я нахмурилась, услышав слова, которые вырвались из моих уст. Еще более тревожным было то, что я знала их значение. Дай мне твое освобождение.

Он выпустил длинный, мучительный стон сквозь стиснутые зубы, запрокинув голову назад, чтобы показать выступающие вены на шее, как и раньше. Горячая жидкость брызнула из кончика его члена, разбрызгиваясь белыми струями по моему животу. Импульс за импульсом вырывался из него, покрывая мою кожу его освобождением. Дикое очарование овладело его глазами, когда он смотрел на меня и проводил ладонью по моей коже, размазывая жидкость по моему животу. Отмечая меня. - Ты моя, лунная ведьма. На всю вечность и все, что за ней. Ни одна душа никогда не была так тесно переплетена с моей, как твоя.