Странная штука — жизнь. И жизнь Сани Агапова окончательно перестала мне быть чужой.

Дом родителей встретил меня запахом борща и присутствием дяди Андрея. По дороге я зашёл в магазин за тортом и цветами для матери.

— Всем привет, — вошёл я в дом. — Сюрприз!

— Санечка! — бросилась ко мне мать. — Мы уж думали, ты забыл про нас со своей работой!

— Да как я могу забыть? — улыбнулся я. — Просто выбраться никак не мог. Я вот сегодня как раз успел к борщу!

— Проходи скорее, — засуетилась мать.

Отец встал с дивана и тоже вышел ко мне.

— Рад видеть тебя, сын, — крепко пожал он мне руку. — Проходи, мой брат тоже тут.

Дядя Андрей вышел в коридор, выглядел он очень смущённо.

— Привет, Сань, — неловко поздоровался он. — Я это… не знал, что ты приедешь.

— Я сюрпризом, на день всего, — ответил я. — Привет, дядь.

— Нам поговорить надо, — кашлянул тот. — Пойдём в твою комнату?

Отец обеспокоенно посмотрел на меня, но я успокаивающе ему кивнул. Мы с дядей Андреем прошли в мою комнату.

Забавно, ведь именно здесь состоялся наш первый разговор. Когда я только-только знакомился с родителями Сани Агапова и мирился с дядей. Прошло всего несколько месяцев, а они стали семьёй уже для меня.

— Сань, я ещё раз извиниться хотел, — выпалил дядя Андрей. — Ну, за тот случай, когда я у тебя попросил возврат долга так резко. Я знаю, что сам сказал тебе не торопиться с отдачей, а потом внезапно поторопил. У меня просто обстоятельства были…

— Мы же уже всё обсудили, — мягко сказал я ему. — Ты пояснил, почему так сделал. И мы обговорили эту ситуацию. Было и было.

— Мне всё равно неудобно, — почесал затылок тот. — В общем, сейчас всё наладилось… Давай я тебе денег дам? Ну, подарок от меня.

Заманчиво, очень соблазнительно. Но нет.

— Не надо, — твёрдо сказал я. — Я знаю, что ты хорошо зарабатываешь. Но мне не нужны деньги. Я со всем справляюсь сам, подрабатываю где могу, экономлю. Так что не надо мне подарков.

— Саш, — попытался возразить он.

— Я серьёзно, — повторил я. — Та ситуация пройдена, давай уже забудем. Я со всеми долгами разобрался, и лишнего мне не надо.

Хотя, конечно, ещё не со всеми долгами. Но постепенно закрывал все свои хвосты, планировал и дальше делать это сам, без участия других.

Дядя Андрей кивнул мне с видимым уважением.

— Ты прямо повзрослел за эти месяцы, — заметил он. — Это видно.

— Спасибо, — кивнул я. — Ну, пойдём к столу. Нас там мать уже заждалась, наверное.

Мы вернулись на кухню, где мать уже успела приготовить целый пир. Откуда она всё это взяла — известно одной лишь ей. Но мы все сели за стол.

Пока она накладывала еду, я воздействовал на неё, отца и дядю праной. Влил в них довольно большие объёмы, чтобы поддержать здоровье, снять мелкие болячки.

Затем мы все вместе поужинали, обсудили новости, посмеялись. Тихий семейный вечер.

Утром в воскресенье я отправился в Аткарск. Дел дома тоже много, поэтому подольше задержаться в Саратове не получилось.

И у подъезда увидел знакомую машину. Чердак собственной персоной. Он меня эти дни прям караулит везде?

— Без розы на этот раз? — усмехнулся я, когда он вышел из машины.

— Без розы, — буркнул он. — Сань, поговорить надо.

Кажется, он где-то накосячил. У него же как раз вчера должно было пройти первое свидание с Савчук.

Я вздохнул и сел к нему в машину. Куда ж его девать?

— Ну, давай поговорим, — сказал я. — Что случилось?

Чердак побарабанил руками по рулю, мрачно вздохнул.

— Я всё испортил, — заявил он.

Ага. Хорошее начало.

— Теперь можно с подробностями? — попросил я.

— Ну, я за ней заехал, поехали в Саратов на эту пьесу, — начал он. — По дороге мало разговаривали. Так, она про детство спросила, про семью. Я её тоже, ну, про работу. Вроде всё норм. Потом пришли в театр. Сдали верхнюю одежду, всё чинно, благородно. Смотрю — там чувак листовки раздаёт. Ну, я схватил одну, пошёл дальше. А он такой мне предъявляет, мол, «заплатите».

Мне уже не нравится, куда ведёт эта история.

— Я ему говорю, с хрена ли мне платить за листовку? — продолжил Чердак. — А тут Лиза такая шепчет, мол, это брошюра с описанием спектакля. И она платная. Прикинь, платная листовка! Да у нас в Аткарске такие и даром-то не нужны!

— И что дальше? — вздохнул я.

— Ну я так-то решил сделать вид, что в курсе, — продолжил Чердак. — Сказал, мол, окей, сколько стоит. А тот такой «пятьсот». Пять сотен за эту бумажку! Понятное дело, я сказал не надо. А вот Лиза потом взяла и заплатила. И сказала мне, что так спектакль смотреть интереснее.

Да, начало спектакля у них явно не задалось. Неприятное происшествие, но пока не катастрофа.

— Рассказывай дальше, — сказал я.

Чердак снова помолчал.

— Ну, дальше спектакль отсидели, — продолжил он рассказ. — Я как бы краткое содержание прочёл. Так что сидел, понимал, что там происходило. Тут антракт, и Лиза предложила в буфет сходить. Сань, там такие цены! Я не знаю, какие богачи в этих буфетах жрут, но я отказался. Достал пирожков, с собой купил. А Лиза сказала, мол, так не принято, убери. Сидели дальше голодные.

Продолжение ещё больше не заладилось, понятно. Но всё ещё ничего критичного.

— А после спектакля едем уже домой, — продолжил Чердак. — Я голодный как зверь. А Лиза такая: «А как бы ты поступил на месте Чацкого?» Я сказал ей, что послал бы эту Софью куда подальше, с её приколами. И началось. Мол, как же так, любви надо добиваться. А как там добиваться, если она его сумасшедшим выставила?

Понятно, у них сложились разные взгляды на произведение. Необычно, что у Чердака в принципе какой-то взгляд на произведение сложился, он не особо читающий парень.

— И из-за этого поссорились? — уточнил я.

— Я просто сказал, что баба мозги делать не должна, — заявил Чердак. — А Лиза заявила, что у женщин, мол, сложно всё. Слово за слово, и всё. Высадил её у подъезда и уехал. Вот и весь вечер.

Да уж, свидание прошло далеко не по лучшему сценарию. Но и не по самому худшему, надо сказать.

— Что мне делать-то теперь? — жалобно спросил Чердак. — Всё потеряно, всё потрачено. Одиноким мне быть неудачником.

— Не нагнетай, — вздохнул я. — Ничего не потеряно. У вас простая глупая недомолвка. Это ещё не значит, что надо ставить крест на всех твоих планах. Просто предложи ей забыть этот разговор и позови на второе свидание.

— Признать, что я был неправ? — возмутился тот.

— Нет, — покачал я головой. — Вовсе не надо говорить, что ты был неправ. Тем более что это не так. Просто каждый останется при своём мнении. И признайся ей, что это был твой первый поход в театр в принципе. Женщины любят, когда мужчины совершают ради них поступки.

Чердак задумчиво почесал затылок.

— А и ладно, попробую! — кивнул он. — Савчук такая… что с ней надо попробовать. Да. Спасибо, Сань! Я тогда это… на связи, короче.

Ага. Я кивнул и вылез из его машины. Чердак сразу уехал.

Я поднялся к себе на этаж, и из соседской квартиры тут же высунулась лохматая голова моего друга.

— Саш, вернулся! — обрадовался он. — Идём к тебе, столько новостей расскажу!

Сегодня всем просто не терпится рассказать свои новости. Ну хорошо, добрый Саня всех выслушает.

— Заходи, — усмехнулся я и открыл свою квартиру.

Гриша юркнул внутрь, расположился на диване.

— Теперь-то, небось, каждый день на диване спишь, — протянул он.

— А ты мне предлагаешь всё равно день через день на нём спать, меняясь непонятно с кем? — приподнял я бровь. — Идея интересная, но я пас. Рассказывай, что там у тебя за новости.

— Мы с Хантером нашли помещение! — выпалил он.

Пояснительную бригаду бы мне.

— С кем? — переспросил я.

— С Хантером! — повторил Гриша. — Ну, с Вадиком. Это его никнейм, мы же всё-таки серьёзным бизнесом собрались заниматься.

— А у тебя тоже есть никнейм? — поинтересовался я.

— А как же, — гордо кивнул Гриша. — Нагибатор11!