Её слова задели, конечно. В самое сердце. Но я не покажу ей этого. Никогда. Пусть думает, что я поверил в её ложь. Это даст мне преимущество. Она думает, что отделается лёгким испугом, а на самом деле только что подписала себе приговор. Теперь она моя. И я сделаю всё, чтобы она это осознала.
Глава 22. Катя
Застёгивая рубашку дрожащими руками, я ощущаю, как реальность болезненно возвращается на место.
"Это ничего не значит", – звучит жалко и неубедительно даже для меня. "Просто эмоции… ты мой босс…" Боже, какая нелепость! Я почти ненавижу себя за эти слова, будто можно так легко перечеркнуть произошедшее, отменить бурю страсти, захлестнувшую нас обоих. Каждое прикосновение, каждый взгляд… как я могла поверить, что это ошибка?
В голове полный хаос. Хочется сбежать, спрятаться, провалиться сквозь землю. Как я могла позволить этому случиться? Роман – мой босс, человек, от которого зависит моя карьера. А я… вела себя как обезумевшая девчонка. Но как же это было хорошо! Запретное удовольствие, острое и обжигающее, пьянит и пугает одновременно. Теперь, когда всё закончилось, остаётся лишь липкий привкус вины и самокопание. Мне кажется, я тону в этом ощущении, и никто не бросит мне спасательный круг.
Я бросаю взгляд на Романа. В его глазах читается что-то, чего я не могу понять: торжество, удивление или… разочарование? Я не хочу знать. Мне просто нужно уйти отсюда. Сейчас же.
Молча мы выходим из беседки и направляемся к коттеджу. Тишина давит. Ночь обволакивает нас своим спокойствием. Лёгкий ветерок шелестит листвой, словно перешёптываясь о нашей тайне. Где-то вдалеке ухает сова, добавляя мистической нотки в эту странную обстановку. Я чувствую на себе взгляд начальника, прожигающий, оценивающий. Кажется, он пытается прочитать мои мысли, но я надёжно скрываю их за маской безразличия.
Рома пытается разрядить обстановку, говорит что-то про погоду, предстоящую встречу, даже пытается шутить. Его слова кажутся неуместными.
— Эй, всё в порядке? — его голос звучит мягко, почти нежно, он обнимает меня за плечи, но я дёргаю ими, пытаясь скинуть его руку.
— Ой, давай без этого! Лучше не трогай меня… — бормочу я, неловкость берёт верх над смущением. Его прикосновение вызывает у меня бурю противоречивых чувств. С одной стороны, я хочу, чтобы он обнял меня крепко-крепко и сказал, что всё будет хорошо. С другой, я боюсь его прикосновений, потому что знаю, к чему они могут привести.
— Да ладно тебе, — самодовольно произносит он. — Боишься, что не устоишь? — иронизирует, довольно улыбаясь.
Я улавливаю ход его мыслей. Он уверен в своей привлекательности и в том, что я не смогу устоять. И, честно говоря, я не уверена, что это не так.
— Придурок, — на моих губах появляется улыбка. Нахожу этот разговор смешным и нелепым, и шутливо толкаю его локтем. Это как игра, опасная и волнующая.
— Чего это? — наигранно возмущается он, обхватывая мою шею рукой в захвате, прижимая к себе но не сдавливая, а скорее нежно удерживая. Я чувствую его тепло, его силу. Моё сердце начинает биться быстрее. — Буквально несколько минут назад в беседке вон чего вытворяла…
— А вот сейчас осторожно, пожалуйста, — обрываю его, чувствуя, как к щекам приливает кровь. Мне не хочется, чтобы он продолжал… — Ты ходишь по краю. Просто замолчи и забудь, что произошло.
Роман вздыхает, ослабляя хватку и давая мне возможность отстраниться. Он не спорит. Мы продолжаем путь в молчании. Кажется, он понимает, что я нуждаюсь в тишине, чтобы переосмыслить случившееся. Но в этой тишине я слышу лишь стук своего сердца, отбивающего бешеный ритм.
На крыльце Роман резко дёргает меня за руку и прижимает к стене. Я чувствую себя загнанной в угол, но в то же время не сопротивляюсь. Мне нравится его настойчивость, его сила. Я хочу, чтобы он поцеловал меня, но не могу этого позволить.
— Может, как-нибудь повторим, — шепчет, не спрашивая, а утверждая, обдавая моё лицо мятным дыханием. Он смотрит на меня так, словно видит насквозь. Его глаза полны желания, и я чувствую, как моё тело отзывается на этот взгляд. И тут его руки начинают свой путь, блуждая по изгибам моего тела.
— Перестань, — сержусь я, прислушиваясь к звукам в доме и вокруг. — Кто-нибудь может услышать и увидеть.
В голове бушует протест, твердящий о недопустимости происходящего. Но моё тело предательски не согласно с этим.
— Серьёзно? — он откидывает голову чуть назад, глядя на меня с иронией и расплываясь в порочной улыбке, намекая на секс в беседке.
— Говорю же: придурок, — смеюсь я и бью его кулаком в грудь, чтобы отлип. Прежде чем отпусти́ть, он трётся носом о мой висок, оставляя лёгкий поцелуй, вызывая мурашки по телу. Этот поцелуй как обещание, намёк на то, что между нами ещё не всё кончено.
— Расслабься. Пошли внутрь.
В доме тихо. Мы проходим в холл, стараясь не разбудить ребят, но замечаем тусклый свет, идущий из кухни.
Лиза стоит у стола, наливая воду в стакан. Увидев нас, она приподнимает бровь, выглядит удивлённой, но в её глазах — хитрый прищур. Она явно что-то подозревает, и мне становится не по себе. Может, даже слышала нас…
Мы застываем на месте, будто нас застукали на месте преступления, как школьников.
— О, какие люди! А что это вы так поздно? — в её голосе звучит неприкрытая ирония.
Я чувствую, как моё и без того румяное лицо заливается краской.
— Просто гуляли, — бурчу я, разуваясь и стараясь не смотреть Лизе в глаза.
— Гуляли? В три часа ночи? В саду? Ну-ну, — Лиза усмехается и делает он это по-доброму. — Надеюсь, хоть комаров покормили?
— Обязательно, — с иронией отвечает Роман. — Именно этим мы и занимались, Абрамова, — он делает акцент на её девичьей фамилии, показывая, что пора завязывать с подколами. Насколько я помню, эти двое терпеть не могли друг друга в универе.
— Воу, воу! — театрально восклицает Лиза, приподнимая руки вверх в жесте «сдаюсь». — «Понял, отстал», как говорится. Ладно, я спать, — продолжает она и, взяв стакан с водой, уходит в их с Кириллом апартаменты на первом этаже.
Мы молча продолжаем свой путь, поднимаясь наверх. Ощущаю всем телом его взгляд. И я даже знаю, куда он смотрит, потому что эти места горят. Я чувствую себя раздетой, хотя на мне надета одежда.
У дверей моей спальни Роман останавливается.
— Пока, — тихо произносит он, повернув голову в мою сторону. В его глазах читается… желание? Он хочет, чтобы я его пригласилa?
— Продолжения не будет, не надейся, — проговариваю я, улыбаясь, потому что выражение лица Романа заставляет это сделать. Это моя защитная реакция, попытка скрыть свои истинные чувства.
— Дразнишься?
— Нет. Что вы, Роман Николаевич? Как я могу? — отвечаю и скрываюсь за дверью в свою комнату. Прижавшись к ней спиной, я выдыхаю, продолжая улыбаться. Чувствую себя победительницей и проигравшей одновременно. Выиграла эту маленькую битву, но проиграла войну своим чувствам.
Вода льётся по телу, но я ощущаю лишь призрачные касания мужских рук. Вспоминаю эти прикосновения, каждое из них: как руки скользили по моей коже, как губы целовали меня. Я пытаюсь смыть его с себя, но его запах всё ещё витает в воздухе. Эти ласки в беседке…
Телефон пиликает, оповещая о новом сообщении. Роман. "Спокойной ночи".
Я игнорирую сообщение. Я не знаю, что ему ответить. Пусть думает, что я уже сплю. Мне нужно время, чтобы разобраться в себе.
Вскоре приходит другое сообщение. Незнакомый номер. Сердце ухает в пятки, потому что моё нутро подсказывает, от кого оно.
Все романтические мысли мгновенно испаряются. Мир снова окрашивается в серые тона. И опять угрозы. Чувствую себя беспомощной и уязвимой. Скорее бы с этим сейфом разобраться. Но только это ничего не изменит. Он другой повод найдёт. Легко он не отпустит…
В раздосадованном состоянии ложусь в кровать и пытаюсь уснуть. Но сон не идёт. В голове роятся разные мысли. Я бы даже сказала, полярные: Роман, Руслан, страх, вина, желание… Всё смешалось в один большой клубок, который сжимает моё сердце. Я чувствую себя марионеткой, которую дёргают за ниточки разные силы, и я не знаю, как вырваться из этого замкнутого круга.
