Слияние незаконного оборота наркотиков и медиа пиратства в отрывке RAND подчеркивает основное ограничение принудительного применения прав ИС в Мексике: насильственные, дестабилизирующие, и коррупционные воздействия незаконного оборота наркотиков оттеняют вред, присущий медиа пиратству, и поэтому вряд ли будут рассматриваться в сравнении большинством политиков и сотрудников правоохранительных органов. Оценки прибыли наркокартеля в Мексике варьируются от $8 млрд. до $24 млрд., полученных в основном от продаж марихуаны в Соединенных Штатах (Cook 2008). Утверждается, что нарко-войны унесли более 28000 жизней в Мексике с 2006 (BBC News 2010). Двадцать тысяч Мексиканских военных занимают города, ставшие главными перевалочными пунктами вблизи границы с США (Booth 2008). В этом контексте, когда правоохранительные органы ведут битву, угрожающую мексиканскому государству, усилия медиа индустрии, направленные на то, чтобы связать две «войны» вместе, оказывают плохую услугу обеим странам.

Тем не менее, Мексика испытывала значительное давление со стороны США, чтобы направить полицейские ресурсы на борьбу с пиратством. Мексиканское правительство приняло эти требования в нескольких важных отношениях, в том числе наделила должностными полномочиями полицию в апреле 2010 года, чтобы позволить им действовать против лиц, подозреваемых в пиратстве, без предварительной жалобы от правообладателей.[270] Уголовная ответственность также была расширена, поскольку новый закон предусматривает до десяти лет лишения свободы для любого, кто участвует в производстве или оптовой продаже пиратских товаров. (Розничные продажи на улице подвержены меньшему наказанию в виде пяти лет.) Обсуждаются и другие меры, включая ослабление критериев доказанности для поиска и изъятия, расширение учреждений, работающих непосредственно с организациями правообладателей, и использование закона о вымогательстве в случаях пиратства (который осуществляет приговор на срок от двадцати до сорока лет за «организованную» преступную деятельность, которая определяется как вовлекающая трёх и более лиц).

Однако, как отмечает IIPA (2010), суровые наказания на бумаге и — по их подсчётам — около 4000 тысяч рейдов в 2008 году и 3400 в 2009 году обращаются лишь в несколько фактических арестов и несколько вынесенных приговоров. IIPA утверждает, что только пятьдесят семь мексиканцев отбывали тюремное заключение по осуждению в пиратстве в 2010 году, что связанно с факторами, начиная от недостаточной приоритетности пиратства со стороны судей и федеральных агентств до трудности доведения дел об авторском праве до конца в рамках мексиканского закона об интеллектуальной собственности.

Центральное ограничение на программу принудительного применения прав заключается в том, что в рамках мексиканского законодательства нарушение авторских прав распространяется только на действия, совершенные в целях получения коммерческой выгоды. Хотя отраслевые группы утверждали, что нарушение относится к любому действию копирования, на том основании, что «прибыль происходит из любой случившейся экономии издержек» (Segovia 2006), большинство юристов в Мексике рассматривают коммерческие выгоды, как связанные с продажами. В настоящее время это положение, как оказалось, защищает как частное копирование, так и обмен файлами. Следователь прокуратуры гарантирует, что автор, который делает копии для себя или для друзей, не является нарушителем в соответствии с действующим мексиканским законодательством. Не было ни одного судебного преследования за обмен файлами; не существует закона, уточняющего ответственность интернет-провайдера (Internet Service Provider — ISP) или другой ответственности третьей стороны за показ или подключение к недопустимому содержание. Группы отрасли авторского права лоббировали правовые санкции для обоих видов деятельности и дополнительно обсуждают версию спорного закона трех предупреждений, чтобы предоставить полномочия отраслевым группам по прекращению доступа в Интернет нарушителям авторского права (IIPA 2009). Мексика была также одной из всего лишь двух развивающихся стран, участвовавших в переговорах о Торговом соглашении по борьбе с контрафакцией (ACTA), которое, как ожидают многие наблюдатели, создаст давление для таких изменений в национальном законодательстве (другая страна — Марокко).[271]

Полиция Мексики также представляет сложную картину. Контроль над местной полицией является децентрализованным в ответ на давнее недоверие к полицейской власти. Принудительное применение прав ИС осуществляется почти исключительно федеральными органами власти — в частности PGR и Федеральным агентством расследований (Agencia Federal de Investigacion — AFI). Традиционно ни одно Агентство не имело должностных полномочий, и остается неясным, каким образом их деятельность будет меняться при недавнем расширении должностных полномочий.

Санкционированные рейды варьируются от небольших ударов до крупномасштабных операций с участием сотен полицейских. Последние часто вызывают ожесточенное сопротивление торговцев. В довольно типичном случае в августе 2003 года Международная федерация производителей фонограмм (IFPI) сообщила, что «мексиканские правоохранительные органы (LEAs) и группа по борьбе с пиратством APDIF Мексики провели две облавы на целевые площадки в печально известном районе Тепито, которые привели к ожесточенным столкновениям с преступными бандами, работающими в районе» (IFPI 2004). Когда автор посетил окрестности вскоре после того, как рейд состоялся, рынок процветал, как будто ничего не случилось. Как отмечает IIPA:

Организация рейдов в таких районах, как Тепито, требует интенсивного планирования. Чиновники PGR не только должны координировать свои действия с организациями правообладателей, подающими жалобу, но также должны опираться на местные отряды полиции специального назначения, которые необходимы, чтобы с силой проникнуть во враждебные районы и контролировать поведение толпы. Эти уровни координации затрудняют сохранение секретности. Чиновники PGR утверждают, что сотрудники полиции сами предупреждают местных жителей — ситуация, которая привела к значительному недоверию PGR со стороны местной полиции. В целом, однако, большие массы полицейских, движущихся в плотно заселенные районы, делают неизбежным, по крайней мере, некоторое заблаговременное уведомление.

Хотя производители обычно убегают от полиции, они иногда реагируют провокациями и, в некоторых случаях, насилием. В 2008 году, например, антипиратская операция с использованием трехсот спецназовцев была отбита в течение трех часов (Notimex 2008). Операция в 2005 году привела к тому, что сотрудником полиции был застрелен ребенок, результатом чего стал временный запрет на антипиратские рейды в Тепито. Наблюдения IIPA о том, что Тепито слишком опасно для полицейских в дневное время, необходимо понимать в этом контексте. Хотя столкновения, очевидно, накладывают риск на полицию, большая опасность состоит в том, что крупномасштабное сопротивление может привести к ранениям или убийству прохожих. Именно этот риск — и его высокая политическая цена — склоняет полицию работать в основном ночью, когда улицы свободны от прилавков и пешеходов.[272]

Другие государственные учреждения, отличные от PGR, также работают в сфере принудительного применения прав ИС и, хотя им не хватает полномочий, чтобы производить аресты, могут взимать штрафы и налагать другие не уголовные наказания в отношении нарушающих права продавцов и предприятий. Наиболее заметны среди этих учреждений Генеральный прокурор по делам потребителей (Procuradoria Federal del Consumidor — РЯОРЕСО), бюро охраны авторских прав и Мексиканский институт промышленной собственности (IMPI). Эти учреждения работают в тесном сотрудничестве с отраслевыми группами и часто способствуют следственной работе, рассматривая жалобы. Как и в других странах, мексиканские группы часто являются филиалами американских или международных отраслевых ассоциаций, среди которых Международная федерация производителей фонограмм (IFPI), MPAA и Business Software Alliance (BSA). Программы и лоббистские усилия этих групп правообладателей, как правило, тесно связаны и часто объединяются в более масштабные альянсы, способные координировать законодательные и правоприменительные усилия на местном, национальном и международном уровнях. В 2006 году, такой альянс был оформлен через создание Мексиканского института по защите интеллектуальной собственности и законной торговли — объединяя представительства Ассоциации по защите кино и музыки (APCM), Мексиканскую ассоциацию производителей фонограмм и видеозаписей (AMBROFON), Национальных производителей фонограмм (PRONAPHON), BSA и MPAA.