Дворянчика так и подбросило.

– Да это всё ложь! Наглое враньё!

– И ты мог очистить своё доброе имя на поединке, но делать этого не пожелал. – Отец Бедный указал на дверь. – Вон!

Стоцвет утопал и прихватил с собой секунданта, я тоже решил в кабинете не задерживаться. Забрал заключение о полученных травмах и попытался откланяться, но не тут-то было.

– Брат Серый! – окликнул меня представитель епархии. – Не торопись. Нам с тобой по пути.

– Точно нет, – уверил я отца Бедного.

– Точно да, – уже несказанно твёрже прежнего заявил тот, и пришлось задержаться.

Священник тепло попрощался с деканом и указал мне на выход.

– Идём!

Ну и пошли. Я разговор начинать не спешил, но отмолчаться в любом случае не вышло.

– Говорил к Барону не лезть? – с нескрываемым неодобрением произнёс отец Бедный. – Не послушал? Теперь хлебнёшь лиха!

Я передёрнул плечами.

– Он меня первым достать попытался! Пока Стоцвет на дуэль не вызвал, мы и не думали Барона трогать!

– Ты так уверен, что Стоцвета нанял именно Барон?

– Я уверен, что на ногу ему не наступал! – ответил я и напомнил: – К тому же действовал не по собственному почину, а с санкции секретаря его преосвященства!

– Мог бы меня подождать!

– Думал, Стоцвет после смерти Барона на примирение согласится.

– Индюк тоже думал! – резко бросил священник, но разноса не устроил.

Мы в напряжённом молчании спустились на первый этаж, а там отец Бедный указал на экипаж с церковной символикой.

– Садись, подвезу.

– Нам не по пути, – отказался я.

– В самом деле? Разве ты не обедаешь с дочерью его преосвященства в представительстве школы Пылающего чертополоха? Не стоит заставлять барышню ждать!

Я покачал головой.

– У меня тут ещё дела. Сам доберусь.

Отец Бедный проницательно улыбнулся.

– Собираешься отправиться на поиски алхимика? Не советую! – И он требовательно протянул руку. – Отдай!

– Чего это? – насупился я, пряча за спиной кулак с побелевшими от напряжения пальцами.

– Отдай порчу немедленно, – нахмурился священник. – Ну!

– Мой законный трофей! – возразил я, не спеша расставаться с вытянутыми из Стоцвета зловредными чарами.

– Изготовление из крови жертвы заготовки проклятия однозначно классифицируется как чернокнижие, – объявил отец Бедный. – Я жду!

Мелькнула мысль спалить чары самому, но со мной их было никак не связать, поэтому вытянул руку и разжал занемевшие от судорожного усилия пальцы. Облачко призрачного багрянца упало на ладонь собеседника и попыталось втянуться в его плоть, но вмиг прогорело голубовато-лазурным огнём.

– Не делай так больше никогда! – потребовал отец Бедный, но сразу поправился: – Или учись очищать зловредные чары от эманаций собственного духа. Тайнознатцы, умеющие выпаривать из проклятий основу, связанную с наложившим их чернокнижником, крайне востребованы что в Поднебесье, что за его пределами.

– Кто б ещё этому научил! – буркнул я.

Отец Бедный пристально глянул, но ничего говорить не стал и снова указал на экипаж. Мы расположились там друг против друга, выехали со двора, покатили по узеньким улочкам.

– Думаю, Стоцвет вскорости покинет Черноводск, но поберегись ближайшие дни. Такого сорта люди не склонны к всепрощению. Может попытаться напоследок сквитаться.

– Ну, здорово! – проворчал я. – Хотел же себе проклятие оставить!

Священник покачал головой.

– Порча пробила в его духе брешь, до которой ты сможешь дотянуться и без уловок чернокнижников. Ни один алхимик, ни один даже самый искусный целитель не сумеет его от этой уязвимости избавить. По сути, ты заклеймил его меткой сродни демонической. Дотянешься до неё и прикончишь безо всякого труда.

– Я не умею!

– Учись, – пожал плечами отец Бедный. – А что касается остального, то и сам на рожон не лезь, и братия пусть не отсвечивает.

– Передам, – пообещал я.

– Попытаетесь Стоцвета в оборот взять, ответите по всей строгости, – пригрозил священник. – Усёк?

– Усёк, – подтвердил я.

– И законно всё обстряпать тоже не пытайся. На дуэли ты его, положим, прикончишь, но может так статься, он тебя за собой утянет. А то и опередить изловчится. Всё же аспирант.

– Будто я сам этого не понимаю! – буркнул я.

– А с ядром у тебя что? Повреждения серьёзнейшие в поединке получил, но не пустил же их на самотёк, так?

– С ядром у меня полный порядок, – ответил я со всей возможной уверенностью, вспомнил об утренних спазмах и совершенно искренне добавил: – Ну или всё в порядке вскорости будет.

Досадливая гримаса от собеседника точно не укрылась, но от расспросов он воздержался, да мы уже и до представительства школы Пылающего чертополоха к этому времени доехали. Я поблагодарил священника, попрощался с ним и легко взбежал на крыльцо.

Стоявший у входной двери привратник едва глаза не закатил, но выучка оказалась сильней, и он вмиг вернул себе бесстрастное выражение лица, уточнил:

– Вас ожидают?

– Да. Заряна из дома Пламенной благодати.

– Прошу!

Привратник распахнул дверь, я прошёл внутрь и вручил слуге котелок, после чего меня провели в общий зал. Заряна уже сидела за столиком у фонтана.

– Опаздываешь! – укорила она меня. – Где твои манеры, Серый?

– Дома оставил, – улыбнулся я и наметил поцелуй девичьих пальцев. – Извини, – попросил прощения. – Оформлялся вольным слушателем в университете, не рассчитал время.

– Да? – оживилась барышня. – А на какие предметы записался?

Я перечислил, и Заряна разочарованно покачала головой.

– Ничего не совпадает. С Волотом и то пересечений больше.

– А с Дарьяном?

– Да я даже не знаю, какие он дисциплины выбрал.

Тут подошёл официант, и поскольку названия блюд мне ни о чём не говорили, я оставил заказ на усмотрение Заряны.

– А почему ты спросил о Дарьяне? – уточнила та, когда мы вновь остались вдвоём.

– Надо же кому-то за тобой присматривать!

Заряна фыркнула.

– Ты плохо думаешь о моём папеньке, он уже всё устроил.

– Это как?

– Приставил ко мне компаньонку, – вроде как даже пожаловалась Заряна. – Представляешь?

Я развёл руками.

– Разумно же, нет?

– Мы одногодки! – объявила девчонка. – И она выпускница церковного приюта! Что она вообще знает о жизни?!

«Да уж не меньше твоего», – мысленно вздохнул я, а вслух спросил:

– Симпатичная?

– Ох, Серый! – погрозила мне пальцем Заряна. – Будешь себя плохо вести, всё Беляне при оказии напишу!

– От неё было что-нибудь? – уточнил я.

– Летом письмо присылала. – Барышня печально улыбнулась. – Написала, что всё хорошо, но без подробностей, и ещё что по тебе скучает. А я скучаю по ней, Серый.

– А уж я как по ней скучаю, ты даже не представляешь!

– Плохо себя ведёшь!

Я лишь криво усмехнулся, повернулся в пол-оборота и огляделся. Обстановка по сравнению с первым визитом сюда особо не изменилась, только в цветах убавилось красного и прибавилось пурпурного и чёрного, а вот оранжевого осталось так же, как и было. Полумрак, полированная мебель, ряды бутылок с затейливыми этикетками на полках буфета.

Помимо нас, в зале обедало ещё несколько компаний, и были это не представители школы, а какие-то солидного вида судари и разряженные сударыни – преимущественно даже не из числа тайнознатцев.

– Чертополохи пускают к себе посторонних? – удивился я.

– Школе нужны деньги и связи, – пояснила Заряна. – Клуб пользовался популярностью, вот и решили ничего не менять.

Подумалось, что сюда в любой момент может заявиться кто-нибудь из рода Пурпурного змея, и меня внутренне передёрнуло, но внешне я остался невозмутим. Начали накрывать на стол, и количество приборов попросту вогнало в ступор, пришлось повторять за приступившей к трапезе Заряной, благо блюда нам принесли одинаковые.

– Так за что тебе выставила счёт школа? – поинтересовался я, малость утолив голод.

– Ну… – замялась барышня.