— Лучше поздно, чем никогда, Виталий.
Он не смутился отсутствием откровенного восхищения с моей стороны, но подхватил руку и поднёс кончики моих пальцев к губам. Поцеловал. У меня внутри всё дрогнуло. Не то чтобы меня это взволновало — просто слишком непривычно.
Сегодня молодому аристократу удалось убедить меня в своей искренности. И он, конечно, молодец. Если чего-то желает, то всеми силами этого добивается, идёт до конца. Похвальное качество…
Вдруг Виталий опасно наклонился ко мне, так что я почувствовала тепло его дыхания, и прошептал:
— Простите мою наглость… Но я хочу взять то, что вы мне пообещали. Разрешите ли вы мне?
Я невольно сглотнула. Да, он говорил про поцелуй, а сейчас создалась очень интимная атмосфера. Крайне умелые действия с его стороны привели меня к откровенному смущению. Всё-таки он мастер манипуляций. Никакая девица не устояла бы…
Но я девица с планеты Земля, а это меняет дело. Кокетливо улыбнулась и прошептала:
— Закройте глаза.
Виталий судорожно вдохнул и повиновался. Закрыл глаза и едва ли не вытянул губы в трубочку. Я беззвучно хохотнула, а потом рывком приподнялась на цыпочках и звонко поцеловала его в щёку.
Молодой человек распахнул глаза и уставился на меня в недоумении:
— Что? Что это было?
Я рассмеялась:
— Я отдала вам долг. Вы просили поцелуй. Это был поцелуй.
Не знаю, чем бы всё это закончилось, если бы позади нас резко не затрещали кусты. Мы синхронно обернулись в ту сторону. Я подумала ненароком, что тут какой-нибудь лось ломится через естественную ограду.
Но вломился не лось, а… Алексей — мой бывший жених собственной персоной. И глаза его метали молнии, потому что, похоже, он всё видел.
Оп-па!
Глава 39. Закрепленный результат…
Виталий сразу изменился в лице: из благодушного, восхитительно ласкового кавалера он превратился в пса, готового наброситься на соперника. Весь вытянулся, лицо стало жестким и напряжённым, а глаза засияли ледяным блеском — как будто он встретил не друга, а злейшего врага.
Я вдруг осознала, что стала причиной разлада этих двух аристократов, готовых сцепиться в схватке и перегрызть друг другу глотки из-за меня. Это ощущение оказалось на редкость будоражащим. Никогда не думала, что окажусь объектом чужой страсти и соперничества. А уж представить, что дойду до такого в теле пышнотелой красотки — это вообще уму непостижимо. Как говорится, любовь зла, но я не коза — это точно. Просто себя нужно правильно подавать…
Впрочем, потворствовать всякого рода насилию я тоже не собиралась. Лучезарно улыбнулась и произнесла, глядя на Алексея:
— Какая неожиданная встреча. Что вы здесь забыли в такое время суток? Уж не меня ли ищете?
Как говорится, брать надо напором.
Бывший жених дико смутился, из-за чего я беззвучно хмыкнула. Его агрессию как ветром сдуло. Он лишь неприязненно покосился на Виталия, но после этого начал стойко его игнорировать. Сделал несколько шагов в мою сторону и с мнимым достоинством произнёс:
— Прогуливался здесь и ненароком услышал голоса. Решил узнать, кто здесь — может, кто-то из знакомых. Оказалось — да. Поэтому я подошёл.
Внутри себя я просто обхохатывалась. Очевидно же, что всё это полная чушь. По крайней мере, то безразличие, которое он пытался показать, было совершенно неискренним. Я подозревала, что в Алексее взыграла всего лишь гордыня — и не более того. Именно она привела его сюда и заставила злиться при виде нас с Виталием. Ведь я — его бывшая невеста, которая, можно сказать, сбежала из-под венца. Виталий — бывший друг. Он ухлёстывает за его бывшей невестой. Таким образом, Алексей оказывается в неудачниках. Ему же нужно умаслить своё «я» и помешать подобному. Мне кажется, он именно так и мыслит.
И если Виталий уже доказал мне свою искренность, то Алексей от этого был очень далёк.
— Я слышал, вы хотите участвовать в конкурсе, — произнёс бывший жених, разглядывая меня привычным, немного высокомерным взглядом.
— Да, именно так, — произнесла я с достоинством. — А вы по какому поводу здесь, во дворце?
Он на мгновение растерялся, но тут же церемонно ответил:
— Я принадлежу высшему обществу и приглашён сюда самим князем.
— Что ж, рада была увидеться, — бросила я вежливую фразу. — Виталий, пойдёмте!
И демонстративно направилась мимо, огибая своего бывшего. Он тут же изменился в лице, обернулся нам вслед и попытался что-то сказать — но так и не сказал.
Виталий шагал рядом, сияя, как начищенная монетка, а потом и вовсе подхватил меня под локоть, якобы помогая переступить через какую-то кочку. Я приняла помощь, но тут же отстранилась. Виталий и так в выигрыше — хватит ему уже на сегодня.
Расстались мы с ним тепло. Он, гад ползучий, полез ко мне целоваться снова, но я не допустила.
— Всего доброго, — попрощалась с улыбкой и упорхнула в гостиницу.
Там меня ждала Серафима. Грустная-прегрустная. Я устыдилась. Она ведь до сих пор переживает, а я так и не отдала ей бумагу, которую вручил Виталий. Поспешно достала её, показала расписку, и Серафима немного успокоилась.
— Спасибо, дорогая, — она посмотрела мне в глаза со слезами. — Я так боялась… Боялась, что из-за меня Коленька пострадает.
— Думаешь, твой кузен сдержит своё слово? — уточнила я осторожно.
— Уверена. Это большой позор — отречься от собственной печати, — она указала на отпечаток пальца.
Я тоже успокоилась, присела рядом и погладила её по руке.
— Что собираешься делать?
Серафима флегматично пожала плечами.
— Последую твоему совету. По крайней мере — пока, — голос её звучал печально. — Буду осторожной. Больше не хочу подвергать Колю опасности. Мне действительно не думалось, что всё так серьёзно. Но сейчас у меня открылись глаза. Я была беспечной эгоисткой. Страшно представить, что сделал бы с Колей дядюшка, узнав о наших отношениях.
— Ты молодец, — я как могла поддержала Серафиму, ощущая её боль как свою. — Наверное, нам стоит немного отвлечься. Расскажи, как проходит твоя диета? Ты не сорвалась? Не сошла с правильного питания?
— Да где там! — она махнула рукой. — Я о еде и не думаю, честно говоря. Раньше для меня сладости были центром жизни. Они единственные приносили мне радость. А теперь у меня есть Коленька, и мне с ним так хорошо… Мне больше ничего не нужно.
Я поразилась, как же сильно моя подруга влюблена. Прямо по-настоящему. От всей души. Такая любовь бывает раз в жизни. И, наверное, она должна иметь продолжение.
— Может, ты расскажешь, с каким номером собираешься участвовать? Может, мы сможем усовершенствовать его?
Только сейчас Серафима слегка улыбнулась.
— Не волнуйся. Я уверена, что всё подготовила правильно. Лучше расскажи, как мне правильно жить дальше. Я не хочу однажды расслабиться и снова набирать вес. Я ведь становлюсь понемногу хорошенькой.
Она наконец-то заулыбалась широко и удовлетворенно, и я почувствовала облегчение. Далее устроила ей небольшую лекцию — исходя из собственного опыта, конечно.
Когда она приобрела навык сдерживать голод в определённое время суток, остальное стало делом техники. Питание Серафимы теперь выглядело так: с самого утра она могла позволить себе немного сладостей — торт, маленький кусочек, творог с мёдом и сметаной, пирог с фруктами. И горячий чай. Я предложила пить его без сахара, чтобы постепенно привыкать.
Между завтраком и обедом — перекус. Лучше всего фрукты, причём не слишком сладкие: яблоко, груша и несколько других, которые у нас на Земле не встречались. Один напоминал сливу, другой — арбуз, хотя явно им не был.
На обед — что-то сытное и мясное. Например, каша с отварным мясом, салат с зеленью. Полноценный обед в умеренных количествах.
Около четырёх — полдник. Что-нибудь молочное: чашка молока с пресной лепёшкой, пудинг, либо лёгкий салат — по выбору.
На ужин желательно — рыба с зеленью, варёные яйца с салатом или грибной супчик. Ужин — не позже шести вечера, учитывая, что Серафима рано ложится спать.
