The colonel beat his fist down upon the table and hurt his hand and became so further enraged with Clevinger that he beat his fist down upon the table even harder and hurt his hand some more.
Полковник ударил кулаком по столу, основательно ушиб руку, еще пуще разьярился на Клевинджера, еще сильнее ударил по столу еще сильнее ушиб руку.
Lieutenant Scheisskopf glared at Clevinger with tight lips, mortified by the poor impression Clevinger was making.
Лейтенант Шейскопф глядел на Клевинджера, поджав губы. Он был огорчен, что его кадет производит такое жалкое впечатление.
'In sixty days you'll be fighting Billy Petrolle,' the colonel with the big fat mustache roared.
- Через шестьдесят дней вам предстоит с оружием в руках сражаться с макаронниками! - ревел полковник с большими пышными усами.
' And you think it's a big fat joke.'
- Вы думаете, это вам шуточки?
'I don't think it's a joke, sir,' Clevinger replied.
- Я не считаю это шуточками, сэр, - ответил Клевинджер.
' Don't interrupt.'
- Не перебивайте!
'Yes, sir.'
- Слушаюсь, сэр.
'And say "sir" when you do,' ordered Major Metcalf.
- И говорите "сэр", когда не перебиваете, -приказал майор Меткаф.
'Yes, sir.'
- Слушаюсь, сэр.
'Weren't you just ordered not to interrupt?' Major Metcalf inquired coldly.
- Вы не слыхали, что вам было приказано? Не перебивать! - сухо заметил майор Меткаф.
'But I didn't interrupt, sir,' Clevinger protested.
- Но я не перебиваю, сэр, - запротестовал Клевинджер.
'No.
- Верно.
And you didn't say "sir," either.
Но вы и "сэр" не говорите.
Add that to the charges against him,' Major Metcalf directed the corporal who could take shorthand.
Добавьте это к выдвинутым против него обвинениям, - приказал майор Меткаф капралу, который знал стенографию.
'Failure to say "sir" to superior officers when not interrupting them.'
- Не говорит "сэр" вышестоящим офицерам, когда не перебивает их.
'Metcalf,' said the colonel, 'you're a goddam fool.
- Меткаф, - сказал полковник, - вы круглый дурак.
Do you know that?'
Вам это известно?
Major Metcalf swallowed with difficulty. 'Yes, Sir.'
- Да, сэр, - поперхнувшись, сказал майор Меткаф.
'Then keep your goddam mouth shut.
- Тогда держите ваш проклятый язык за зубами.
You don't make sense.'
Вы несете околесицу.
There were three members of the Action Board, the bloated colonel with the big fat mustache, Lieutenant Scheisskopf and Major Metcalf, who was trying to develop a steely gaze.
Дисциплинарная комиссия состояла из трех человек: тучного полковника с большими пышными усами, лейтенанта Шейскопфа и майора Меткафа, который изо всех сил старался смотреть на подсудимого холодным, стальным взглядом.
As a member of the Action Board, Lieutenant Scheisskopf was one of the judges who would weigh the merits of the case against Clevinger as presented by the prosecutor.
Лейтенант Шейскопф был одним из судей, которым предстояло рассмотреть существо выдвинутого против Клевинджера обвинения.
Lieutenant Scheisskopf was also the prosecutor.
Обвинителем был лейтенант Шейскопф.
Clevinger had an officer defending him.
Подсудимый Клевинджер имел и защитника.
The officer defending him was Lieutenant Scheisskopf It was all very confusing to Clevinger, who began vibrating in terror as the colonel surged to his feet like a gigantic belch and threatened to rip his stinking, cowardly body apart limb from limb.
Защитником выступал лейтенант Шейскопф. [10] Все это смущало Клевинджера, и он затрепетал от ужаса, когда полковник взвился, точно гигантский смерч, и пригрозил вытряхнуть из Клевинджера его вонючую трусливую душонку, а также переломать ему руки и ноги.
One day he had stumbled while marching to class; the next day he was formally charged with 'breaking ranks while in formation, felonious assault, indiscriminate behavior, mopery, high treason, provoking, being a smart guy, listening to classical music and so on'.
Однажды, идя в класс, Клевинджер споткнулся, и на следующий день ему были официально предъявлены следующие обвинения: "Самовольный выход из строя, нападение с преступными целями, безобразное поведение, отсутствие бодрости и боевого духа, измена родине, провокация, жульничество, увлечение классической музыкой и т. д."
In short, they threw the book at him, and there he was, standing in dread before the bloated colonel, who roared once more that in sixty days he would be fighting Billy Petrolle and demanded to know how the hell he would like being washed out and shipped to the Solomon Islands to bury bodies.
Короче говоря, они хотели применить к нему весь свод военных законов целиком и полностью. И вот он стоял ни жив ни мертв перед полковником, который опять орал, что через шестьдесят дней Клевинджеру предстоит воевать с макаронниками и ему, полковнику, хотелось бы знать, понравится ли распроклятому Клевинджеру, если его вычистят из училища и загонят на Соломоновы острова в похоронную команду закапывать трупы.
Clevinger replied with courtesy that he would not like it; he was a dope who would rather be a corpse than bury one.
Клевинджер любезно ответил, что ему это не понравится. Этот болван предпочитал скорее сам стать трупом, чем закапывать чужие трупы.
The colonel sat down and settled back, calm and cagey suddenly, and ingratiatingly polite.
Тогда полковник сел и вдруг сразу стал спокойным и приторно вежливым.
'What did you mean,' he inquired slowly, 'when you said we couldn't punish you?'
- Что вы имели в виду, - начал он неторопливо, -когда утверждали, что мы не сможем вас наказать?
'When, sir?'
- Когда, сэр?
'I'm asking the questions. You're answering them.'
- Вопросы задаю я, а вы извольте отвечать.
'Yes, sir.
- Слушаюсь, сэр.
I-'
Я...
'Did you think we brought you here to ask questions and for me to answer them?'
- Может быть, вы полагаете, что вас вызвали для того, чтобы вы спрашивали, а я отвечал?
'No, sir.
- Нет, сэр.
I-'
Я...
'What did we bring you here for?'
- Для чего мы вас вызвали?
' To answer questions.'
- Чтобы я отвечал на вопросы.
' You're goddam right,' roared the colonel.
- Верно, черт возьми! - опять заревел полковник.
'Now suppose you start answering some before I break your goddam head.
