Мое сердце против воли сжимается от жалости.

- Авдеенко давно таскается за мной, ясно?.. Я не хотел говорить, чтобы не расстраивать тебя.

- В этом твоя вина.

- Я не хотел, чтобы ты психовала, Катя! Я же знаю, что вы с ней друг друга не выносите!..

- И почему же ты не послал ее? Она тебе нравится?

Картина в моей голове становится все более реалистичной. Кажется, Есения просто использовала его. Как дурачка. А у него просто не хватила силы духа поставить ее на место. Потому что и правда дурачок.

- Нет, конечно! Я посылал!.. - едва не плачет он, - Говорил, что люблю только тебя... Она сначала предлагала просто дружбу, потом начала вот это все...

- Что?..

- Ну... знаешь... облизывать губы, касаться...

- Ты совсем придурок?! Почему ты не рассказал мне?!

- Катя! Я же объяснил!.. Я не хотел тебя расстраивать! И между нами ничего серьезного не было! Я клянусь!..

- А несерьезного?.. - спрашиваю вкрадчиво.

- Ну... пару раз она пыталась поцеловать меня, но я не дался. А потом... потом приехала ты и все неправильно поняла.

Блин, возможно, и неправильно, но менее виноватым его это не делает!.. Не должен так себя вести парень в отношениях!

Как теленок, ей-богу!

- А если бы я не приехала, Андрей?.. Если бы Есения сама не решила подставить тебя и все-таки довела дело до логического конца?

- До какого конца?! До секса?! - ужасается он, бледнее еще больше, - Я бы не допустил этого!.. Я же тебя люблю! Она мне вообще не нравится!.. Брюнетки не в моем вкусе!

Смотрю и слушаю его и диву даюсь. А ведь она затащила бы его в постель, если бы захотела. Обязательно затащила!..

И что мне с ним таким делать?.. Дать шанс на исправление или... уже нет смысла?

В этот момент перед мысленным взором появляется картинка - лежащий с закинутой за голову рукой Пашка. Она вспыхивает, обжигая искрами и опаляя щеки стыдом.

Как так вышло, что я оказалась более виноватой, чем Николаев?!

- Ты мне лгал, - бормочу тихо и тянусь к рычагу двери.

- Прости меня, пожалуста!.. Катя! - опускает ладонь на мое плечо, - Подожди, давай я тебя отвезу. Ты домой?..

- Я сама, Андрей!

- Я отвезу! - настаивает он, но я все равно открываю дверь и выхожу из машины, - Катя!.. Прости!

- Пока!.. - забрасываю сумку на плечо и захлопываю дверь, на которой тут же начинает опускаться стекло.

- Ты простишь меня?.. Дай мне шанс, пожалуста!

Мне нужно подумать. Очень хорошо подумать и разобраться с тем, что я чувствую, потому что сейчас в моем сердце хаос. И Андрей... он уже не тот Андрей, которым был для меня еще пару недель назад.

Я хочу понять, нужен ли он мне вот такой.

- Я подумаю, - отвечаю с улыбкой.

- Ура-а-а!.. - трясет кулаком перед лицом, словно его любимая команда забила гол.

- Я подумаю, - повторяю, делая ударение на втором слове.

- Я тебе позвоню, моя кошечка!.. Целую!

Не могу ответить тем же, поэтому прощаюсь простым взмахом руки и иду по тротуару, рассчитывая вызвать такси к остановке общественного транспорта.

Глава 9

Катя

- Ты домой сегодня собираешься? - спрашивает мама в трубку, когда я проехала в такси уже примерно половину пути.

- Скоро буду, а что?

- Наташа приехала.

- Уже? Одна или с Богданом?

- С Богданом, - отвечает мама тише.

- Все, еду.

- И Просекины будут, - добавляет она, и я внезапно чувствую, как перехватывает горло.

- И Паша?

- Я не знаю. Позвони ему.

Мы разъединяемся, а я так и сижу с зажатым в ладони телефоном. Поднявшись волной из живота волнение бросает жар в лицо.

А что в этом такого, если я возьму и позвоню ему? Или напишу.

Позвонить или написать?

Сначала открываю список контактов, а потом все же решаю написать.

«Привет. Как дела?»

Пашка молчит почти пять минут, но потом я вижу зеленую точку рядом с его аватаркой и через мгновение приходит ответ.

«Привет. В норме. У тебя как?»

Мне категорически не нравится этот официальный тон, но я, словно он может видеть меня, все равно строчу ему сообщение с непринужденной улыбкой на лице.

«Отлично. Мама спрашивает, ты приедешь сегодня к нам? Твои родители будут»

Он очевидно задумывается, но ненадолго.

«Посмотрю по времени. Может быть, заскочу»

«Заезжай. Сто лет не виделись»

Дне недели разлуки для нас действительно целая вечность. Я не привыкла не видеть его так подолгу.

Мы ходили в один детский сад, потом в один лицей, хоть он и учился на год старше. Зато порой нас забирал один водитель, и выходные и каникулы мы тоже часто проводили вместе. Я знаю его с рождения!.. Он близок мне так же, как Натка, а секретиков моих знает даже больше, чем она. Я не собираюсь его терять!

- Ма-ам!.. - кричу с крыльца, но слышу голоса, доносящиеся с заднего двора.

Бросив сумку в низкое плетеное кресло и сунув телефон в карман широких голубых джинсов, я иду по опоясывающей дом террасе, пока не вижу сестру и ее парня у бассейна.

Данни, наш корги, нарезает круги вокруг него и по лужайке, а увидев меня, несется на своей максимальной скорости, виляя пухлым задом из стороны в сторону.

- Привет! - салютует бокалом с соком Ната, - Надевай купальник и иди к нам!

Я останавливаюсь у бортика бассейна и смотрю, как эти двое разлеглись на шезлонгах. Богдан, прячась за солнечными очками, приветствует меня кивком головы. Он не очень многословный и, если честно, я от него не в восторге. Но это Наталкин выбор, а не мой.

Мой собственный тоже оказался не фонтан.

- Вода же холодная...

- Папа подогрев включил, - лыбится сестра.

- Серьезно?.. Значит, сегодня открываем купальный сезон?

- Ага!..

- Может, там маме помочь надо? - киваю в сторону дома.

- Пока ты каталась, мы уже все сделали. Тетя Марина убирает кухню.

Тетя Марина наша домработница. Уже не помню, почему мы с сестрой ее так называем.

- Ладно, тогда я скоро.

Захожу в дом с заднего входа и, поцеловав маму, поднимаюсь к себе. Там переодеваюсь в белый купальник и, захватив солнцезащитный крем, возвращаюсь к бассейну. Занимаю свободный шезлонг и усаживаю Данни в ногах.

- Как дела?

- Еще пару недель, и я до августа в отпуске, - говорит Ната, возводя руки к небу.

Я смеюсь. Она преподает английский в Государственном университете и занимается литературными переводами. У меня почему-то такой склонности к языкам не обнаружилось. Всегда учила их с репетиторами.

- А у тебя? - спрашиваю у Богдана.

Тот, шевельнувшись, словно я его разбудила, поворачивает голову в мою сторону.

- Отлично.

- Я рада, - бормочу под нос.

Вот и поговорили. Но Натка вроде с ним ладит, иначе не таскала бы его к нам в дом.

Залипнув в телефоне, Богдан не обращает на нас никакого внимания. Мы с сестрой тихонько болтаем о своем. Мне жутко хочется рассказать ей об Андрее и услышать ее мнение. Но решаю сделать это позже, когда ее парня не будет рядом.

- Помощь нужна? - спрашиваю у папы, когда он выходит и направляется в мангальную зону.

- Лежи уже, - говорит он.

- Пап, давай, мы с Катей плов приготовим, - предлагает Ната, сев на шезлонге.

- Он не терпит женских рук, - отзывается он.

- Дан, - касается она плеча своего парня, - Помоги папе с мангалом, пожалуйста.

Тот направляет на нее недовольный взгляд, но, вздохнув, все же поднимается и идет в беседку. Я, прикинувшись слепой, кладу голову на небольшую подушку и блаженно закрываю глаза.

- Мы с Николаевым расстались, - проговариваю с улыбкой, как бы между прочим.

- Че-го?! - выдыхает она ошарашенно.

Судя по всему, мама не стала делиться с ней этой новостью, а предоставила это мне.

- Ага...

- Почему?! - она снова садится и спускает ноги вниз.

- Я его с вечеринки Авдеенко вытащила.

- И?..

- Едва не с нее самой сняла, - договариваю, приправив слова смешком.