По постановлениям троек особого отдела ВЧК, проводивших карательные акции в Джанкойском регионе, в декабре 1920 г. — январе 1921 г. были заключены в концлагерь:
1. Бидуля Мория Сергеевна, 1899 г. р., уроженка Херсонской губернии, служащая, адресатница8*.
2. Бирченко Яков Гаврилович, 1884 г. р., уроженец с. Варваровка Славянского уезда Харьковской губернии85.
3. Горбачов Кондратий Артемович,
1888 г. р., уроженец Александровского уезда1м.
84 ЦГАООУ, № 70462 фп.
85 Там же, № 6964 фп.
86 Там же, № 73461 фп.
4. Елисеев Виталий Сергеевич, 1893 г. р., уроженец станицы Трех-Островянской Донской области87.
5. Ермолоев Павел Петрович, 1891 г. р., уроженец Киевской губернии88.
6. Мосин Маркос Назарович, 1897 г. р., уроженец Донской области, урядник89.
7. Насташенко Антон Антонович, 1895 г. р., уроженец и житель Перекопского уезда Крыма, конюх90.
8. Насташенко Василий Антонович,
1899 г. р., уроженец Перекопского уезда Крыма, житель Евпатории, конюх91.
9. Насташенко Кирилл Антонович, 1881 г. р., уроженец и житель Перекопского уезда Крыма”.
10. Тинский Михаил Ефимович, 1890 г. р., уроженец Псковской губернии, учитель, офицер Белой армии93.
11. Федоровский Иосиф Иванович, 1888 г. р., уроженец Хотина Бессарабской губернии, военный чиновник94.
12. Якимов Степан Ефимович, 1888 г. р., уроженец Воронежской губернии95.
13. Ячмень Сила Карпович, 1895 г. р., уроженец Славя иска Харьковской губернии94.
Приведенные в этом разделе имена жертв красного террора — это только малая часть тех, кто погиб в то ненастное время на севере Крымского полуострова. Их, возможно, больше в несколько раз. Но север Крыма — это только начало крымской
57 Там же, № 943 фп.
88 Архив СБУ, № 68753 фп.
89 ЦГАООУ, № 70860 фп.
90 Там же, № 70427 фп.
91 Там же.
92 Там же.
93 Там же, № 2010 фп.
94 Там же, № 69742 фп.
95 Там же, № 69335 фп.
96 Там же, № 6964 фп.
трагедии 1920—1921 гг. Далее будут приведены факты расширения террора, применения все возрастающей массовости и ускорения убийств во всех городах и поселках Крыма.
Сколько же крови пролилось на крымской земле? На каких только языках мира обреченные не вспоминали своих родных и близких в свою последнюю минуту? Сколько сирот и вдов появилось в России в результате проведенной “крымской операции”? А где похоронены тела расстрелянных? О местах захоронений по большей части сведений нет. Нет их и по Джанкойскому региону. Возможно, тела закопали где-то за городом — в степи. Тогда можно поверить председателю комиссии Джанкойского горсовета по вопросам восстановления прав реабилитированных Шаламовой, которая на запрос об установлении мест захоронения жертв репрессий дала ответ от 29 апреля 2002 г. о том, что на территории города мест захоронения жертв незаконных репрессий за период 1920—1921 гг. нет. Такое же положение существует практически во всех городах Крыма. Неизвестно, ищет ли эти места кто-нибудь и намерен ли в этих местах поставить какие-то памятные знаки?
СИМФЕРОПОЛЬ
Горбатые степи, зеленый Сиваш,
Зарей захлебнувшийся тополь.
На станциях гравий, и воздух не наш.
И горы — подобье повернутых чаш, — И сонный, в садах. Симферополь!
Вс. Рождественский, 1928 г.
В начале ноября 1921 г. были преодолены укрепления Крымского перешейка, все города и деревни севера полуострова были взяты под контроль Красной армией. Лишь тогда наступил очевидный перелом в ходе войны, и лавина огромной армии хлынула по открытой степи, готовая все уничтожить на своем пути. Но, отступая без сопротивления, Белая армия опережала наступающие войска почти на сутки и практически была недосягаема. Наэлектризованные пропагандой красноармейцы, командный, чекистский и политсостав были сверх меры преисполнены готовностью сбро
м-it:-
Дореволюционный Симферополь (здесь и далее представлены открытки из коллекции крымского краеведа Дмитрия Лосева, проживающего в Феодосии)
сить накопившуюся энергию, неистовую ярость, показать особое рвение и выполнить требование вождей — не дать противнику уйти за море. Если уж вопреки планированию его пропустили в Крым с континента, следовало запереть его на полуострове, в этой, по словам Троцкого, бутылке, и уничтожить. Но возможность полного истребления контрреволюционных сил, к большому раздражению московского руководства и командования фронтом, была упущена. Естественно, что такой исход событий удовлетворить их не мог.
На пути к Симферополю войска фронта разделились по направлениям движения на группы городов Крыма. 6-я армия, 1-я и 2-я конармии были нацелены на юг и юго-запад — на города Симферополь, Бахчисарай, Севастополь, Евпаторию и Ялту. Войска 4-й армии, в которую 12 ноября вошли 13-я армия, 3-й конный корпус и бригада Национально-повстанческой армии Н. Махно, были направлены на юго-восток — на города Старый Крым, Феодосию и Керчь.
Местные и временные обитатели Крыма еще не знали, что ожидало их в ближайшие дни. Они не догадывались, какая противоестественная грозовая туча нависла над ними, какой смертоносный смерч, готовый затмить небо и заглушить рокот моря, движется на них с севера. Не знали этого и бывшие солдаты и офицеры Белой армии, у которых любовь к родине заглушила чувства опасности — они отказались от эвакуации, неизвестно куда и зачем. Мог ли кто-то предположить, что все население Крыма вскоре лишится, по меньшей мере, седьмой, а городское — четвертой части людей? Миф об “освобождении” и “народной власти” с первыми залпами расстрелов быстро развеялся и на смену пришли горькое разочарование, тревога, страх и смерть.
В многочисленных исторических, мемуарных и художественных произведениях советского периода широко показана славная борьба Красной армии за освобождение Крыма от белогвардейцев. Жизнь и деятельность некоторых главных участников крымских событий, в том числе чекистов, были описаны яркими красками в популярном советском издании “Жизнь замечательных людей”. Здесь с любовью были изображены и доблестное наступление, и “героические подвиги освободителей”1. Известно, что после Перекопско-Чонгарских и Юшуньских кровавых боев Белая армия прекратила сопротивление, отступила к черноморским портам, откуда ушла в Турцию. По разным данным, выехало всего 150—200 тыс. человек, из них около 70 тыс. солдат и офицеров. Эвакуация началась И ноября и закончилась 14 ноября 1920 г., когда сам генерал Врангель покинул Крым. В плен было взято более 50 тыс. солдат и офицеров.
1 О главных персонажах серии “ЖЗЛ” см. раздел "Чекисты”.
Никогда и нигде в открытых источниках не говорилось о дальнейшей судьбе военнопленных. На протяжении более чем 70 лет граждане Страны Советов не знали, что в конце 1920 и в 1921 г. большевики совершили тягчайшее военное преступление — всеобщий расстрел военнопленных и значительной части гражданского населения — представителей враждебного буржуазного класса и интеллигенции. В литературе приводятся известные факты о крушении белого движения вследствие его нежизнеспособности и отсутствия всеобщей поддержки народа. Не анализируя причин, с этим можно согласиться и констатировать, что напрасно Деникин и Врангель не последовали совету министра иностранных дел Англии Керзона прекратить бесполезное сопротивление и искать пути к примирению с Советской властью. Их упрямство дорого обошлось оставшемуся в регионе народу. При этом следует помнить, что армии Деникина и Врангеля отдали города без боя, т. е. спасли их от полного разрушения. В случае защиты, скажем, Новороссийска, Симферополя или Севастополя, большевики, не задумываясь, расстреляли бы эти города артиллерийским огнем и уничтожили вместе с населением. Примеров таких намерений было немало.
