В августе 1918 г. в печати появилась статья Ленина под названием “Товарищи рабочие! Идем в последний и решительный бой!” В ней он пишет:
'Никакие сомнения невозможны. Кулак — бешенный враг советской власти. ...кулака можно и легко можно помирить с помещиком, царем, попом, если даже они поссорились, но с рабочим классом никогда... Беспощадная война против кулаков! Смерть им!*и.
Невозможно привести здесь все требования, угрозы и прямые приказы расправы с крестьянами вождей революции — Ленина, Бухарина, Дзержинского, других лидеров, которые в период гражданской войны дружно принялись уничтожать вековые уклады жизни сельского населения и в первую очередь непослушных крестьян. (Удивительно, как мы в свое время, изучая Ленина, не видели и не замечали этих убийственных для цивилизованного общества ленинских новшеств и изобретений!)
В целях предотвращения вывоза хлеба с мест его выращивания и обмена хлеба на предметы домашнего обихода крестьян 4 августа 1918 г. СНК утвердил положение “О заградительных реквизиционных продотрядах, действующих на железнодорожных и водных путях”. И начались повальные обыски в поездах и плавсредствах, реквизиция продуктов и репрессии против “мешочников”. ■
Насилие, диктат, репрессии против крестьян постоянно усиливались, расширялись и охватывали все “освобожденные” от Белой армии губернии. Что же получила советская власть от этой антикрестьянской политики? Многие авторы исторических произведений советского периода, отражая в них тяжелое положение страны, и крестьянства в частности, не отрицают запустения полей, обезлюднення сел, напряженных отношений крестьян с органами советской власти, факты неповиновения и народных восстаний. Они, правда, в духе большевистской пропаганды объясняли это враждебными действиями контрреволюционных элементов, особенно кулаков. В то же время о грабительской политике государства в отношении крестьян, ставшей причиной всех бед в сельском хозяйстве, они, естественно, умалчивают.
Интересное замечание сделал по этому поводу Ленин:
'С. П. Середе, Н. П. Брюханову. Калужская губ.
...Волость Сильковская, имение бывш. Барятинского, десятин, вероятно, более
1 ООО. Взяли все под советское хозяйство, земля пустует, берут-де с казны миллионы, пахали в 1920 г. не более 5 десятин. Лошадей осталось 10 (было около 100), коров 30-40 (было 200). Никто не старается. Мебель растаскали'12.
Если уже Ленин обратил на это внимание, то что же происходило на местах в действительности?
Таким образом, большевики наступали не только на помещичью собственность, но и на частную собственность вообще, даже на мелкую. Они пытались задушить крестьян продразверсткой, реквизицией излишеств, а фактически всего выращенного сельскими тружениками без всякой оплаты. А ведь совсем недавно, пытаясь привлечь на сторону революции как можно больше граждан России, в статье из газеты “Правда” от
1 июня 1917 г. Ленин провозгласил довольно скромные намерения революции в отношении национализации собственности:
'...для революции социалистической никоим образом не нужно отречения от всех своих имущественных прав десятков миллионов граждан... Это величайшая клевета на социализм. Ни один социалист никогда не предлагал отнять собственность у десятков миллионов, т. е. у мелких и средних крестьян... Социалисты хотят добиться отречения только у помещиков и капиталистов. ..-Достаточно отречения от нескольких сот, самое большое от одной-двух тысяч миллионеров, банковских и торгово-промышленных воротил. Этого вполне достаточно, чтобы сопротивление капитала было сломлено. Даже у этой горстки богачей не нужно отнимать все имущественные права, можно оставить им и собственность на мелкие предметы потребления, и собственность на известный, скромный доход'57.
Но аппетиты у победившего пролетариата, т. е. у большевистских лидеров, с каждым днем возрастали. Это привело к тому, что сельское хозяйство и промышленность России, пришедшие в упадок, не в состоянии были удовлетворить даже минимальных потребностей населения страны и армию.
В связи со сложившимся положением в стране все надежды вождей революции были связаны с Сибирью, Северным Кавказом, а особенно с Украиной и Крымом.
Экспансия в Украину также происходила вначале осторожно, с официальной резолюции ЦК РКП(б) от 2 декабря 1919 г. “О советской власти на Украине”, согласно которой “РКП стоит на точке зрения признания самостоятельности УССР”. Здесь же были намечены довольно щадящие требования изъятая хлебных излишков “лишь в строго ограниченных размерах для снабжения украинской бедноты и Красной армии...”58. Но спустя некоторое время, отмечая ус-
пехи по заготовке хлеба в 1917— 1919 гг., Ленин заявил:
'.„Но мы еще не взяли настоящим
образом Украину, Северный Кавказ и
Сибирь...'59-.
По мере продвижения. Красной армии на юг Украины грабительская политика в отношении украинских крестьян все больше усиливалась. Опыт насильственного изъятия продовольствия у крестьян, накопленный в России, широко применялся здесь продотрядами, прибывшими из России. Десятки эшелонов с зерном и другими продуктами питания каждый день отправлялись в центр. Продотрядам часто помогали специальные воинские подразделения. В дальнейшем полкам и дивизиям прямо предписывалось содействовать продотрядам.
В это время Украина переживала политическую нестабильность. Сказывались разноречивые политические течения и ярко выраженное отсутствие лидирующего, сильного и поддерживаемого основной массой народа политического направления. Вследствие этого, а также в результате притязаний России на свое присутствие в Украине не могли удержаться у власти ни Центральная Рада, ни Гетьманат, ни Директория. Сохранилось лишь стремление миллионов украинцев к полной независимости Украины, несмотря на различие путей и методов достижения этой цели. Поражения украинской армии в боях с московскими отрядами и своими сторонниками большевистской идеологии не смогли подавить желания многих тысяч украинцев жить в свободной Украине. Основная их часть была на Правобережье и придерживалась идеологии самостийно-шовинистического и националистического направления. Это движение в разное время объединяло сотни повстанческих отрядов в городах и селах. На Левобережье господствовала многочисленная Народная армия, которую по идеологии можно было отнести к анархическому направлению. Кроме того, существовало много разных повстанческих отрядов. Одни отряды были созданы для защиты интересов населения одной или нескольких волостей и уездов, другие — по своей деятельности преимущественно имели криминальную окраску. Отрядами командовали тысячи атаманов, в основном местных жителей. Были в отрядах также бывшие офицеры-фронтовики. Среди руководителей повстанческого движения особенно выделялись такие всем известные личности, как Терпило (Зеленый), Махно, Григорьев, Струк. В действиях каждого из отрядов просматривалась определенная непоследовательность, противоречивость, не было единого организационного центра и четко выработанной программы, путей и методов в достижении главной цели. Несмотря на это движение, поддерживаемое населением, имело
■■і—рир^щии^ччі'111 1 ; "г пили.! - I II11 -І,цідінні»
огромный потенциал, реальную и грозную силу, а потому и представляло для навязанной Украине советской власти большую опасность. Число повстанцев постоянно колебалось. Оно уменьшалось после неудачных боев с частями Красной армии, но затем снова увеличивалось до нескольких сот тысяч человек.
Повстанческие отряды чаще всего выступали под лозунгами: “За самостоятельную Украину”; “За свободу торговли”; "Долой продразверстку"; “Советы без коммунистов”. Некоторые отряды иногда добивались больших успехов, захватывая крупные губернские города на юге Украины и даже целые губернии. Эта, по словам Л. Толстого, “дубина народной войны” во многих регионах Украины имела реальную власть, для подавления которой требовались большие воинские соединения Юго-Западного фронта.
