— Конечно, в порядке, — огрызнулась я. — Просто решил полежать у стены для атмосферы.

Я протянула к нему руку.

И вот именно в этот момент посреди разгромленной гостиной вспыхнула воронка.

Без предупреждения, красивой подготовки и без таблички: «Осторожно, сейчас вашу жизнь снова утащит в неизвестном направлении».

Пространство треснуло, будто кто-то изнутри распорол воздух. По комнате ударил холод, половицы вздрогнули, осколки стекла поползли по полу, а я, уже наклонившаяся к Саше, вдруг почувствовала знакомое до тошноты притяжение.

— Да вы издеваетесь… — только и успела выдохнуть я.

А потом меня дёрнуло вперёд. Так, будто невидимая рука схватила за грудки и решила, что спорить со мной — пустая трата времени.

— Вика! — крикнул Сеичи.

Он рванулся ко мне быстрее, чем я успела испугаться. На миг его пальцы почти сомкнулись на моей руке. Почти. Я даже почувствовала тепло его кожи.

И всё.

Воронка вспыхнула ослепительно-белым, ударила по нему силовой волной и отбросила в противоположную сторону. Сеичи врезался в стену с таким глухим звуком, что у Саши, кажется, окончательно отпали последние надежды на объяснимую реальность.

— Сеичи! — крикнула я.

Но голос уже провалился куда-то в шум. Меня затянуло внутрь. Воронка схлопнулась.

Несколько секунд никто не двигался.

Саша смотрел туда, где только что была Вика. Потом на разбитую мебель, Сеичи, его змеиный хвост, на собственную руку. Судя по лицу, он очень хотел спросить что-нибудь разумное, но разумного в комнате не осталось вообще ничего.

— Это… — начал он хрипло. — Это что сейчас было?

Сеичи медленно поднялся. Волосы всё ещё оставались белыми. Зрачки — слишком тёмными. Хвост тяжело скользнул по полу, сдвигая обломки стеллажа. На его лице не был только холод.

Итой, наблюдавший за всем с неподдельным интересом, на миг прищурился.

— Любопытно, — лениво произнёс эльф.

Сеичи повернул к нему голову.

— Молчи.

— Я бы с радостью, — мягко ответил Итой. — Но, боюсь, в сложившейся ситуации молчание было бы почти невежливым.

Саша медленно перевёл взгляд на «сестру».

— Даша… — выдохнул он...затем резко спохватился и попытался подняться — Что ты такое?..

Итой даже не посмотрел на него. Всё его внимание было приковано к целителю.

Белый змайс стоял неподвижно, прислушивался. К следу, оставшемуся после воронки. И по тому, как напряглась его челюсть, Итой понял: след не поддавался.

Как неприятно. Для него, разумеется. Для Итоя же — весьма занимательно.

— Не можешь её достать? — провокационно запел он.

Белый змайс не ответил и именно это было ответом, Итой чуть склонил голову.

— Какая досада. Второй раз подряд наблюдать, как её у тебя забирают, должно быть, крайне неприятно.

На этот раз Сеичи оказался рядом мгновенно, сорвался.

Его рука сомкнулась на горле Итоя, прижимая к стене с такой силой, что у того перед глазами на миг вспыхнули тёмные пятна. Тело Даши жалобно отозвалось болью, воздух оборвался в груди.

Но Итой всё равно усмехнулся.

— Что? — прохрипел он. — Снова не нравится правда?

Тьма в глазах Сеичи стала гуще.

— Где она?

— Если бы я знал, — с трудом произнёс Итой, — Поверь, использовал бы это куда изящнее.

Сеичи сжал пальцы сильнее. Саша рванулся вперёд, но тут же согнулся от боли.

— Хватит! — ему было страшно, но все равно прохрипел он. — Это тело моей сестры!

Целитель замер. Итой уловил этот миг и, конечно, не удержался.

— Какая трогательная забота о чужой оболочке, — прохрипел он. — Почти благородно.

Сеичи медленно разжал пальцы. Итой сполз по стене, закашлялся, но на лице у него всё ещё оставалась эта невыносимая, почти довольная усмешка.

Он поднял взгляд на белого змайса.

— Скажи мне лучше, Главааа… — произнёс он уже тише, растирая шею. — Ты так и не разорвал её брачную вязь?

Комната снова застыла. По лицу Саши было видно, что он ничего не понял. Молчание змайса послужило Итою ответом. Женские губы скривившись в слишком широкой улыбке.

— Вот тебе и ответ. Ее вернуло к ее хранителю, — продолжил он, словно беседовал в гостиной за бокалом вина, а не сидел на полу в чужом женском теле среди обломков мебели. — Как ты вообще собирался обзаводиться потомством? Или решил, что любовь, смерть и героические жертвы прекрасно заменят элементарную предусмотрительность?

Сеичи смотрел на него так, будто выбирал, с какого именно места начать расчленение.

— Мне не нужно потомство, — произнёс он тихо. — Мне нужна только Вика.

Итой замолчал, затем медленно поднялся, держась за стену.

— Как трогательно, — всё же произнёс он, но на этот раз яд прозвучал чуть глуше. — И крайне неудобно для всех остальных.

Сеичи отвернулся от него. Вся его сущность была направлена туда, где исчезла Вика.

Саша всё ещё сидел у стены, бледный и потрясённый, в разгромленной гостиной, рядом с существами, которых ещё несколько минут назад считал людьми.

— Кто-нибудь, — сдавленно произнёс он, — Может объяснить мне, что происходит?

Итой посмотрел на него, потом на Сеичи. Потом на место, где схлопнулась воронка. И почти лениво заметил:

— Боюсь, твоя сестра выбрала не самый спокойный день, чтобы вернуться к жизни.

Саша выдохнул что-то нечленораздельное. А Сеичи вдруг резко повернул голову.

— Замолчи, эльф.

И в этот раз Итой благоразумно послушался. Пока белый змайс прикидывал пытался придумать почему стоило позволить эльфу жить.

Сам Итой уже придумал план по использованию целителя в своих целях.

ГЛАВА 9 КОГДА РОДИТЕЛИ ПОЧТИ ДОМА

Саша сидел у стены и, кажется, очень старался не потерять сознание. Что-то хрустнуло. Дышать неприятно. В боку режет. Нормальная человеческая боль. Почти родная на фоне всего, что только что случилось.

А вот всё остальное…

Саша медленно перевёл взгляд по гостиной.

Гостиная, которую мать ещё утром вытирала, поправляла, украшала и радостно называла «уютной», теперь выглядела так, будто в ней одновременно прошли ремонт, ураган, семейная ссора и нападение неизвестного крупногабаритного животного.

Саша сглотнул.

Потому что посреди их квартиры действительно находился самый настоящий… Нет. Мозг отказывался называть это слово. Но глаза упрямо настаивали. Наг.

Или змей. Или человек-змей. Или как там правильно называлось существо, которое ещё десять минут назад выглядело как спокойный мужчина из аэропорта, а теперь занимало половину гостиной.

Саша медленно повернул голову к Даше. Вернее, к тому, что выглядело как Даша.

Его сестра сидела на полу у стены, потирая шею после того, как это существо едва её не придушило, и смотрела на происходящее с таким выражением, будто не видела ничего особенно неожиданного.

Это, пожалуй, пугало даже сильнее хвоста.

— Я… — Саша попытался вдохнуть глубже, но тут же закашлялся от боли. — Я сейчас сойду с ума.

— Поздновато, — сухо заметила Даша.

Только это была не Даша.

Саша уже не мог заставить себя думать иначе.Не после того, как она произнесла слово «Глава» так, будто знала его не первый год, а из какой-то чужой, старой, мрачной жизни.

Сеичи резко повернул голову. И вот тут, впервые за всё время, его лицо изменилось. Словно, он вспомнил о чём-то крайне неприятном.

О том, что кроме исчезнувшей Вики, в комнате был ещё один живой человек. Раненый человек. Человек, которого он, если совсем честно, сам же и покалечил.

Саша увидел, как на медленно скользнул взглядом по его лицу, по руке, прижатой к боку, по неестественно напряжённым плечам.

Несколько мгновений тот не двигался.

Саша даже решил, что его сейчас просто оставят сидеть у стены как часть интерьера. Учитывая происходящее — не худший вариант. Интерьеры хотя бы обычно не спрашивают, верят ли они в нагов.

Но потом Сеичи сжал челюсть.

— Она мне этого не простит, — едва слышно произнёс он.