— Почему ты так решила?

Она не ответила, только пожала плечами и улыбнулась.

Хм.

— Слушай, я закончил работу на сегодня; Я отвезу тебя домой.

— Ну, я подумывала просмотреть ещё несколько фотографий…

— Пожалуйста? Я тебя весь день не видел.

Его медведь усмехнулся над ним. Да, он казался плаксивым и жалким, и он никогда не стал бы так себя вести с любой другой женщиной, но Ганнеру было плевать. Это серьёзно повредило бы его гордости альфа-самца, но он был не прочь встать на колени и умолять Эрин проводить с ним больше времени. Хотя, пока он был там внизу, он мог придумать что-нибудь гораздо более интересное...

— Ладно, — сказала она со страдальческим вздохом, хотя на лице её почти было выражение восторга. — Мне лишь нужно забежать в уборную, пять минут; встретимся у лифта.

Она схватила свою сумку, и Ганнер хлопнул её по заднице, когда она прошла мимо него. Эрин издала шокированное короткое «ох», но он заметил, что она немного пошевелилась в походке.

Ганнер направился к лифту, пытаясь избежать Исиду. Удачи с этим.

Он мысленно застонал, когда непреодолимые цветочные духи Исиды напали на его чувства. Его медведь зарычал и отвернулся. Животное всегда было против отношений с тигрицей, и теперь его чувства были понятны. «Я тебя предупреждал, теперь разруливай сам». Трусливый медведь.

— Привет, Ганнер, — ласково позвала она. — Странно встретить тебя здесь.

Он озадаченно посмотрел на неё.

— Там, где мы работаем?

У Исиды определённо было преувеличенное чувство того, насколько она сексуальна. Её попытки флиртовать вызывали раздражение.

Она склонила голову к лифту.

— Спускаешься? — проворковала она.

Фу. Он сжал челюсть.

— Я кое-кого жду.

Её губы дёрнулись, прежде чем скривились.

— Эрин?

Ганнер холодно посмотрел на неё, и было очевидно, что она знает его ответ.

— Как дела у Эрин? Я знаю, как ты был против того, чтобы она была здесь.

Его медведь хмыкнул на это, даже подумав, что это правда. Но это было до того, как он её встретил.

— Хорошо, — пророкотал он.

Глаза Исиды расширились от преувеличенного недоверия. Она выглядела так, будто никогда в жизни не слышала ничего более удивительного. Это было словно только что стало известно, что смурфик был объявлен верховным правителем мира.

— Правда? Больше никаких проблем?

Ганнер скрестил руки и цеплялся за остатки своего изнурённого нрава. Он отказался от прежнего решения посадить Эрин на скамейку запасных. Он никоим образом не хотел причинять ей боль. И он серьёзно не хотел, чтобы кто-то другой делал то же самое.

— Что бы ты ни задумала, прекрати, — сказал он низким угрожающим голосом.

— Moi (прим. пер.: франц. яз.: я)?

Она положила руку себе на грудь и одарила его такой фальшивой невинностью широко раскрытыми глазами, что ему захотелось выть от смеха. Его медведь просто хотел выть.

— Эрин — ценный член моей команды. У неё всё хорошо — лучше, чем хорошо — у неё всё отлично.

Исида облизнула губы.

— Ты уверен в этом?

— Прекрати, Исида, — рявкнул он, обрадовавшись, что она вздрогнула от его резкого тона. — Если тебе есть что сказать — говори.

Он ненавидел женщин, играющих в игры, и был благодарен, что Эрин не такая. Её может быть немного трудно понять, но обычно она говорит то, что думает. Обычно она выпаливает это, а потом приобретает застенчивый свекольно-красный оттенок. Восхитительно.

— Ты удивишься, узнав, что Эрин сегодня оставила пистолет в кафе?

Ганнер почувствовал, как по нему пробежал холодок, и даже его медведь перестал рычать, чтобы обратить на него внимание.

— Что?

Исида вытащила из сумочки пистолет и протянула ему. Он испытующе посмотрел на неё, и она кивнула.

— Ага, неуклюжая, маленькая Эрин пролила горячий шоколад на сумочку, вытащила всё содержимое и затем сумела оставить пистолет на полу кафе. К счастью, я была там, чтобы смягчить ситуацию, когда менеджер его обнаружил. Ну, я думаю, это был бы конец карьеры, не так ли?

«Блядь. Это плохо». Потерять пистолет и оставить его в общественном месте было очень, очень плохо. За это её отстранят и, скорее всего, уволят или переведут на самый худший из имеющихся у них отделений АСР. Скорее всего, на северную Аляску, где единственное, что можно делать, — это сосредоточиться на том, чтобы не потерять пальцы ног из-за обморожений.

Его медведь двинулся вперёд, обнажив когти, и зарычал на Ганнера, чтобы он что-то сделал. Что-то злобное для тигрицы показалось хорошим вариантом.

— Что ты собираешься делать? — выпалил он.

— Это зависит от того сможешь ли заставить её попросить о переводе, а затем попросить меня присоединиться к твоей команде — тогда ничего.

Невероятно. Она недовольно поджала губы и слегка зарычала, когда он издал глухой смешок.

— Ты меня шантажируешь?

— Подумай об этом как о мотивации, — снисходительно объяснила она. — Я вижу, что она тебе нравится; готова поспорить, она младшая сестра, которой у тебя никогда не было.

Ганнер чуть не подавился. Чувства, которые он испытывал к ней, и то, что он с ней делал, вряд ли можно было назвать братскими.

— Так что, если она тебе нравится, заставь её сделать это. Не стоит на этом заканчивать карьеру. То есть, не очень многообещающую, но я почти уверена, что она не хочет, чтобы её уволили из-за этого.

Он смотрел на Исиду прищуренными глазами, когда открылся лифт, и она запрыгнула внутрь; его конечности дрожали, когда его медведь боролся за то, чтобы его освободили.

Она нажала кнопку вестибюля.

— Дай мне знать, что решишь.

Исида послала ему воздушный поцелуй и помахала пальцем, когда двери закрылись.

— Ганнер?

Чёрт. Он засунул её пистолет за пояс джинсов, стянул рубашку, чтобы прикрыть его, и улыбнулся своей самой невинной улыбкой.

— Готова идти, детка?

Эрин нахмурилась.

— Это была Исида?

— Да, пошли, — нетерпеливо сказал он.

— Что происходит? Мы идём в бар?

— Нет, нам нужно сделать то, что я хотел сделать с того момента, как впервые увидел твою квартиру.

— А? — выдохнула она. — Звучит захватывающе.

***

— Что? — рявкнул Том «молоток» Мёрфи в трубку.

— Тебе лучше? — спросил фамильярно высокомерный голос.

Том усмехнулся.

— Что ты хочешь? Ты получил деньги.

— А ты новое, ошеломляющее, незаконно полученное сердце, так что ты, возможно, захочешь пересмотреть своё отношение. Честная сделка.

— Честная?! — пробормотал Том.

— Более чем, если только ты не предпочитаешь быть подключённым к аппарату искусственного дыхания. Потому что, если хочешь, это можно устроить.

Том стиснул зубы от холодного, чёрствого тона, который звучал в его адрес.

— Что ты хочешь? — прошипел он.

— Было найдено тело перевёртыша, который щедро пожертвовал тебе своё сердце. АСР проводит расследование.

Он почувствовал прилив презрения.

— И? Какого хрена я должен волноваться?

— И, я предполагаю, что ты не захочешь, чтобы АСР стучалось в твою дверь, и чтобы они конфисковали это прекрасное новое сердце? В конце концов, это свидетельство преступления. Так что держи рот на замке и не высовывайся. Большинство людей уже думают, что ты мёртв, так что ради своего здоровья пусть так и остаётся. Понятно? Хорошо.

Том недоверчиво уставился на телефон, когда этот ублюдок повесил трубку. Снова. Он снова повесил трубку? Кем, чёрт возьми, этот парень себя возомнил? Этот засранец не уважает его. Что о себе думает это ничтожество? Том ставил таких сученков на место ещё до того, как он родился!

Нет, это уже слишком.

Том задумчиво потёр грудь. У него было новое сердце, и он был здоровее, чем когда-либо. У него было то, что он хотел, и теперь этому парню нужно преподать урок.