Эльза ставит передо мной тарелку и присаживается напротив, подпирая рукой подбородок. Смотрит пристально, разглядывает лицо, шею, затем руки. Здесь тепло и пахнет растопленным сахаром, выпечкой и мёдом.

— Зря ты вернулась, — вдруг произносит она и прекращает на меня смотреть, чувствую от этого облегчение. — У Риэллы и без того, день через день случаются истерики, а твоё появление её окончательно сведёт с ума. Ты, может, в жены принцу Рейну и не годишься, и чувств он к тебе никаких не испытывает, но покоя всё равно не видать. Сейчас от каждого мужчины рядом с тобой будет в ярость приходить. Драконы — ужасные собственники. Принц Рейнальд не исключение. — вздыхает она. Знаю, видела. — Да и неспокойно здесь. — добавляет.

— Что значит, неспокойно? — спрашиваю я, и Эльза наклоняется, чтобы быть ближе ко мне.

— Кто-то замыслил недоброе против императора и его наследников. Власти его вот-вот конец придёт, и принца Рейна теперь народ не жалует. — шепчет она — Он едва успевает отбивать атаки игисов, как в городе что-то плохое случается. Поговаривают, что не бывать ему следующим императором, будто не в состоянии он защитить свой народ. Да только никто глаза открыть не желает и увидеть, что ему одному со всем этим не справится. А может…

Вопросительно поднимаю бровь, когда она замолкает.

— Может, кто-то нарочно выставляет его таким. Он ведь себя не жалеет, не только люди его сражаются с теми тварями и сам он под когти и клыки их лезет. Он даже свадьбу с Риэллой отложил до тех пор, пока вокруг не будет мира. Очень волнуется о ней, как бы она не повторила судьбу его бедной матери. Пообещал ей позже торжество пышное, а сейчас не то, что свадьбу делать не время, так ещё и можно её под удар поставить. Кто знает, вдруг его недруги в следующий раз не дома в городе подожгут, а за его возлюбленной явятся.

Возлюбленной.

Эльза кривится и прикусывает язык из-за моей реакции. Я тоже опускаю голову в тарелку, и мы больше не говорим.

Когда заканчиваю с едой, к нам присоединяются те, что толпились у плиты, и с интересом рассматривают меня. Аккуратно расспрашивают, а потом начинают болтать и смеяться.

Я остаюсь с ними до темноты и узнаю много интересного, что произошло здесь за прошедшие годы. А также совершенно ненужную мне информацию о том, что принц и его невеста отдыхают в отдельных покоях, Риэлла обожает утренние прогулки, и мятный чай.

В комнату возвращаюсь, когда на улице уже совсем темно. Здесь кто-то разжёг для меня камин и аккуратно застелил мою кровать. В воздухе стоит лёгкий аромат моих любимых цветов и травяного чая. На тумбочке нахожу новую порцию отвара, для моего восстановления и тянусь к нему, но меня отвлекает шум на балконе, что доносится сквозь приоткрытую дверь.

Улица встречает меня ночной прохладой, когда выхожу на балкон, а ветер приятно ласкает лицо, приносит с собой запах дыма от костра.

— Где ты была? — спрашивает Рейн, когда поворачиваюсь к нему. Он стоит, широко расставив ноги, и смотрит перед собой.

Ничего ему не отвечаю, лишь хмыкаю и разворачиваюсь, чтобы войти в покои и закрыть за собой дверь. Но он оказывается быстрее, преграждает мне путь, а потом резким движением прижимает меня в каменной стене. Нависает надо мной и обжигает горящим взглядом, который в темноте снова и снова вспыхивает алым.

Руки Рейна по обе стороны от моего лица, он опускает голову, чтобы наши глаза были на одном уровне.

— Держись подальше от моего брата! — цедит он сквозь зубы. Меня начинает бить мелкая дрожь от ярости и необузданной ревности, что выходит из него волнами.

Принимаюсь разглядывать Рейна. Он красивый и всё такой же невероятно притягательный. Провожу взглядом по его светлым волосам, собранным в тугой хвост на затылке, пробегаюсь взглядом по прядям, что выбились и упали на лоб. Обвожу взглядом густые брови, линию носа. Любуюсь ярко выраженными скулами и широким подбородком. Я чувствую притяжение и в то же время до боли его ненавижу за предательство и злюсь.

— Ты меня слышала? — спрашивает Рейн — Подчиняйся мне Велси, подчиняйся, иначе..

— Что? — вскрикиваю я и толкаю его в грудь, но это бесполезно, словно сдвинуть бетонную стену. — Иначе, что? Снова будешь шантажировать меня? У тебя больше не осталось..

— Замолчи! — перебивает он и опускает руку мне на шею. Не сжимает, а просто держит пальцы там, где бешено колотится мой пульс. Я задыхаюсь от эмоций, что он заставляет испытывать меня в этот момент. — Не советую провоцировать. Лучше делай то, что говорю… — едва слышно произносит он.

— Я сама буду решать, с кем мне общаться, а от кого держаться подальше..

— Неужели ты ничего не чувствуешь? — вдруг спрашивает он и я слышу в его голосе… обиду и боль?

Рейн двигается и упирается лбом в мой лоб. Но этот порыв длится недолго. Он быстро отталкивается и делает шаг назад.

На лице снова холодное равнодушие, даже огня в глазах больше нет.

— Несмотря на то, что я твой бывший, принцем твоим от этого быть не перестал. Ты, как и все вокруг, будешь делать то, что я скажу. Завтра утром я сам приду за тобой, чтобы отвести на совет. Доброй ночи, Велисандра, — произносит он, а затем разворачивается и бесшумно покидает мой балкон.

Поднимаюсь с кровати и направляюсь к двери, когда слышу тихий стук.

На пороге стоит Рейн и, увидев меня, округляет глаза. Медленно осматривает снизу вверх и его взгляд вспыхивает алым.

Сегодня утром меня навестила служанка по имени Норела. Принесла мне чистое полотенце и красивое платье из мягкого шёлка изумрудного цвета. А после того как я привела себя в порядок, помогла не только с платьем, но и с причёской.

Я решила, это подарок от Рейна и только поэтому сначала отказывалась принимать. Это Норела позволила мне так думать, когда сообщила, что платье от принца. Но судя по реакции, что я вижу прямо сейчас — Рейн, похоже, не имеет к этому никакого отношения.

А я совсем забыла, что во дворце целых два принца.

— Доброе утро, — сухо приветствует меня Рейн и разворачивается — Идём, нас уже ждут.

Молча вздыхаю и иду позади него.

Признаться, я очень взволнована предстоящим советом, из-за чего мне не удалось спокойно поспать этой ночью, а ещё оттого, что долго пыталась взять под контроль эмоци, и вызванные появлением Рейна на балконе моих покоев. Сердце ещё долго бешено колотилось, а в груди стучала злость.

Широкий коридор, по которому проходим, застелен ковровой дорожкой бежевого и красного цвета, а по обе стороны от меня на стенах висят громоздкие золотые подсвечники. Мне кажется, что стены коридора снова сужаются и давят на меня с каждым моим шагом. Мы проходим вперёд, а затем по витой каменной лестнице поднимаемся наверх.

— Не волнуйся так, — не поворачиваясь ко мне, говорит Рейн, — я же сказал, что у меня есть план. Если будешь слушаться меня, то останешься жива и вернёшься к своей семье, как и мечтаешь. — от его небрежного тона меня продирает холод и накрывает неприятная дрожь.

Задерживаю дыхание, когда мы останавливаемся у тяжёлой железной двери, а затем Рейн толкает её, и мы входим.

Как только проходим вперёд, все разговоры затихают. Мне становится неуютно, когда все присутствующие оборачиваются на нас. По спине бежит холодок, и я сжимаю руки в кулаки оттого, что вижу во взгляде собравшихся. Меня снова накрывают уже знакомые ранее эмоции, а в груди неприятно сжимается. Но внимание их быстро переключается на императора, как только они замечают меня.

В большой комнате тускло. Окно в пол небрежно занавешено плотной тканью, а по обе стороны от окна стоят огромные металлические чаши, в которых горит огонь. На стенах я мельком замечаю картины, но предпочитаю смотреть перед собой, а не разглядывать комнату.

Посередине стоит большой деревянный стол с громоздкими, резными ножками. На столе стоят свечи, а вокруг разбросаны бумаги.

В комнате пахнет деревом, воском и дымом. Я улавливаю аромат гари и стараюсь не думать о том, что так пахнут эмоции присутствующих, из-за моего появления.