— Лады. — Михаил побрел в сторону местного светила, плывущего над деревьями, — на восток.

Идти приходилось осторожно, чтобы ненароком не попасть на глаза местному населению и уберечься от травм. Идти по девственно дикой местности, где ни дорог, ни указателей. Вдалеке, среди рощ и холмов, изредка мелькали куполообразные домики неопознанных населенных пунктов.

Полдень. Время наводить маскировку. Многочисленные стаи птиц, кружившие над холмами, обозначили впереди потенциально купное жилище левоев. Михаил поморщился: то, что предстояло сделать, ему не нравилось. Идея Чета, априори, не могла принести удовольствие.

Выбрав объект попрочнее, Михаил с разбега ударился о ствол дерева. Левую половину тела обожгло пламя, по щеке заструилась горячая кровь…

— Чтоб тебя вывернуло, Желтоглазка!

Михаил помотал головой для фокусировки и медленно похромал дальше. Кое-как взобрался на холм. Перед ним, в низине, выстроились четыре каменные полусферы. Обнесенные высокой стеной, раскрашенные в белые и красные цвета, они кипели суетой. Разномастные телеги, тяговая, сродни быкам, сила, лотки, стойки с хозяйственной утварью, группы воинов и гражданских лиц заурядной внешности по фактуре идентичной груэлльскому типажу. Расположившись вдоль стен на внутреннем дворе, они приторговывали съестным.

Скрип, звон, крики и ругань — типовая картина будничной жизни, которая никак не вписывалась в понятие о пограничных крепостях. Минус, громадный минус… Соседству хелготов полагалось пустить в крепости обильные всходы нервозности и тревоги. Но что толку гадать — время не ждет. Михаил заковылял вниз. Он притворялся лишь самую малость: остальное делала боль от удара.

Крепостные ворота, почерневшие от времени, и пяток стражников, не лишенных сострадания. Один из них подхватил Михаила, когда тот собрался рухнуть в дорожную пыль.

— Что случилось, приятель?!

— Арасим, сюда!

Высокий одетый в синюю униформу офицер прервал разговор с дородным торговцем зеленью и подскочил к солдатам. Узрев покрытого кровью Михаила, рявкнул:

— Кто посмел?!

— Он пришел такой, — развел руками пожилой солдат.

Остальные дружными кивками подтвердили его слова. На шум начали стекаться любопытные, и вскоре у крепостных врат забурлила нешуточная толпа. От криков у Михаила нестерпимо разболелась голова.

— Беда люди, беда грядет, — запричитал он. — Проклятые хэлготы…

— Хэлготы? — насторожился Арасим, быстро оглядывая местность. Ничего враждебного… Только ветер играл листвой и птицами.

— Они идут! Вы посмотрите на меня… — Михаил вошел в роль. — А я говорю, посмотрите! За что? Честного трудягу, справного левоя…

— По порядку давай! — гаркнул офицер. — Сэлкен, беги за Смотрителем.

— Хэлготы бросили петь песни Ракху и вышли на тропу войны.

— Войны… — Арасим не уловил ничего кроме последнего слова. Лицо его стремительно побледнело.

— Алмот! — крикнул кто-то.

Алмотом нарекли Смотрителя, который, подобрав длиннополые одежды, ковылял от крепостного здания с тем, чтобы присоединиться к встревоженному люду.

— Говори, — задыхаясь, потребовал Смотритель.

Михаил рассказал — в подробностях, вплоть до мельчайших деталей вероломного нападения хелготов. Ему поверили. В чем-то Михаил понимал Лаони — раньше он был лучшего мнения о себе

— Я предупреждал Главу! — яростно воскликнул Алмот. — Братья, позволим ли мы Вестникам Смерти топтать наши земли? Зарезать нас как скот в собственных постелях?!

— Нет! — воскликнул нестройный хор. Часть солдат хмуро промолчали, понимая — для многих бой будет последним. Они не дрогнули, нет, — выучка и долг одержали верх над страхом.

Засуетились командиры, отдавая громогласные приказы; гражданские лица укрыты, амуниция проверена, боевые порядки собраны… Цепь из бойцов в десяток рядов презрела все особенности местности.

— Спасибо, что предупредил, — обратился к Михаилу Смотритель.

Оставаться в крепости не входило в планы Настройщика. Несколько ошарашенный бескомпромиссным рвением левоев он воскликнул:

— Дайте мне клинок. Я ненавижу хэлготов, буду рубить их пока… пока…

— Ты истинный сын неба. Дайте ему меч.

Михаил занял место на правом фланге. Не успел вытереть кровь с лица, как боевые трубы пропели сигнал о выступлении. Оглушенный Михаил с трудом приноровился к маршу солдат. Он прикинул их походную скорость. Часа три у него есть — достаточно времени, чтобы стоптать ноги.

— Где они?! — раздался начальственный рык.

— Там, — махнул рукой Михаил. Пора позаботится о том, чтобы хэлготы действительно нашлись там, где требуется. Краткий миг трансформации, и в небе полыхнула белая звезда.

— Вестники Смерти! — сделал вывод один из офицеров. — Шире шаг!

***

Тени, рожденные светом, до крайности забавны. Они творили чудеса для тех, кто умел видеть. А Ор никогда не жаловался на воображение. Простые листья становились книгой, полной тайн, где сами боги оставили откровения для сына Быстрого Как Молния Аха… Где сейчас Ах и где его великие племена?

Небесная вспышка настроила Ора на более воинственный лад. Он неспешно двинулся к лагерю хэлготов. Достиг первых костров и остановился. Выждав, покуда солдаты обратят внимание на непрошенного гостя, он обвел широким жестом стоянку и невозмутимо сказал:

— Вы все. Козлы.

Наступила мертвая тишина. Паломники удивленно переглянулись, ошарашенные наглостью чужака. Некоторые потянулись за оружием, некоторые привстали… Реакция слабая, недостаточная. Ор молча прошел к храму. Он ненавидел многословие, ибо действительно важные мысли и чувства мог выразить одним-двумя словами. Достигнув хэлготской святыни, Ор плюнул на стену. Завеса молчания мгновенно рухнула; фанатики разразились дикими криками, вскочили. И атаковали.

Защитник отбил первые выпады и метнулся в сторону. Перелетел через багровое пламя костра, прокатился по земле, уходя от вражеских клинков. Противник по фронту. «Сильны» — мельком отметил Ор. Сзади навалилось что-то тяжелое, доспехи неприятно проскреб стилет. Силясь устоять на ногах, он ударил локтем назад… Тяжесть исчезла. Ор нырнул в пелену дыма, пробил стену кустарника и прыжком вознесся над головами врагов.

Хэлготы только рты пооткрывали, следя за полетом святотатца. Опомнились быстро — оскверненная Святыня Ракха взывала к отмщению. Стараясь не вслушиваться в яростные вопли преследователей, Ор рванул в направлении, указанном Миком.

***

Четрн и Лаони устали спорить. Им надоело выяснять отношения, болтать о мелочах и просто сидеть на холодных камнях. Монотонные шорохи леса только усугубляли ситуацию.

— Бегут вроде. — Курьер приник к скале.

— Ты прав, — облегченно вздохнула Лаони. — Готовься.

Среди деревьев мелькнула пятнистая броня Защитника. Следом катила волна праведного хэлготского гнева. Рев, грохот и треск наполнили пространство.

— Зачет, — восхитился Чет. — Чисто спринтер.

…Михаил догнал ряды левоев и прислушался. Крики вдалеке. Он успел — пора прибавить скорости. До поля брани рукой подать.

— В атаку! — прогремел вопль. Авангард усмотрел темную массу хэлготов, выплеснувшую на противоположное окончание поля.

Михаил опередил левоев метров на пятнадцать…

— Куда тебя несет? — крикнули вдогонку. — Смерти ищешь?!

— Как же без этого… — Михаил высмотрел фигуру Ора, споро одолевавшего россыпи чахлого кустарника. Они встретятся посреди поля, как и рассчитано.

Что-то белым клочком промелькнуло рядом с лицом. Листок с портретом Арды. Карманы — дрянь… Ветер мгновенно подхватил листок, закружил в причудливом танце, стремясь отобрать память, сокрыть в бог знает каком уголке Средоточия. Михаил хватанул руками воздух: промах. Еще разок… Эпичный сюр: черная монолитная цепь левоев, холодный блеск стали и дикий рев стремительно приближались к Михаилу, сосредоточенному на охоте за белым клочком бумаги.